Игорь Волознев - Журнал «Приключения, Фантастика» 1 92

— Только бы не попасть под мазер аборигенов. — Содрогнулся мысленно Данг, и на всякий случай повел аппарат за пределы уверенной досягаемости оружия.

Элемент еще сильнее задрожал на подъеме, отчего в мозгу с противным визгом завертелась слышанная от кого-то фраза, — Боливар не вынесет двоих… Боливар не вынесет… не вынесет…

А уходящая вниз сельва продолжала жадно шевелить присосками крон, с нетерпением ожидая новые килограммы биомассы, которые следовало пожрать, переварить, пустить в естественный круговорот веществ.

— Не дрейфь, Жак! — Брангор прокричал ему в самое ухо, — скоро будем на месте!

Ничего не видящим взглядом, в котором до самого дна было разлито страдание. Ренуар посмотрел в ту сторону, где за деревьями сверкнуло плато космодрома, и снова уткнулся лицом в тыльную часть ладони.

Уже было видно, как транспортный корабль готовится к взлету; внешний диск его начал медленно вращаться, окружив себя всполохами защитного поля.

— Только бы успеть. Только бы успеть. — Сломав ограничитель, Данг поставил двигатель на форсаж, но скорость от этого не прибавилась.

Между тем, диск транспорта остановился; тут же погасло и свечение.

— Только бы успеть, — Данг уже повторял это как заклинание, как молитву. — Успеть, успеть… Осталось не больше минуты полета. — Вдруг кольцо звездолета дернулось и начало быстро вращаться в обратную сторону. — Все… старт. — Данг почувствовал, как сердце больно ударилось о лопатку и словно пойманный голубь, затрепыхалось в вакууме груди.

Вращение кольца в несколько секунд достигло апогея, и транспорт, вворачиваясь в энергетический тоннель, медленно пошел вверх.

— Остановитесь! — Данг закричал, безумея от отчаяния и выхватил бластер, начал беспорядочно палить в набирающую ускорение машину.

— Негодяи! Подонки! — Блангор круто взял на себя и по касательной пошед вслед уходящему транспорту. Ионный элемент теперь стал орудием мести — носителем рвущегося к звездолету плазменного потока; пройдя несколько раз мимо дискоида, сверкающей луч ударил наконец в его центр, и тут же вокруг уходящей в пространство машины полыхнул короткий разряд.

На секунду все замерло, как если бы линза небосвода сконцентрировала в своем фокусе голограммный снимок в натуральную величину.

Такое замирание бывает перед ядерным взрывом или спонтанным выбросом энергии. И тогда — ураган из мегалитических глыб обрушивается на человека, дерзнувшего оказаться на пути, и сметает его прочь, не оставляя надежды на спасение.

Мощный удар разрушил голограммный мираж и словно щепку, попавшую в хобот смерча, потащил аппарат с привязанными к нему людьми, в непроницаемую мглу. Крик Брангора разорвал его пополам, и он уже физически чувствовал, как железобетонные блоки воздуха перемалывают его и Жака, тела, вытряхнув наизнанку легкие, внутренности; размазывая по грохочущим атмосферным недрам, неведомо откуда пришедших на эту планету существ.

Их то прижимало к самой земле, то, наоборот, выбрасывало в тропосферу, к слоистым облакам и Данг видел, как шлейф темной венозной крови растирается камнепадом воздушных глыб по мраморной чаше раскаленного добела небосвода. Потерявший управление аппарат вращало как сорванный с дерева лист, и вместе с ним вращалось, на сотни ярдов взрезая окружающее пространство, рвущееся из бластера, лезвие огненного луча.

Неожиданно все стихло, и генераторная пластина, словно по накатанной поверхности понесла их над застывшей в безличности сельвой; только свист ветра холодным лезвием прорезал эту выкачанную тишину, не оставляя, ни мыслей, ни чувств, как если бы Данг слился в одно целое с аппаратом, выполняя функции включенного на холостой режим электронного мозга.

Плавающая цокающая капель от соударений звенела, как металл скрещивающихся шпаг. Цзинь, цзинь, цзинь! Да, именно так звенят капли, падающие на сталактиты; капля известного раствора отрывается от сталактитного острия и летит вниз, на другое острие, и потому вокруг этот сплошной металлический звон. Ведь сталактитов и сталагмитов слишком много, настолько, что нельзя сосчитать их число. И каждая капля, сорвавшаяся с известковой горы на одной планете, должна преодолеть предписанное расстояние пространства, и упасть на строго определенную гору; другой планеты, другой системы, другой галактики. Капля по капле, миллиарды лет они будут тянуться навстречу друг другу: сквозь вакуум, космический холод, радиацию звезд. Будут тянуться до тех пор, пока десятки манвантар не растают в призрачном прошлом. И тогда…

Пересиливая себя Брангор медленно поднял чугунную голову и сквозь розовый туман увидел, что Жак неотрывно смотрел вперед и глаза его широко распахнуты от ужаса. — ОНО пожрало реактор. — Лихорадочный шепот Жака слился в унисон с бритвенным свистом ветра и сознание Данга, как дельфин вынырнуло из омута каталепсии; они летели прямо на багрово-фиолетовый смерчеподобный колосс. Тот словно огромный змей, с необычайной легкостью ломая силовые поля, выталкивал в зенит свое катастрофическое тело. Казалось, его торжествующий рост не кончится никогда. Но вдруг, когда клубящийся столп достиг самого поднебесья, он ткнулся главой о невидимую преграду и начал медленно распадаться на десятки черных извивающихся щупалец: которые потекли к ним — летящим в объятия циклопической гидры, пришельцам.

…Данг очнулся и с омерзением отшвырнул мелких, тычущих в лицо присосками тварей.

Приподнявшись из зарослей травы и опершись на сбитые руки, он осторожно огляделся по сторонам; пластина ионного элемента дергалась, заклиненная между двумя могучими стволами: ее надсадный вой то и дело срывался в обиженное гуденье, словно это был не бездушный аппарат, а какое-то насекомое, попавшее в западню.

— Жак. — Тихо позвал Брангор и поднялся на ноги.

— Данг, ложись. — Распластавшийся за наростами корней Ренуар показывал стволом бластера куда-то вперед.

Невдалеке, в тридцати-сорака ярдах, мелькнуло несколько теней, и снова все замерло.

— Термиты. — Данг, как подкошенный, рухнул в кусты, и над его головой сверкнула спица лазерного луча. Брангор сделал отчаянный прыжок из ненадежного укрытия, и прокатившись по траве, оказался рядом с Жаком.

Несколько очередей, проследовавших за ним вспышками, оставили на стволах обугленные полосы и срезали верхушки молодой поросли.

— Откуда у них эти «мушкеты», — свистяще прошипел Брангор, залавливая дрожь, начавшую колотить так, что застучали зубы.

— Контрабанда, чего тут не понять, — коротко отозвался Жак, заметив цель, сделал несколько выстрелов. Но тут же, около десяти спиц, перехлестываясь друг с другом, бешено заплясали над головой.