Юрий Погуляй - Мертвая пехота

— Вы убили его? — вдруг спросила Нара. Положила свою ладонь на его руку, и Элай вздрогнул. Святой Лоден, да она вся горит. Стратег неуклюже освободился, почему-то испугавшись ситуации. Нервно подумал о Санни и сухо кашлянул, поднимаясь.

Жрица истолковала все по-своему и уныло уточнила:

— Нет?

— Мы оцепили весь блок. Оттуда нет выходов. Но ничего не нашли, — признался Ловсон. — Три трупа…

— То есть эта тварь где-то на корабле? — обреченно произнесла Нара. — Погоди, как три? Там было лишь двое! Кто третий?

— Два хирурга и…

— Там был только Лепарос! Только один хирург, Элай! Лаэна и Лепарос! — вскочила на ноги жрица, оказавшись напротив Элая. — Это он третий! Это жук!

Ловсон несколько секунд молчал, переваривая услышанное. Куда, интересно, дели тела убитых? Клещ вновь пошевелился, и, поморщившись, стратег отвернулся от Нары и подошел к двери.

Обеспокоенный Рудольф ждал в коридоре, и когда увидел командира, то попытался заглянуть в каюту.

— Куда отвезли тела убитых? — в лоб спросил его Элай.

— В морг… — опешил ловур. — А…

— Быстро отправь туда солдат. Никого оттуда не выпускать, до моего распоряжения. Проконтролируй лично. Один из трупов, возможно, наша цель.

Рудольф бестолково хлопнул глазами, и судорожно кивнул:

— Хорошо, дор стратег!

Элай вернулся в каюту Нары и закрыл за собой дверь.

— Ты думаешь он опасен? Этот жрец… — неуверенно спросил он.

— Он убил двоих человек, Элай! Конечно, он опасен!

— Я имею в виду другое, Нара. Неужели он настолько опасен, что я должен вводить на "Рывке" комендантский час? — попытался пошутить Ловсон. Но жрица шутку не поняла.

— Элай… Ты знаешь на что он способен, а? И я не знаю! Что если эта тварь способна воспроизводить клещей, как у тебя? — она понизила голос, покосившись на дверь. — Он же выкосит весь корабль! Или вдруг его задача истребление офицеров противника, а?

Ловсон скептически, но неуверенно хмыкнул. Ему на глаза попалась видеорамка, висящая над панелью стола. И она неожиданно привлекла внимание стратега. Три ряда серьезных юных лиц, и по центру старик со стальным обручем на глазах. Он единственный, кто улыбался. Нара почти не рассказывала про свою группу. А Элай никогда не видел этой видеографии. У нее там есть маска или нет?

— Тогда ты должна активировать Ищеек, — одернул он себя.

"И тогда у нее не останется сил на тебя, Элай. А ты благороден. Или это показуха? Чтобы она почувствовала, что нужна тебе, но ты слишком горд, чтобы попросить о помощи?"

— Как твоя… нога… — тихо спросила жрица, словно подслушав его мысли.

— Все хорошо. Терпит, — он не пойдет на поводу внутреннего голоса.

— Долго ждать нельзя. Если чары полностью развеются — он прикончит тебя в течение нескольких минут. Я должна обновлять заклинания как минимум раз в три-четыре дня… А лучше чаще.

— Терпит, Нара, — ее участие плохо вязалось с мертвецким выражением глаз. — Если ты говоришь, что все серьезно, то нам нужны Ищейки! Ты же сможешь настроить их на инсектоидов?

Он знал, что теоретически это возможно. Храмы привносили в жизнь империи много новшеств, и, несмотря на то, что Ищейки были созданы Ксенорусом — жрецы Медикариума могли программировать эти голодные черные тени. Уродливые твари никогда не теряли след, всегда находили жертву, и ждали, пока за ней не придет чародей-охотник с тяжеловооруженными спутниками. Если зачаровать Ищеек на жуков, то проблема решится сама собой.

— Первым делом они выйдут на тебя, Элай, — покачала головой жрица. Она выглядела смущенной.

— Ты сможешь их настроить? — он пропустил ее слова мимо ушей.

"Надеешься, что она скажет нет?"

— Нет, Элай. И даже если бы могла, то не стала бы.

Чувство облегчения от ее слов показалось Элаю постыдным.

— Я могу отправиться с Эрзархом на спасательную операцию, пока ты запускаешь Ищеек, — предложил он.

— Я об этом не подумала, — вдруг улыбнулась Нара. — Но моих знаний не хватает на управление Ищейками. Прости.

Ловсон положил руку ей на плечо:

— Отдохни, Нара. Тебе это действительно надо.

— Знаешь, Элай, я ненавижу жрецов Ксеноруса, — вдруг сказала она. — Они не такие как мы. Я всю жизнь занимаюсь тем, что помогаю людям. Да, в нашем Храме есть и другие направления, отнюдь не мирные. Но у Ксеноруса нет ничего направленного на благо. Как ты думаешь, Элай, не мог ли это быть их эксперимент? А? Ведь он был разумен, понимаешь? Он мыслил, как человек. Да, будь я проклята, это и был человек. Человек-жук!

— Отдыхай, — он похлопал ее по плечу.

В коридоре Элай остановился рядом с охранниками. Один младший тактик и два рядовых бойца в тяжелой броне. Должности не самые высокие, но зато с рейтингом у каждого был полный порядок: на датчиках доспехов, напротив сердца, светились хорошие цифры. Почти элита для своего-то уровня. Рудольф расстарался для бывшей возлюбленной.

Бывшей ли? Элай неожиданно для себя улыбнулся. Ловур наверняка все еще влюблен в красотку. Иначе, отчего бы ему так за нее переживать?

Лицо младшего тактика скрывало хищное забрало, разукрашенное под оскаленную пасть какого-то зверя. Заметив внимание командира, солдат вытянулся по стойке смирно, и потянул было руку к шлему.

— Отставить, — остановил его Элай. — Глаз не спускать с каюты. Это наш последний жрец, солдат.

— Не беспокойтесь, дор стратег, — прошипел из динамика голос воина. — Сделаем в лучшем виде.

Элай хмыкнул. Боец прав, но до тех пор, пока здесь не появятся войска Косы — Ловсон вынужден "беспокоиться".

В своей каюте он первым делом добрался до передатчика, валяющегося на пульте среди прочего бесполезного ранее хлама, и, включив его, сел перед мониторами. Вызвал Рудольфа, и бросил взгляд на экраны. Камеры послушно передавали ему изображение болтающихся в невесомости груд обломков от станции и черную глубину космоса с огнями далеких звезд. Где, интересно, отмеченный стратегом Сепаром вражеский флот?

— Дор стратег, — наконец, принял вызов ловур.

— Что там? — отстраненно поинтересовался Элай, гипнотизируя взглядом экран. Компьютер услужливо очерчивал зловещие силуэты кораблей, приближающихся к Раздору. Тонкие синие контуры флота Империи. Войска Дракона и Ветродава, не иначе.

— Он ушел, дор стратег. Убит смотритель морга. Мы проворонили его, дор стратег. Простите, — сухо отчитался Рудольф.

Значит, на борту свободно разгуливает откровенно враждебная тварь. Элай смотрел на то, как черные силуэты боевых кораблей заслоняют блеск далеких солнц, неторопливо приближаясь к планете, и гнал от себя мысли, что хотел бы идти в атаку вместе с ними. Что место, где он оказался по велению недоброй судьбы, ему совсем не нравилось.