Филип Фармер - Последний дар времени

Грибердсон и Речел спускались в ущелье по склону холма. Грибердсон нес на плече три бухты веревки. Они шли к ловушке, поставленной два дня назад. Снег покрыл землю почти на два фута, не обойдя своим вниманием высокие зеленые сосны и ели.

Неожиданно они вышли на открытое пространство.

Когда-то с вершины скатилось несколько огромных валунов, повалив на этом участке лес. В небе парил орел, его тень с распахнутыми крыльями скользила по земле.

Грибердсон оказался с Речел наедине не по своей воле, она попросила разрешения сопровождать его, и он не мог найти убедительной причины для отказа. Все же эти несколько месяцев она обращалась к нему официально, как к коллеге ученому. Но холод в отношениях между супругами стал ощутим настолько, что Речел теперь была гораздо ближе к Грибердсону, нежели к собственному мужу.

- От времени, насколько это возможно, нужно получать удовольствие, говорил Грибердсон. - Ничего иного не остается. Надо жить, как живут звери, день за днем, а когда ваше время выключается, это означает, что с вашей смертью уходит частица общего времени, и ничего с этим не поделаешь, так что незачем понапрасну терзать себя.

- Но вы - исключение, - сказала Речел, прервав себя на полуслове. Глаза ее широко раскрылись и губы дрогнули. Она прижала к горлу ладони, стараясь помешать словам вырваться.

- Я? Почему? - спросил он.

- Я имела в виду, - сказала она, - что вы или кто-то другой могли бы быть исключением. Если бы кому-нибудь удалось продлить свой жизненный цикл на очень долгое время, а потом...

- И что потом? - спросил Грибердсон.

Он остановился и посмотрел на нее сверху вниз большими и чистыми серыми глазами.

Речел дрожала, но не от холода, солнце отдавало миру в этот день достаточно тепла, к тому же она была хорошо одета.

- Я только рассуждаю, - сказала она. - Может быть, за всю историю человечества кто-то создал эликсир, позволяющий сохранять молодость. По вашему, это возможно?

- Возможно, - ответил он и улыбнулся. Речел опять вздрогнула.

- В молодости мне приходилось слышать легенды дикарей Африки о чародее, нашедшем эликсир юности. Предполагалось, что он давал иммунитет ко всем болезням. Но человечество давно мечтает о таком эликсире, так что скорее всего легенда о его существовании - не более чем плод этих мечтаний.

- Хорошо, - сказала Речел. - Но предположим, что такая личность все-таки существует. Не считаете ли вы, что этот человек очень одинок? Он видит, как те, кого он любит, старятся, теряют красоту и умирают. Он будет много раз влюбляться и растить детей, зная, что переживет каждого из них.

Речел замолчала, проведя языком по пересохшим губам, и подвинулась к Грибердсону. Она была очень серьезна сейчас и, задавая вопрос, старалась смотреть прямо в глаза.

- Это в том случае, - сказала она, - если ему неизвестен секрет эликсира. Иначе он мог бы сохранить молодость своей жене и детям. Конечно, ему пришлось бы открыть им тайну, и это было бы очень опасно. Ведь согласитесь, что очень немногие способны хранить подобные секреты.

- И вы тоже к ним относитесь? - спросил он улыбаясь.

- Да, - ответила она.

- Желаю вам найти обладателя эликсира, - сказал Грибердсон, - если, конечно, он существует. А если это и так, то вряд ли обитает именно в этой эпохе. Хотя, кто знает, может быть, существуют растения, которые в будущем станут редкостью, способные стать основой для эликсира. Быть может, его следует принять лишь однажды, и действие его будет вечно.

- Мне, наверное, не следует этого говорить, - сказала она, - но когда вы ушли к вотаграбам, мы - Роберт, Драммонд и я - долго спорили о вас. Мы пришли к выводу, что обстоятельства вашего назначения в экспедицию весьма необычны. Кроме того, с прошлым вашим тоже не все ясно. Однажды вы обронили странную фразу, которая может свидетельствовать лишь о том, что вы прожили долгую, очень долгую жизнь, намного больше...

Грибердсон не переставал улыбаться.

Он сказал:

- Боюсь, что перемещение во времени подействовало на вас неблагоприятно. Назовем это темпоральным шоком или темпоральным синдромом. Не следует катапультировать человеческое существо во время, столь далекое от его эпохи. Человек оказывается в обстановке, органически чуждой ему, и как следствие - возникают неврозы, а может быть, даже психозы.

- В таком случае на вас шок должен был подействовать в той же степени, что и на нас...

Она замерла. Грибердсон смотрел поверх ее плеча куда-то на холм и явно был встревожен.

- Что случилось? - спросила она.

Обернувшись, Речел посмотрела на верхушку холма, но увидела лишь снег, блестевший на солнце, сосны и ели, орла в небе и несколько серых теней справа от вершины, но внимание Грибердсона привлекло нечто другое.

- Кажется, там что-то шевелится, - сказал он. - Среди деревьев.

Ни о чем не думая, она сделала шаг вперед и обвила его руками. Желание, долго скрываемое в глубине души, теперь вырвалось, и он понял это так же, как и она сама, но было уже поздно.

Речел не отпрянула, а поднялась на носках и поцеловала его. В этот момент пуля просвистела в дюйме от ее головы, положив конец беседе. Затем донесся звук выстрела.

Грибердсон повалил ее в снег и упал рядом. Речел подняла голову. Теперь она стала похожа на снеговика, снежная пудра залепила лицо сплошной маской, на которой были лишь большие голубые глаза.

- Это Драммонд, - сказала она. - Но как он решился? Это совсем на него не похоже. Он же не убийца.

Но Грибердсон знал, что кто-кто, а ее муж способен на многое, но только произнес:

- Не будем пока никого обвинять. Сначала нужно убедиться.

Вторая пуля легла совсем рядом, взметнув снежное облако. Грибердсон откатился в сторону.

- Отличная стрельба. Или ему просто везет. Спрячься за валун.

Речел бросилась к указанному валуну, и пуля взметнула снег в нескольких дюймах от ее ноги.

Стараясь не угодить под пулю, Грибердсон крикнул:

- Судя по разнице времени между звуком выстрела и падением пули, он от нас в четырехстах ярдах.

- Но зачем Драммонду это понадобилось? - застонала Речел. - Мы же не виноваты.

- Зачем? - спросил Грибердсон. Больше он ничем не сказал, но Речел поняла.

Гораздо чаще люди совершают нелогичные поступки, чем логичные.

Грибердсон дождался, когда в валун ударила следующая пуля, осмотрел пистолет, чтобы убедиться, что ствол не забит снегом, и приказал Речел оставаться на месте.

Он прыгнул в снег, моментально перекатился и оказался за деревом. Речел услышала два выстрела. Справиться с искушением и не выглянуть - было выше ее сил.

Но людей она не увидела. Вершина холма казалась пустой. Где-то неподалеку у его подножия прятался за деревьями Грибердсон.