Баррингтон Бейли - Великое колесо

На звонок ответила Кэденс. Ее голографическое изображение скользнуло на стул, что стоял по другую сторону стола в крохотной будке. Глаза у нее расширились при виде Скарна.

— Чейн, что стряслось? Куда вы запропастились? Джерри просто вне себя от ярости…

— У меня случилось кратковременное помутнение рассудка, — сказал игрок. — Сам не знаю, что произошло. Когда пришел в себя, то понял, что лежу на скамейке на вокзале.

— Ясно. Теперь все в порядке?

— Кажется, да, — кивнул Скарн.

— А нам уже позвонили и сообщили, что вы исчезли. Вас повсюду разыскивают. Мы уже почти списали вас… — Она нахмурилась. — Постойте, как же они не смогли найти вас на вокзале? Или вы забрели куда-то еще?

— Понятия не имею.

— Вам лучше немедленно выехать к нам. Мало ли что. Я пока передам все это Джерри. Только поторопитесь.

— Кэденс… — начал было Скарн, но та уже отключилась. Голографическое пространство исчезло, и беглец снова оказался в обычной пластиковой будке, тупо глядя на сканирующее табло.

Выйдя из будки, Скарн констатировал, что спецслужбы снова переиграли его. В конце концов, можно было продать им другую, менее важную информацию — о Пендрагоне, о галактических связях Дома. Впрочем, теперь об этом нечего было и думать. Теперь ему ни за что не поверят.

И вдруг вспомнилось: наркотик! Все чувственные галлюцинации произошли по вине наркотика — возможно, ослабленный им мозг неадекватно отреагировал на импульс, полученный при джекпоте. Пожалуй, это стоит учесть на будущее.

Скарн поплелся на шестнадцатую платформу.

— Вы кто — интеллектуальный инвалид? — напустился на Скарна Сома, едва беглец переступил порог его кабинета. — Может, вам нянька нужна?

Скарну стало неловко.

— Прошу прощения, — пробормотал он.

Сома то ли не мог, то ли не желал уделить ему более нескольких минут. Он оказался страшно загружен работой — просматривал пленки и бумаги, которые стопками громоздились у него на рабочем столе. Просмотренные материалы ожидало либо уничтожение в специальном аппарате, либо перекладывание в другую стопку. Сортируя материалы, Сома умудрялся отдавать отрывистые команды то и дело заглядывавшим в кабинет подчиненным.

— Итак, Скарн, — наконец объявил Джерри, разобравшись с бумагами, — мы перебазируемся. Только что поступило сообщение: власти организовали нападение на резиденцию Дома. Клянусь Госпожой — за этот трюк ублюдки заплатят сполна! Впрочем, мы уходим вовсе не поэтому — просто у нас свои планы. Дом и его свита убывают в Провал. В том числе я и вы.

— Провал, — задумчиво проговорил Скарн. — Это очень далеко.

— Правительство там до нас не доберется, — пояснил Сома. — Нам все равно пришлось бы отправляться в Провал — там планировалось организовать встречу. Просто пришлось немного ускорить уже намеченные события, вот и все.

— А что, отправляемся только мы с вами? Как насчет остальных? — деликатно поинтересовался Скарн.

Сома поднял голову и хищно улыбнулся:

— Что, соскучились по подружке? Не стоит беспокоиться — Кэденс тоже в списке, хотя бы из-за необходимости поддерживать вас в хорошем настроении. Вам следует гордиться, как-никак вы — один из облеченных особым доверием Дома.

Скарн неожиданно вспомнил об экипировке, которой его снабдили в секретной службе.

— У меня есть время собрать вещи?

— Не больше пяти минут.

Выйдя от Сомы, рандоматик столкнулся с Кэденс — та нервно улыбнулась. Вихрем ворвавшись к себе в квартиру, Скарн поспешно собрал самое необходимое. Несколько минут спустя он присоединился к ожидающим его Кэденс, Соме и трем другим работникам Клуба. Они быстро погрузились в подъемник, который доставил их на крышу города-башни.

Выйдя из кабины подъемника, Скарн огляделся. Высота здесь оказалась такой, что пейзаж внизу терялся в туманной дымке. Сам город закрывала платформа крыши; можно было видеть лишь некоторые корпуса и выступы — строения будто парили в воздухе прямо под ногами беглецов.

К Скарну подошла Кэденс и указала в небо:

— А вот и он — точно по расписанию.

Скарн проследил за взглядом спутницы. К башне приближался корабль-челнок. Судя по всему, воздушным судном управлял опытный пилот — челнок завис всего в нескольких футах над крышей, пока люди «Великого колеса» поспешно запрыгивали в салон.

Когда погрузились все, челнок снова взмыл в небо. Через десять минут Земля превратилась в маленький диск, разглядеть который можно было в пассажирские иллюминаторы. В это время с Луны взлетел еще один корабль средних размеров — межзвездного класса, — чтобы забрать не только их, но и пассажиров дюжины других челноков, одновременно стартовавших с материнской планеты. Корабль также принадлежал «Великому колесу».

Как только пассажиры челноков перешли на борт межпланетного судна, а сами челноки отстыковались, корабль «Колеса» понесся к цели, которая лежала на расстоянии пятидесяти световых лет.

Межпланетный корабль летел в черной пустоте, а где-то в его чреве Маргарита Дом пристально следил за экранами. На них было отчетливо видно, как судно секретной службы подбирается к его опустевшему поместью, вздымая тучи лунной пыли. На лице Маргариты не дрогнул ни один мускул, когда с корабля начали выпрыгивать и исчезать в дверях его дома десантники секретной службы. Вдоволь насладившись зрелищем, Дом отключил аппарат, откинулся на спинку кресла и вздохнул.

ГЛАВА 9

Провал являлся планетой «Великого колеса» — Легитимное правительство не имело здесь даже намека на власть. Впрочем, правительство не слишком переживало на сей счет, ибо на планете имелся только один город, тоже носивший название Провал и пользовавшийся той же репутацией, что и Лас-Вегас когда-то: город считался центром всевозможных азартных игр и прочих увеселений.

Наркоманы и искатели удовольствий слетались сюда со всех уголков обитаемого космоса. В многоцветные пещеры Провала можно было явиться с единственным грошом в кармане, а улететь богачом; с тем же успехом здесь можно было оставить целое состояние. Только здесь играли в азартные игры, в какие больше не играли нигде: игры, где безумные выигрыши соседствовали с серьезным риском для жизни — с болезнями, наркоманией, многолетней хронической зависимостью. Здесь правило «Колесо», здесь не было никаких законов, кроме закона выигрыша и проигрыша.

Уже одно название — Провал — способно было поведать о городе многое. Город был врезан в стены огромной образовавшейся естественным путем пропасти, которая являлась единственным убежищем от беспрерывных ветров, обдувавших безжизненную каменистую поверхность планеты со скоростью сотни миль в час. Именно с таким ветром боролся сейчас корабль, направляясь к Провалу.