Елена Асеева - Коло Жизни. Зачин. Том первый

Ознакомительный фрагмент

Теперь Бог медленно поднялся с кресла, и, повернувшись к возлежащему Небо слегка прикрыл своим телом от Седми девочку, да чуть заметно тряхнул огненно-рыжими длинными волосьями, стянутыми позади головы в конский хвост.

– Изволь Огнь… Если желаешь взять удел девочки в свои руки, – протянул Небо и черты его встревоженного несогласием в печище лица расправились. – Я не стану противиться… только так, чтобы это не отразилось на иных наших творениях. Ведь вмале мы все отбудем отсюда.

– Да, желаю, – немедля откликнулся Огнь, и лицо его стало белоснежным, будто под кожей потух осеняющий ее изнутри огонь. – Желаю взять удел девочки в свои руки.

– Седми, малецык мой, – весьма ласково протянул величание сына старший Рас все также лежащий неподвижно. – Тебя устраивает предложение Огня.

– Что ж я не стану противоречить малецыку Огню, но лишь в том случае, если таковой замысел одобрит наш Дажба, – уже менее распалено ответил Седми. – Пускай будет так, как решит наша милая кроха. Хотя я останусь при своем мнении, девочку стоит убрать. Не буду ничего говорить про мальчиков, паболдырей, они хоть и портят общий генофонд, но несут в себе искры Першего. Одначе, насчет девочки останусь при своем мнении.

– Я согласен с Седми, – поддержав брата, молвил Словута и мощная птица, замершая в полете в его удивительном венце нежданно резко сомкнула, а погодя разжала лапы, устремляя вперед свои острые когти. – Согласен девочку надо убрать. Не думаю, что надобно убирать мальчиков, клеток Першего. Но девочка здесь лишняя… во всех отношениях. Да и потом, ты малецык Огнь, вскоре отсюда отправишься в Ледный Голец, после будешь отдыхать… До этого ли тебе будет дитя?

Огнь сделал несколько шагов в направлении Дажбы, и, приблизившись к нему, бросил какой-то малозаметный взор понятный верно лишь ему одному.

– Девочка будет жить! – это сказал не Дажба у какового Огнь просил помощи, а Воитель, по-видимому, поступок Влады весьма расположил Бога к ней. – Ибо теперь в ней живет моя клетка.

Едва заметно затрепетали алые губы Небо прикрытые золотыми завитками усов, вроде Бог был недоволен услышанным.

– Да! – наконец вступил в молвь Дажба. – Я выступаю за замысел Огня, раз Земля в моем управлении днесь… как и в целом Галактика.

И тотчас взгляды младших Богов устремились на Дивного, сидевшего неподвижно, прикрывши очи, оставив лишь тонкую бирюзовую полосу света меж век.

– Мое мнение не раздельно связано с мнением Небо, – не торопко отозвался Дивный. – А брат уже сказал: «Лучшее – лучшему!». Так, что не зачем повторять. Девочка столь чисто сияет, что нет сомнений она-чудо… Нарождающееся чудо первой искры нашего Першего, каковое неможно уже уничтожить. Да и потом, в честь того, что мы нынче здесь собрались и столько потратили время решая простой человеческий удел… выступаю за ее жизнь, – точно высказываясь не просто за себя, но и за своего старшего брата, докончил Зиждитель.

– Огнь! Когда девочке исполнится семнадцать лет, возьмешь ее в женищу. И тем продлишь ее род, – закончил дуновением своего гласа Небо, погашая несогласный ропот, отозвавшийся в Седми и Словуте. – А ноне приглядывай за ней, потому как в девочке теперь клетка Воителя. А ты, Воитель. – Старший Рас перевел свой взор на среднего сына и кожа того на лице порывисто замерцала золотыми переливами. – Более не смей даровать людям свои клетки, ибо это лишает тебя сил, что нашей печище не надобно… Тем более не спросив на это позволения у меня, Дивного или Седми. Ты слишком молод, чтобы принимать такие решения.

– Я просто знал, что ты Небо не позволишь излечить девочку ни мне, ни Огню, – незамедлительно откликнулся Воитель, и еле зримо качнулось его тело, точно пронзенное недовольным взглядом отца.

– Девочку бы вылечили лисуны, каковые еще находятся на хуруле… – сухо отметил Небо и так как Воитель хотел было, что-то произнести, верно, вступаясь за Владелину, покачал головой, повелевая ему молчать. – Но если бы даже бесицы-трясавицы ей не помогли… Ты, Воитель, не имел право жертвовать своими силами… Повторюсь, раз ты не уяснил, такие вопросы решаем только мы с Дивным и Седми. Ни ты… ни кто иной из младших Расов. – Голос Зиждителя прозвучал столь строго, что всколыхнул не только русые волосы спящей девочки, но и кудри всех младших Богов. – Вы нам с Дивным и Седми все вельми дороги… Мы, старшие Расы, тратим всю свою мощь, чтобы вам было легче… и потому не разумно так поступать, дорогой мой малецык, – добавил теперь уже нежнее Небо, и Воитель не мешкая, малозаметно кивнул. – И тогда последнее… Выхованок, – то Бог обращался к духу, каковой все то время взволнованно крутил головой, вращая ее вокруг тела. – Как теперь нам поступить с тобой.

Дух тотчас прекратил вращать головой и резко согнув тело почти в середине изогнулся, изобразив таким образом поклон. У него судорожно сотряслись ноги и потому, чтобы не свалиться он уперся пальцами в пол.

– Недолжно было ступать против наших повелений Выхованок. Недолжно было, – продолжил сказывать и одновременно дышать Небо. И теперь без сомнения голос его стал набирать силу, вроде он собирался объявить приговор над виновным. – Недолжно было выполнять просьбу Димургов, без одобрения Зиждителя Дажбы, ибо ты был прислан служить ему. Однако. – И мощь голоса Небо вырвавшись из его уст набрала стремительность, да вдарившись об свод залы, судя по всему упорхнула в небеса. Отчего его голубизна малость поблекла, а может то уже просто наступила ночь, коя своей серостью заслонила тот насыщенный, чистый свет. – Ведая, что духи не в силах противостоять просьбам Богов, я тебя на время помилую! Сберегу твою суть вплоть… – Небо на миг смолк и шевельнул вытянутой вдоль тахты ногой, слегка качнув разутой длинной стопой с неестественно долгими, худосочными пальцами. – Вплоть до достижения Владелиной двадцать первого лета, по меркам Солнечной системы. Тогда, ровно в день ее рождения, ты рассеешься, чтоб не было повадно другим духам.

– А до тех пор, – проронил Огнь и по коже его, снизу вверх, пробежала тонкая рябь искорок, жаждущая поджечь все кругом себя и особенно облегающую тело золотую рубаху, едва прикрывающую колени. – До тех пор береги девочку, и чтобы больше ни один лишний волосок не упал с ее маленькой головки. Так как теперь удел ее в моих руках!

Выхованок торопливо крутнул головой, а в его голубых очах блеснул яркий свет, и было не понятно рад дух, что удел девочки теперь в руках Огня или грустит о словах Небо.

– И еще… – это Небо произнес совсем тихо, несомненно, утомившись от пережитых только, что треволнений за собственную печищу. – Откуда здесь взялся энжей?