Уильям Котцвинкл - Ип, инопланетянин, и его приключения на Земле

– Но как ты сделаешь пластинку из пилы?

– Скажи правильно: "Краска", - жестом Ип показал, что лезвие нужно покрасить.

– В какой цвет?

Ип показал на небо.

– В голубой?

Ип кивнул.

– Приходила мама, - объявила Герти, - и даже не заметила Ипа.

– Да? Значит, маскировка сработала? - восхитился Эллиот и указал на шеренгу бестолковых плюшевых игрушек.

– Уходите, уходите, - выпроваживал детей Ип. Ни один выдающийся ученый не вынес бы столько унижений, сколько досталось на его долю в этот день.

Мэри взглянула на себя в зеркало над туалетным столиком и сунула руку в фарфоровую курочку, в которой держала заколки для волос.

Там было пусто.

Она догадывалась, где заколки. Конечно, Герти. Девочка уже пользуется ее косметикой. Теперь ей понадобились заколки.

– Герти!

Девочка вбежала в комнату.

– Да, мамочка?

– Верни мои заколки для волос.

– Не могу, мамочка, они нужны монстрику.

– Вот оно что! И зачем же?

– Для его машины.

Мэри задумалась. Стоило ли разрушать детскую фантазию из-за нескольких заколок?

– Ладно, Герти, иди играй.

– Передать от тебя привет монстрику?

– Обязательно. Самый сердечный.

Тем временем Ип не покладая рук трудился в чулане. Диск циркулярной пилы был покрашен, высушен, и теперь престарелый механик выжигал в нем отверстия.

– Я понял, - сказал Эллиот. - Это будет вроде шарманки.

Майкл перегнулся через плечо Эллиота, разглядывая узор из дырочек на лезвии пилы.

– Как в механическом пианино, - сказал он, наблюдая, как палец-паяльник Ипа выжигает в диске ряды отверстий, словно в перфокарте. Затем Ип положил пилу на диск проигрывателя, крутанул его рукой и опустил на "пластинку" распялку с припаянным к ней рядом заколок, которые царапали по вращающейся поверхности и щелкали при каждом попадании в дырочку в соответствии с заданной программой.

– О, Ип! Ты просто кудесник!

Как только диск закрутился, идущие от заколок проводки задействовали клавиатуру "Скажи правильно", и зазвучали вновь и вновь слова на звездном языке: -…Глипл дупл цвак-цвак снафн олг мммнннип…

– Ты все-таки добился своего, Ип! Сделал запись!

Вошла Герти с недавно выпрошенным у Эллиота уоки-токи, по которому переговаривалась с куклами, скучающими в ее комнате.

– Слушай меня, куколка, это говорит Герти…

Протянув длинную руку, Ип выхватил уоки-токи, в одно мгновение вычленил микрофон и вмонтировал его в "Скажи правильно".

– Ип, ты ломаешь все мои игрушки! - завопила на весь дом Герти.

Братья терпеливо принялись убеждать ее, злодейски выкручивая при этом руки куклы, что нельзя быть такой жадной.

– Ладно, - шмыгнула носом Герти. - Только пусть он больше ничего не портит…

Старый ученый заверил, что больше не тронет ни одной игрушки. Ему еще необходим только коаксиальный кабель от телевизора Мэри, а также механизм высокочастотной настройки - его черед уже настал.

Все вместе они крадучись вышли в коридор.

Позже, вечером, Мэри прошла к себе в спальню, включила телевизор, сбросила туфли и улеглась на постель. Превозмогая усталость, она развернула газету и принялась за чтение, но вскоре обратила внимание, что телевизор не работает.

– Майкл!

В доме было тихо.

– Эллиот!

Опять гробовое молчание. Материнская интуиция подсказывала, что здесь не обошлось без ее сыновей. Но тут же в мозгу отчетливо возник образ Герти.

Герти? Неужели малышка могла что-то натворить? Мэри, озадаченная, закрыла глаза. Вдруг ей представилась Герти, на цыпочках входящая в спальню с Маппитом на руках.

"Я слишком утомляюсь на службе", - вздохнула Мэри и накрыла лицо газетой.

После короткого беспокойного сна она пробудилась с чувством голода. Не съесть ли булочку с клубничным джемом? Неужели снова настал Час Порока…

Она тихонько спустила ноги на пол и, стараясь не шуметь, осторожно выбралась в коридор. Дети не должны застать ее; нельзя показывать им дурной пример - что это за мать, которая не в силах совладать со своим аппетитом и которая одержима мыслями о варенье?..

Мэри прислушалась. Эллиот и Майкл играли в детской. Отлично, они не станут свидетелями ее падения, не увидят, как она превращается в ненасытную свинью. Но самое главное - они не смогут ей помешать!

Мои заботливые детки, не желающие, чтобы мать стала толстой как бочка.

Но я не могу сдержать себя!

Я умираю от голода…

Все бы отдала за булочку… С заварным кремом… За рисовый пудинг…

Она на цыпочках спустилась по лестнице в прихожую и прислушалась: кажется - тихо.

В гостиной было темно и пусто. Мэри крадучись направилась к кухне. Приоткрыв дверь, она увидела за столом Герти и перед ней печенье и молоко. Мэри не заметила Ипа на табурете рядом с холодильником. Бедный космический гоблин съежился, не зная, куда спрятаться, и ожидая самого худшего.

– Для кого второй прибор? - Мэри указала на тарелки, жадно пожирая взглядом печенье, будто специально приготовленное для нее. - Для твоей куклы?

– Для инопланетянина, - простодушно ответила Герти. - Он любит печенье.

Бедный Ип готов был сквозь землю провалиться.

– Он не обидится, если я возьму одно?

– Конечно, нет. Он тебя обожает.

– Какой милый инопланетянин, - сказала Мэри, поспешно хватая печенье.

О боже, какое наслаждение…

Невыразимая услада обуяла ее, и она поняла, что погибла.

Я должна взять джем.

Она устремилась к холодильнику и рывком открыла дверцу, которая сбросила Ипа с табурета прямо в корзину для мусора. Голова его оказалась внизу, ноги торчали наружу, но Мэри ничего этого не видела. -…яблочное масло… мармелад… а вот и пирожки с черникой… Могу съесть хоть десяток…

– Мамочка, - спросила Герти, - у тебя опять приступ?

– Да, милая… Ириски… эклер…

Чьи-то сильные руки вдруг обхватили ее сзади.

– Не надо, мам!

– О, Эллиот, Майкл… Оставьте меня в покое!

– Мам, прошу тебя, ну пожалуйста… - Майклу стоило больших усилий оторвать мать от холодильника. - Ты же сама просила, чтобы мы удерживали тебя!

– Забудьте о том, что я просила… - Она попыталась схватить печенье с тарелки Герти.

– Пойдем же, мам, - потянул ее за собой Эллиот, загораживая спиной торчащие из мусорной корзины ноги Ипа, - поиграем в "Монополию".

Мэри растроганно посмотрела на не на шутку встревоженного сына, который вертелся перед ней, всячески пытаясь отвлечь от холодильника.

– Ты славный мальчик, Эллиот.

– Ты же велела напоминать, что если станешь есть много сладостей, то превратишься в бочку.

Сыновья увлекли ее в прихожую, подальше от Ипа.

– Вы хорошие дети… Строгие, но хорошие…