Сергей Суханов - До и после Победы. Книга 1. Начало.

Вокруг все чаще летали самолеты. Для них мы наряжали в немецкую форму патрули, которые ходили по городу, для них же расставили в разных местах немецкую технику. Все остальное постарались максимально замаскировать и пока это прокатывало. Но с авиацией надо было что-то делать. У нас уже было три 85-миллиметровые зенитки, два 37-миллиметровых автомата, семь 20-милиметровых автоматических пушек и с десяток ДШК, но с боеприпасами было негусто - по одному, редко полутора боекомплектам. Боевые расчеты постоянно тренировались в сопровождении цели, маскировке, разворачиванию и сворачиванию позиций, взаимодействию по эшелонам, но без стрельб - только сопровождали стволами макеты самолетов, которые пускали по натянутым в разных направлениях проволокам. Потом ввели тренировку сопровождения по птицам - естественно без стрельбы. Но тучи над нами сгущались. И неудивительно - по нашим подсчетам, к началу августа мы уничтожили уже более двух тясяч фрицев, захватили семь танков и еще два десятка уничтожили, также немцы лишились почти двадцати пушек и зенитных автоматов, сотни автомобилей, двух десятков бронетранспортеров, штук тридцать мотоциклов и семь десятков повозок. Практически, за полтора месяца с начала войны мы уничтожили полк. Хоть он и "состоял" из подразделений разных частей, поэтому пока эти дополнительные потери не бросались в глаза, но похоже кто-то уже начинал задумываться - а что это происходит в нашем уже глубоком тылу ? Кто все эти люди ? Почему не в лагерях или на кладбище ? И было ясно, что они постараются исправить этот непорядок.

Собственно, они уже пытались его исправить. Наши ДРГ постояно вылавливали какие-то подозрительные личности, которые шныряли вокруг нашего оборонительного района. И поди выясни - кто есть кто - то ли окруженец, то ли шпион. Если были какие-то подозрения, мы старались определить таких людей сначала на незначительные участки - уборка улиц, ремонт домов, заготовку дров. И присматривались. Некоторых сразу сажали, но сажать всех поголовно было неправильным - подавляющее большинство было нормальными советскими людьми, и мне претило обижать их по-напрасну. Наши сыщики и охрана ворчали - им из-за этого прибавлялось работы по допросу, наблюдению, сопоставлению фактов. Ничего - пусть тренируются на кошках.

Но были и такие, что практически прорывались до руководства. За июль мы предотвратили семь покушений - три на меня и четыре - на других руководителей и командиров. Приходилось в срочном порядке выстраивать охрану - без руководства тут все рассыпется. А без меня - если и не рассыпется, то жертв с нашей стороны будет значительно больше - ведь ни у кого не было знаний из будущего. Так что главное - охрана штаба и руководства. Всех незнакомых офицеров задерживали - если кто-то из знакомых офицеров чухнется - тогда уже их отпускать. Сообщения в штаб и руководителю передавались только через промежуточных лиц, хорошо знакомых руководству - чтобы оно не подвергалось даже малейшей опасности. Незнакомых солдат, которые пытались приблизиться к кому-то из руководства, тоже задерживали до выяснения - отправляли запросы в их части со словесным описанием портрета и ждали ответа с подтверждением что да, есть такой.

По допросам задержанных шпионов удалось выяснить, кто из немецкого командования стоял за этой суетой, а также где он может находиться. Операцию по его ликвидации удалось провести только в конце июля, когда удачно сложились несколько обстоятельств - недалеко от нашей группы наблюдения оказалась штурмовая группа, а нужный нам офицер был с небольшой охраной. Поэтому операцию по штурму деревеньки провели быстро и без потерь с нашей стороны. К сожалению, офицера захватить живым не удалось, а допросы пленных и его бумаги не пролили сколько-нибудь достаточно света на источник наших неприятностей. Но все-равно - это дало нам два месяца спокойствия - пока у немцев не появился очередной командир, который стал отдавать такие же приказания. Его мы тоже убили и так далее - убивая людей, отдающих особо вредные приказания, можно парализовать противодействие врага - не каждый у них может даже прийти к мысли отдавать такие приказания - таких людей еще надо поискать, а далеко не все начальники знают - кого именно надо искать, так как не все мыслят нешаблонно - обычно появляется какой-то подчиненный с новыми мыслями и идеями - генератор идей - которому дают зеленый свет и смотрят, что же у него получится. Так вот - на то, чтобы проявиться такому подчиненному, нужно время, чтобы начальство оценило его идеи - тоже нужно время, чтобы ему развернуться - опять же нужно время. Поэтому, убивая таких генераторов идей, мы убиваем время, которое есть у врага. А у нас это время остается - мы его освобождаем для своих идей. Главное - защитить своих генераторов.

-- ГЛАВА 14

Но мы и сами планировали способствовать сгущению туч над нами - наступала пора крупных рейдов. К началу августа мы сформировали первую рейдовую колонну, с пятью танками, тремя 20-миллиметровками, пять пушек, пять минометов, двадцать пулеметов. Руки чесались опробовать ее в деле. Пятого августа она выступила в поход. Я шел вместе с ними, чтобы по ходу дела корректировать тактику. Первую немецкую колонну из двадцати грузовиков мы просто снесли с шоссе. Они оказались набиты солдатами, все там и полегли под шквальным огнем - целый батальон пехоты за раз, очень хорошо. Плохо, что из грузовиков осталась целой лишь треть, но тут уж ничего не поделаешь - беречь либо немецкую технику, либо наших людей - и выбор очевиден. Эти грузовики и еще пяток на запчасти утащила с собой эвакуационная команда на тягачах и грузовиках повышенной проходимости, а мы вышли к железной дороге, опрокинули с рельсов состав с топливом и боеприпасами (кстати - зря, надо было брать), дошли до моста, подавили и взяли его охрану и взорвали мост в клочья - все три быка минимум на треть высоты. Затем вернулись вдоль пути на запад, мимо горящего состава, через три километра взяли на переезде колонну с продовольствием, повернули на юг, ближе к дому, и в коротком встречном бою расстреляли пять танков - наши шушпанцеры показали себя во всей красе. Себе взяли два, остальные довели внутренними взрывами до ремонтонепригодного состояния, перешли ветку на наш город, пересадив на ждавший поезд добычу, повернули на запад и через пять километров подошли к концлагерю с нашими военнопленными. Охрана оказывала сопротивление недолго. После ее подавления где-то за час рассортировали, построили и отправили на базу почти тысячу человек, а сами пошли дальше по шоссе. Встречные колонны громили - две небольшие с продовольствием взяли, а пехотный полк на марше частью рассеяли пулеметно-пушечно-автоматным огнем, но отступили обратно по шоссе - не хотелось увязнуть в ненужном бою. Но ушли не совсем - основная колонна втянулась на проселочные дороги, а пять минометов и снайпера послали начинающим очухиваться фашистам по несколько выстрелов, добрав еще с сотню трупов. Но затем пришлось быстро сматываться, так как вокруг стала кружить авиация.