Сато Цутому - Непутевый ученик в школе магии 8: Воспоминания

— Тацуя, — встряла Окаа-сама, закончив его разговор. Хотя у неё, наверное, не было таких намерений.

Говоря томным голосом с дивана, Окаа-сама назвала имя Ани. На что он отвел глаза от дрожащего мужчины.

— Что-то случилось?

— Посмотри и доложи ситуацию снаружи.

Как обычно, Окаа-сама давала указания безразличным тоном.

Но, что было необычно, Ани нахмурился:

— ...Больше, чем знание ситуации снаружи, есть возможность того, что ущерб будет нанесен здесь. В моём нынешнем состоянии, я не могу защитить Миюки из удаленного местоположения.

— Миюки? — холодным голосом, Окаа-сама прервала возражения Ани. Её холодные глаза сузились. — Тацуя, ты помнишь своё место?

Лишь её тон оставался учтивым, её голос дрожал вместе с её спиной. Ани назвал меня Миюки, потому что я так пожелала. Однако слыша тихий властный голос Окаа-сама, я не могла даже высказаться в его защиту.

— ...Мои извинения, — Ани извинился, и больше ничего не высказал.

— ...Тацуя-кун, оставь это место мне, — ворвавшись в неловкую атмосферу, заговорила Сакурай-сан.

Потеряв интерес, Окаа-сама отвернулась.

— Понял. Я выхожу.

Поклонившись Окаа-сама, он покинул комнату.

Ни Ани, ни Окаа-сама, даже не взглянули на семью мужчины, которая смотрела с испуганными глазами.

Я могла слышать, как снаружи доносятся звуки, похожие на фейерверк.

Конечно, это не мог быть фестиваль.

Сейчас звуки выстрелов были слышны даже мне.

И становились ближе не только выстрелы.

К комнате приблизился ряд шагов, и остановился снаружи.

Сакурай-сан встала передо мной и Окаа-сама.

Её CAD в форме браслета был заряжен Псионами, готовый мгновенно высвободить магию.

Такое продолжительное время трудно поддерживать состояние готовности; техника Сакурай-сан действительно что-то.

Я могла видеть лишь её спину, но она, видимо, резким взглядом смотрела на двери.

— Извините! Я Рядовой Первого Класса Киндзё, второй Воздушно-десантный отряд!

Хотя она всё ещё была насторожена, я могла сказать, что напряжение Сакурай-сан немного уменьшилось. Я также с облегчением услышала голоса с другой стороны двери.

Похоже, это были солдаты этой базы.

За дверью, когда она открылась, я увидела четыре молодых солдата. Они все, похоже, были вторым поколением Левой Крови, но я не была этим особо обеспокоена. Просто такая природа местной базы.

С их автоматов сочилось тепло, видимо результат того, что они сюда стремительно добрались, перестреливаясь с врагом.

— Мы здесь чтобы доставить вас в подземное убежище. Все, пожалуйста, следуйте за нами.

Ожидаемые слова, но я замешкалась. Если я сейчас уйду, я буду отделена от Ани.

— Я прошу прощения, но один из нас вышел посмотреть ситуацию снаружи.

Прежде чем я успела заговорить, с Рядовым Первого Класса Киндзё заговорила Сакурай-сан.

Конечно же, Рядовой нахмурился:

— Но вражеские силы проникли глубоко внутрь базы. Здесь оставаться опасно.

В некоторой степени, это тоже ожидалось.

— Тогда, можете спокойно забрать с собой лишь этих людей.

Но слова Окаа-сама были совершенно неожиданными.

— Я не могу просто отказаться от моего сына.

Сакурай-сан и я молча обменялись взглядами.

Хотя, если подумать, её слова выглядели совершенно естественными, но всё равно осталось чувство дискомфорта.

— Но...

— Вы, Киндзё-кун, так. Пожалуйста, идите вперед, и возьмите с собой этих людей, мы останемся здесь.

Предыдущий мужчина вышел вперед, чтобы посмотреть, что происходит, и четверо солдат, теперь выглядевших мрачно, начали вполголоса перешептываться между собой.

— ...О Тацуе-куне, не можем ли мы позже связаться с Капитаном Казамой и попросить, чтобы его к нам сопроводили? — в этот промежуток времени, Сакурай-сан тихим голосом заговорила к Окаа-сама.

— Я не волнуюсь о Тацуе. Это лишь для видимости, — Окаа-сама вполголоса ответила.

Я была вынуждена потратить большие усилия, чтобы не задрожали колени.

Почему Окаа-сама, к своему собственному сыну, относится так равнодушно?..

— Тогда почему?

— Интуиция.

— Вы говорите интуиция?

— Да. Интуиция, что этим людям нельзя доверять.

В мгновение, настороженность Сакурай-сан увеличилась к максимуму.

Я также забыла свои обиды.

Отделяя её от остальных, заработав ей имя «Хозяйка Леты»,[16] — «Интуиция» Окаа-сама.

Её особая магия заключается не в восприятии или предсказании, но в магии психического вмешательства, и как пользователи «психической» магии предположительно тесно связаны с «Хрониками Акаши»,[17] они обладают чрезвычайно проницательной интуицией... хотя есть и исключения, такие, как я.

В это время четверо солдат также закончили своё совещание.

— Мы очень сожалеем, но мы не можем оставить вас в этой комнате. Пожалуйста, ведите себя ответственно, и пойдите с нами.

Слова были такими же, как прежде.

Но такое ощущение, что их отношение внезапно стало угрожающим, это ведь просто моё предвзятое мнение, так ведь?

— Дик!

Из-за нового персонажа сцена начала развиваться быстро.

Рядовой Киндзё, услышав этот голос, сразу же открыл огонь в его сторону, в сторону Младшего Капрала Хигаки.

В стенах коридора не было окон, поэтому я не могла сказать, ранили ли его, но я была уверена, что этот голос принадлежал Младшему Капралу Хигаки, и я также была уверена, что Рядовой Первого Класса Киндзё по нему открыл огонь.

Семья мужчины начала кричать.

Товарищи Рядового Киндзё вскочили в комнату, целясь автоматами.

Сакурай-сан сразу же начала последовательность активации, но внезапно мою голову заполонил «шум», будто царапание по стеклу, и конструирование магии остановилось.

Это, волны Псионов? Помехи!?

Держась за уши и обернувшись, я увидела на одном из четырех солдат медное кольцо.

Окаа-сама сжала грудь и резко опустилась вниз!

Это плохо!..

С самого начала у неё была чрезвычайная чувствительность к Псионам. К тому же, она уже не молода, и её сопротивление Псионам в последнее время упало.

Волны Псионов из Помех также неблагоприятно влияют на её тело.

Я должна это остановить!

— Дик! Ал! Марк! Бен! Почему?

Я всё ещё держалась ладонями за уши, когда слабо услышала голос Младшего Капрала Хигаки.

Слава богам, в него не попали...

— Почему вы нас предали?!

— Джо, скорее, почему ты так лоялен к Японии!

Между одиночными выстрелами — значит, автоматы могут стрелять одиночными выстрелами, как я и думала, хотя, если честно, мне сейчас на это наплевать — Рядовой Киндзё прокричал в ответ.

— Неужели ты это забыл, Дик! Разве Япония не наша родина!

— Посмотри, как Япония с нами обращается! Хотя мы присоединились к армии, хотя мы работали ради Японии, мы до сих пор для них «Левая Кровь»! мы посторонние, неважно, как много времени проходит!