Роберт Мак-Каммон - Песня Свон

- А я вовсе не спешу попасть на виселицу, не зависимо от того, жив ли ты или нет, ссыкун! - сказал ему Джош, пытаясь разозлить мальчишку, чтобы сохранить его живым. - Если бы ты был мужчиной, ты бы защитил Свон! Но они не собираются убивать нас сегодня. Иначе они не тратили бы продукты. А как насчет Свон! Ты просто собираешься махнуть рукой и бросить ее волкам?

- Слушай, да ты дурак набитый! Она возможно уже мертва, и Сестра тоже!

- Никоим образом. Они держат Свон и Сестру живыми - и нас, тоже. Так что теперь ты будешь есть или, клянусь Богом, я запихну твое лицо в эту чашу и заставлю тебя высосать это своими ноздрями! Понял?

- Здоровяк, - усмехнулся Робин, отползая в свой привычный угол и обертывая грязное изношенное полотенце вокруг себя. Но с этого дня он ел все без колебания.

В металлической задней двери грузовика были пробиты тридцать семь маленьких круглых отверстий - и Джош и Робин считали и пересчитывали их помногу раз. Они придумали умственную игру соединять точки одну с другой, которые впускали тусклый серый свет и воздух. Они также были полезными смотровыми отверстиями, через которые можно было видеть, что происходит в лагере, и местность, по которой они ехали. Но сейчас дверь была не заперта и скользила вверх на своих шарнирах. Охранник с винтовкой, которого Робин почти что нежно называл "сержант Сраные Кальсоны", рявкнул:

- С ведрами наружу.

Еще два охранника стояли рядом с нацеленными и наизготовку ружьями, пока сначала Джош, затем Робин и брат Тимоти выносили свои ведра с отбросами.

- Выходите! - приказал сержант Сраные Кальсоны. - Гуськом! Двигайтесь!

Джош смотрел искоса в туманном свете утра. Лагерь пришел в движение, готовясь к новому походу; палатки были упакованы, транспорт проверен и заправлен бензином из бочек на грузовиках. Джош заметил, что число бочек с бензином быстро уменьшается, и Армия Совершенных Воинов оставляет позади много покинутых грузовиков. Он осмотрел вокруг землю, пока шел около десяти ярдов от грузовика, чтобы вылить содержимое ведра в овраг. Густая чаща и безлиственные леса росли на дальней стороне оврага и вдалеке, на расстоянии были покрыты снегом, с тяжелыми хребтами горы. Шоссе, по которому они ехали, вело к этим горам, но Джош точно не знал, где они были. Время смешалось и перепуталось; он думал, что прошло две недели с тех пор как они покинули Мериз Рест, но даже в этом он не был уверен. Может быть, было больше, например три недели. Во всяком случае, к этому времени они оставили Миссури далеко позади, рассчитал он. И Глорию и Аарона также. Когда солдаты пришли забирать его и Робина из "курятника", у Джоша было время только на то, чтобы притянуть Глорию к себе и сказать: "Я вернусь".

Ее глаза смотрели прямо сквозь него.

- Слушай меня! - сказал он, тряся ее - и наконец она сосредоточила и сфокусировала свое внимание на красивом черном мужчине, который стоял перед ней. - Я вернусь. Ты только будь сильной, ты слышишь? И позаботься о мальчике так хорошо, как только можешь.

- Ты не вернешься. Нет. Ты не вернешься.

- Я вернусь! Я еще не видел тебя в этом блестящем платье. Это стоит того, чтобы вернуться назад, верно?

Глория нежно дотронулась до его лица, и Джош увидел, что она хочет верить, хотя знает, что это безнадежно. А затем один из солдат толкнул прикладом винтовки его в поврежденные ребра, и Джош почти скрючился от сильной боли - но пересилил себя и остался стоять, и вышел из "курятника" с достоинством.

Когда грузовики, бронированные машины и трейлеры Армии Совершенных Воинов наконец покатили из Мериз Рест, около сорока человек следовали за ними пешком некоторое время, выкрикивая имя Свон, плача и причитая. Солдаты использовали их как тренировочные мишени, пока последние пятнадцать или около того не повернули назад.

- С ведрами обратно! - загремел сержант Сраные Кальсоны после того, как Робин и брат Тимоти опорожнили свои. Трое заключенных поставили ведра обратно в грузовик, и сержант скомандовал: - Чаши готовь!

Они вынесли маленькие деревянные чаши, которые им дали, и примерно в это же время от полевой кухни прибыл железный котелок. Жидкий суп, сделанный из консервированной томатной пасты и подкрепленный крошечными кусочками солений, был перелит в чаши; еда была обычно точно такой же, доставлялась дважды в день, за исключением того, что иногда в супе были куски соленой свинины или в нем плавал жир.

- Чашки наружу!

Заключенные поставили свои оловянные чашки, в то время как другой солдат разливал воду из фляги. Жидкость была солоноватой и масляной конечно, это была вода не из источника. Это была вода из растаявшего снега, потому что она оставляла пленку во рту, воспаляющую горло, и вызывала язвы на деснах Джоша. Он знал, что большие деревянные бочонки с родниковой водой находились на грузовиках с припасами, и он также знал, что ни один из них не получит оттуда ни капли.

- Назад! - приказал сержант Сраные Кальсоны, и когда заключенные выполнили приказание, металлическую дверь потянули вниз и закрыли на засов, и время кормления было закончено.

Внутри грузовика каждый нашел себе свое собственное место для еды Робин в одном углу, брат Тимоти - в другом, а Джош - центре. Когда Джош закончил, он натянул свое изношенное полотенце вокруг плеч, потому что необитые металлические внутренности грузовика, предназначавшиеся для груза, всегда оставались холодными; затем он растянулся, чтобы лечь спать опять. Робин встал, шагая взад и вперед, пытаясь растратить нервную энергию.

- Лучше сохраняй свои силы, - сказал Джош, охрипший от загрязненной воды.

- Зачем? Ах, да, я полагаю, мы собираемся сегодня поднять восстание, а? Конечно! Я действительно лучше буду сохранять силы! - Он чувствовал себя медлительным и слабым, голова так болела, что он едва мог думать. Он знал, что это была реакция на воду после того, как его организм привык к родниковой воде Мериз Рест. Но все, что он мог сделать, чтобы не сойти с ума - это ходить по кругу.

- Забудь о том, чтобы пытаться бежать, - сказал ему Джош, примерно в пятнадцатый раз. - Я должен оставаться рядом со Свон.

- Мы не видели ее с тех пор, как они бросили нас сюда! Человек, мы ничего не слышали о том, что эти ублюдки сделали с ней! Я говорю, мы должны выбраться, а затем мы сможем помочь Свон бежать!

- Это большой лагерь. Если даже мы сможем выбраться, что мы вряд ли сможем сделать, то я не уверен, что найдем ее. Нет, лучшее - это остаться здесь, лежать тихо и посмотреть, что они планируют для нас.

- Лежать тихо? - Робин недоверчиво рассмеялся. - Если мы еще сколько-нибудь полежим тихо, то будем скоро валяться в грязи! Я знаю, что они планируют! Они собираются держать нас здесь пока мы сгнием, или застрелят нас где-нибудь на краю дороги! - Пульс в его висках бился неистово, и ему пришлось опуститься на колени и сжать виски ладонями, пока боль не прошла. - Мы мертвы, - заскрежетал он наконец. - Только мы еще не знаем это.