Вернор Виндж - Дети неба

Ознакомительный фрагмент

Некоторые из Детей восприняли местную жизнь со слишком большой готовностью, забывая цивилизацию. Другие никак не могли привыкнуть к своему падению с Неба. А вот такие, как Джо, внушали Равне веру, что они — если дать им время — сумеют преодолеть суровую судьбу.

Купеческие лавки остались позади, и они шли теперь через ту часть города, где в последние годы поставили общественные здания. Джоанна будто не замечала ничего, была где-то далеко и улыбалась этой блуждающей улыбкой.

— Сперва туго пришлось, а потом мы разоблачили Хранителя и победили властителя Булата. А с тех пор… — В голосе ее зазвучало удивление. — В общем, отличное время идет. Столько надо сделать! И Фрагментарий, и Академия Детей, и…

— Ты вся погрузилась в создание нового мира, — подсказала Равна.

— Я знаю. Но сейчас все даже еще лучше. С тех пор как мы начали встречаться с Невилом, жить стало куда веселее. Меня заинтересовали личности человеческого типа. Мы с Невилом стали… ближе друг другу. И я хочу, чтобы этот его день рождения был особенным.

Ха!

Равна протянула руку, тронула Джоанну за плечо.

— Так что когда…

Джоанна засмеялась:

— Ах, Невил такой традиционалист! Я всерьез думаю, что он ждет от меня предложения. — Она посмотрела на Равну, улыбаясь теперь и весело, и хитро. — Смешно сказать, но как раз после этого дня рождения я именно так и поступлю!

— Так это ж чудесно! Ох, какая будет свадьба! — Они остановились, радостно улыбаясь друг другу. — Уж не сомневайся, что Резчица придумает новые церемонии.

— Ага, она мою репутацию использует немилосердно.

— Ну и отлично. Это на самом деле значит для нас даже больше, чем для Стальных Когтей. Вы с Невилом очень популярны — он среди Детей, ты среди них. Может быть…

Может быть, сейчас как раз время.

— Что может быть?

Равна вытащила Джо на середину улицы — ей не хотелось, чтобы к ним принюхивались проходящие стаи.

— Да просто мне жуть до чего надоело быть королевой-соправительницей.

— Равна! Это же так полезно было все эти десять лет! И Резчица сама это предложила. В истории этого мира есть прецеденты, и в нашей тоже.

— Да, — согласилась Равна. — На Ньоре.

В Век Принцесс была старшая принцесса и младшая, Теки. Сам Век Принцесс повторялся в истории любой известной человеческой цивилизации — в той, в частности, которая породила и Сьяндру Кей, откуда родом Равна, и царство Страум, родину Джоанны.

Страумцы не очень любят оглядываться назад, но Равна им рассказала о Веке Принцесс. В Академии она с помощью этой истории строила мост между людьми и Доменом.

— Ты должна радоваться, что ты соправительница, Равна. Ручаюсь, что ты играла в королеву, когда была ребенком.

Равна замялась — как-то неловко было признаваться.

— Да, наверное. Я поняла, что реальность… обескураживает, и для начала мне было необходимо стать равной королеве. Но сейчас вы, ребята, уже твердо встали на ноги. А мне нужно сосредоточиться на внешних срочных делах. У нас всего несколько столетий до того, как в город ворвутся по-настоящему плохие парни.

Равна не рассказывала детям о своем сумасшедшем сне или о глюке зонографа. Повторений не случалось, а данные были весьма ненадежные. Но она стала работать изо всех сил и так же изо всех сил старалась не выглядеть сумасшедшей.

Равна отвернулась от Джоанны. Несколько шагов она смотрела только под ноги, аккуратно ступая по булыжникам.

— А может быть, и того меньше. У флота Погибели не осталось работающих рамскупов, но наверняка они могут несколько килограммов разогнать до субсветовой. Может, у них сохранилась и связь с богом, может, они даже нашли способ прикнопить нас на световой скорости. И я все время должна сейчас посвятить тому, чтобы мы были готовы их встретить.

Джоанна не ответила. Равна еще несколько шагов помолчала, потом повторила главное:

— То есть я должна больше времени проводить на «Внеполосном». В конце концов, я библиотекарь, и в такой ситуации, как сейчас, любое отклонение от этой работы будет пустой тратой сил. И лучше всего будет, если соправителями у Резчицы будете вы с Невилом.

Пораженная Джоанна уставилась на Равну:

— Ты с ума сошла?

Равна улыбнулась:

— В этом в разное время обвиняли нас обеих.

— Ха! — возразила Джоанна и обняла Равну за плечи. — Если мы обе и спятили, то очень по-разному. Равна, ты нам нужна…

— Знаю. Я мать-вожатая ячейки скаутов, оставшейся от всего человечества.

Эта старая и капризная жалоба должна была бы вызвать у Джоанны улыбку, но девушка осталась серьезна до свирепости.

— Равна, ты мать всех нас, кто остался здесь. Десять лет назад мы были несмышленышами, а для стай — диковинными животными. Ты нас удержала всех вместе и была нам матерью — иначе бы большинство из нас умерли бы в спячке, а немногие выжившие одичали бы в здешней глуши!

— Я… ну ладно. — Надо перегруппироваться. — Я делала то, что надо было сделать. Сейчас мы должны подготовиться к будущему. Я единственная из всех нас, кто обучен работать с системами планирования «Внеполосного». Вот почему мне сейчас нужно посвятить этому все время. Руководить должны вы с Невилом. Я же не руководитель, а библиотекарь.

— Ты и то и другое. Именно библиотекари и археологи всегда возвращали утраченную цивилизацию.

— Тут другое. Ни в каких развалинах ничего искать не надо — все ответы есть на «Внеполосном». — Равна указала в сторону холма. — Вначале я вам была нужна, но теперь Дети вроде тебя стали взрослыми. От меня более чем когда-либо нужно техническое планирование, но быть руководителем… я просто устала.

— Твои решения популярны, Равна.

— Некоторые. Другие нет, или непопулярны вначале — год или два. А то и пять — десять.

А некоторые могут быть неверны столетиями — а потом внезапно и страшно стать верными.

— Я не понимала, что тебе так… одиноко. У нас всех есть ты, и я думала, что ты чувствуешь то же самое. — Джоанна посмотрела на сумки с образцами тканей и подарочными безделушками, тихо засмеялась. — Ладно, сменим тему. Я невероятно счастлива с Невилом. От него жизнь светлее стала. И я просто не думала, как было бы без этого, в одиночестве. Ты часто вспоминаешь Фама?

— Иногда. — Всегда. — У нас было что-то хорошее, но слишком много было другого с ним связано. Сила, которая им владела, внушала страх.

— Ага. — Джоанна познакомилась с Фамом Нювеном как раз перед концом и видела, насколько страшным может быть страшное. — Нас тут сто пятьдесят, Равна. Мы все тебя любим — по крайней мере почти всегда. Ты думала когда-нибудь, что теперь, когда нас много, может найтись кто-то один, с кем… с кем ты могла бы быть вместе?