Владимир Фильчаков - Абсолютная власть

Я распрямляю спину, смотрю на людей и начинаю светиться любовью. Я озаряю своим светом каждого прохожего, я слегка подталкиваю их ветром, шевелю им волосы. И вот не стало задавленных бытом и проблемами, загорелись глаза, поднялись головы, глубже задышали груди, засветилась на лицах любовь.

Люди, сограждане дорогие! Поймите, в этом мире имеет значение только любовь! Ничто другое не важно, не существенно, не интересно. Деньги, власть, слава, престиж, образ жизни, все это тлен, прах и суета. Любовь, и только любовь! Любите друг друга! Муж, возвращаясь с работы, купи жене хоть самый дешевый цветок, принеси в дом улыбку и радостное настроение! Жена, встреть мужа приветливо, обними и поцелуй, прижмись к нему и прошепчи на ухо слова любви. Дети, любите родителей, любите себя, любите всех! Прочь вражда, ненависть, недоброжелательство, зависть! Я раздам вам свою любовь по крупице, и каждая крупица пусть взрастет в вас живым чувством!

И люди начинают оглядываться, и улыбаются друг другу, и смотрят удивленно - что случилось с этим миром, откуда сияет солнце, если на небе тучи? И почему вдруг захотелось чего-то, и сам не поймешь - чего именно, и откуда взялось томление в груди и предчувствие чего-то хорошего, которое непременно должно произойти?

У меня снова стукает сердце. Да! Ты не могла не откликнуться на такой призыв! Ты пришла. Я вижу тебя, я спешу к тебе, облетая радостно-удивленных прохожих, они смотрят на тебя и видят, как из тебя струится свет любви.

Я обволакиваю твою шею, твои руки, я целую тебя. А ты стоишь, слегка раскинув руки и подставляешь тело для поцелуев. Ты закрыла глаза от восторга. Нет! Нет! Открой их! Твои глаза чудесны, прекрасны и неповторимы.

Сегодня мы не пойдем к тебе домой. Нет, я не хочу, чтобы кто-то грубо вмешался в нашу с тобой любовь, испортил очарование. Я унесу тебя к морю, в безлюдное место, где никто и никогда не сможет нам помешать. Я беру тебя за руку, мы взлетаем над городом, ты испуганно прижимаешься ко мне, я ободряюще пожимаю твою ладошку. Прочь из душного города, отравленного выхлопными газами! Туда, где бьются волны, летят соленые брызги, дует морской ветер, кричат чайки, а на горизонте виден белый парус. Мы опускаемся на песок, ты радостно бежишь к воде, скидывая туфли, вбегаешь в волну, она охватывает тебя. Это я, я ласкаю тебя водой, я обнимаю тебя, я снимаю с тебя одежду и начинаю целовать. Ты соленая и необычайно вкусная, ты кружишь мне голову, я схожу с ума. Ты обнимаешь меня, я чувствую твои прохладные руки, которые едва прикасаются к моей коже, они необычайно мягкие и нежные. Я никогда не встречал еще таких рук. Я целую их, они красивые и тонкие, с длинными пальцами, и мизинец вздрагивает от прикосновения. Твои губы целуют меня в ответ, прикасаются ко мне, они пьют меня, и я растворяюсь в тебе. Мы опускаемся на дно, мы можем дышать под водой - это ведь так просто и естественно - дышать под водой. Мы сливаемся с тобой в единое целое, мы становимся соленой водой любви...

Потом я выношу тебя на берег, обессиленную и счастливую. Ты обнимаешь меня за шею и шепчешь что-то бессвязное и ласковое. Я кладу тебя на песок и рассматриваю твои глаза.

И что же я вижу в них? Себя! Я отражаюсь в твоих глазах! Значит я существую на самом деле, я не призрак, не привидение? Я поворачиваю глаза и вижу свои руки, ноги, всего себя, прижавшегося к тебе.

- Как удивительно, - шепчу я тебе на ухо. - Я снова обрел себя, я стал видимым. Это ты, это сделал ты! Твоя любовь была так сильна, ты так хотела этого, что я снова стал человеком.

-- Да, - просто отвечаешь ты и улыбаешься.

Твоя улыбка - это чудо, это счастье. Ты и я, мы вместе, отныне и навсегда...

В этом мире имеет значение только любовь!

Эпизод девятый. Шанс как ставка в карточной игре.

Я долго привыкал к темноте после яркого света. Большая зала, освещенная всего несколькими свечами в огромных канделябрах. Стены обшиты панелями черного дерева, окна закрыты тяжелыми портьерами. Канделябры окружали карточный стол под зеленым сукном. За столом сидели трое. Один совсем юнец, лет шестнадцати, с нервным подвижным лицом и юношескими прыщами на щеках. Второй постарше, лет тридцати, с острым взглядом и тонкими губами. Третий - пожилой джентльмен. Именно джентльмен - седовласый холеный красавец в добротном костюме, c брильянтом на пальце. Он опирался на трость, поставив ее между колен. Лица их показались мне знакомыми, из разряда тех, о которых думаешь, что где-то их встречал, но где и когда - вспомнить невозможно. В зале пылал камин, в углу стояли внушительных размеров напольные часы с гирями и тускло блестевшим маятником. Вдоль стены вытянулся темный буфет в старинном стиле. Я заметил на дверцах вырезанные черные фигурки.

- Проходите и садитесь, - послышался тихий голос сзади.

Я оглянулся и увидел подтянутого и чопорного молодого человека, затянутого во все черное, с предупредительной полуулыбкой на лице. Он напоминал распорядителя на каком-нибудь помпезном торжестве. Я послушался, подошел к столу, и сел на свободный стул с высокой резной спинкой.

- Господа, - сказал распорядитель. - Вы собрались здесь, чтобы попытать удачу. Одному из вас, подчеркиваю, только одному из вас будет предоставлен шанс. Какой именно шанс, я не скажу. Но, как вы сами понимаете, шанс - это не такая вещь, которая дается сплошь и рядом. За шанс вам предстоит побороться. Совершенно не важно, каким образом вы решите, кто из вас достоин шанса. Вы можете просто договориться, бросить жребий, разыграть право на шанс в карты, в домино или в рулетку. Важно только, чтобы трое из вас сказали: четвертый получает шанс. Причем если хотя бы у одного из вас возникнут сомнения в правильности решения, оно может быть опротестовано с правом наложения вето. Любой из вас может хоть тут же отказаться от участия в конкурсе - назовем это так, - тогда шанс разыграют оставшиеся. Теперь я удаляюсь. Вы остаетесь для совещания. Позвоните, когда будете готовы объявить победителя. К вашим услугам бар, буфет. Туалет вот за этой дверью. Хочу пожелать удачи каждому из вас.

Он поставил на стол маленький серебряный колокольчик. Юноша тут же потянулся к колокольчику, чтобы рассмотреть его поближе, но натолкнулся на укоризненный взгляд джентльмена и смущенно убрал руку.

Распорядитель вышел. Несколько минут прошло в молчании, причем юноша два раза порывался что-то сказать и уже открывал рот, но так ничего и не сказал.

- Ну что же, - наконец заговорил джентльмен. - Я полагаю, нелишне будет спросить у каждого из нас - не желает ли он выйти из... конкурса? - он обвел взглядом присутствующих. Юноша презрительно фыркнул и отвернулся, тридцатилетний отрицательно покачал головой, я коротко сказал "Нет". Джентльмен достал из внутреннего кармана кожаный портсигар, извлек сигару и миниатюрный ножичек. Обрезал кончик сигары, прикурил от свечи, выпустил облако дыма под потолок и сказал: - Ну что же. Я нисколько не сомневался в вашем ответе. Теперь, когда мы выяснили, что все будут участвовать в... конкурсе, нелишне будет познакомиться. Позвольте представиться. Петр Власович Рубалов, генерал в отставке. - Он повернулся ко мне.