Олег Мазурин - Контуберналис Юлия Цезаря

В этой хрупкой женщине чувствовалось сила духа, решительность, ум, образованность. Не обликом, а внутренней силой и душевными качествами привлекала она Цезаря. И еще видимо своим диким темпераментом и мастерством в любви. Египетская царица действительно была достойна императора.

Клеопатра благосклонно взглянула на Ивана, кивнула и улыбнулась: как-никак он спаситель ее мужа. И за это ему огромное спасибо и милость всех богов мира, в том числе и верховного египетского — Амона.

Кальпурния, Сервилия и сотни обольщенных императором женщин с ревностью и неприязнью поглядывали на египетскую царицу. На руках Клеопатра держала трехлетнего сына Птолемея Цезаря по прозвищу Цезарион — плод Александрийской любви великой царицы и диктатора.

Цирк уже готовился к началу состязаний.

Программа дня была такова. Первыми выйдут на арену двенадцать гладиаторов-бестиариев против диких зверей — львов и леопардов. Вторая часть — двадцать четыре ретиариев и против такого же количества мирмиллонов. А «на закуску» — схватка двух сильнейших гладиаторов Римской империи за звания самого искусного фехтовальщика. Цена победы в этом ангажированном поединке — долгожданная свобода! Будут биться македонянин Мамерк и германец Балдегунде.

А сначала торжественная часть гладиаторских боев — шествие всех участников представления. Пусть зритель полюбуется красивым «товаром». Первыми идут музыканты, плясуны, прыгуны и напевают песни в честь Юпитера, Марса, Юноны. За ними шагают дюжина гладиаторов с короткими мечами и копьями. У них закрытые шлемы с крыльями и золотистые туники. За бестиариями следуют сорок восемь ретиариев и мирмиллонов. Процессию замыкают два знаменитых бойца — Мамерк и Балдегунде.

Вот шествует Мамерк. У него светлая борода, светлые длинные волосы, светло-пшеничные брови. Серо-синие глаза. Гладиатор — идеал красоты того времени — атлетическая, пропорционально сложенная фигура, стройная осанка, красивые бицепсы, крепкая шея.

Этот македонянин из города Диррахий. Недавно ему исполнилось тридцать лет. До того как попасть на арену цирка он промышлял в море грабежами. Его сподвижниками были знаменитые киликийские пираты. Когда-то он угодил к ним в плен, но за свою беспримерную храбрость и виртуозное умение владеть любым оружием морские разбойники приняли храброго грека в свое братство. Потом Мамерк и вовсе сделался командиром нескольких либурн и сотни отчаянных головорезов. Он брал на абордаж торговые суда, грабил их, захватывал и убивал людей. Но однажды удача отвернулась от пирата. Он неожиданно наткнулся на римский флот и после неравного боя вместе с дюжиной товарищей был захвачен в плен. И опять за ратные подвиги его оставили в живых. Но отправили в гладиаторскую школу. И среди гладиаторов Мамерк снискал уважение и славу. Он провел одиннадцать поединков, восемь боев выиграл, два раза остался на ногах, и один раз его унесли раненым.

Рядом с ним его противник — с длинными черными волосами и бородой. Он того же возраста что и македонянин. Это легендарный Балдегунде, По-древнегермански «Balt» — означает «смелый», а «Gund» — «война». Этот варвар из германского племени хаттов. А это воинствующее племя. Хатты считаются горцами, они селятся в гористой местности. Они очень крепки и сильны, умело сражаются, отличаются диким и неуступчивым характером. Как и римские солдаты, воины хаттов подчиняются распоряжениям своих вождей, ведут бой в строгом порядке и ночуют только в укреплённых лагерях. По обычаю: достигая взрослых лет, они отращивают волосы и бороды, обещая своим богам состричь их, как только заколют своего врага. Над телом убитого и его оружием они стригут себе бороды и головы, провозглашая тем самым, что они достойные сыны своего племени и своих родителей.

Послужной список германца тоже весьма неплох: десять поединков, семь побед, один раз остался на ногах, два раза унесли с арены раненым.

Выходит, что действительно предстоит битва самых достойных и непревзойденных воинов — и это будет настоящее зрелище. В предвкушении его зрители пьют вино и пиво.

Иван оглядывал ряды, заполненные разноликой толпой, и вдруг вздрогнул от неожиданности…

Неужели?!

Не может быть?!!

Иван чуть не подскочил с места! Ведь это та девушка, что нарисована на стене его спальни! Домиция Долабелла! Сердце Родина замерло от восхищения! В реальности данная девушка была в сто раз красивее, чем ее живописный облик! Казалось, сама богиня Афродита спустилась на землю. На вид ей было не больше семнадцати лет, и выглядела она просто великолепно: светлые вьющиеся волосы, прямой пробор, концы волос заплетены в несколько косичек и уложены кольцами на затылке в виде корзиночки. На лбу — изящная золотая диадема, сверкающая множеством драгоценных камней, разноцветных и разномастных. Большие глаза, цвета морской волны, удивительно красивые и выразительные, подведенные голубыми тенями. Нежно-голубые тени и на висках. Красиво изогнутые и длинные брови, а также длинные роскошные ресницы по природе светлые зачерненные с помощью особой краски — фулиго. Прямой красивый нос, красиво очерченный рот, пухлые соблазнительные губы. Прекрасная белозубая улыбка. Щеки и лоб чуть слегка припудрены свинцовыми белилами на основе мёда. И на тех же щеках — легкие ненавязчивые румяна из пурпурной улитки. Благоухала знатная патрицианка самыми модными и ароматными духами из Египта.

Длинную и красивую шею модницы украшали две золотые цепочки и одна подвеска с крупным топазом, а изящные аттические запястья — золотые браслеты с рубинами и сапфирами. В ушах сверкали изумительные по красоте золотые серьги с одним крупным хризолитом посередине и свисающей на конце золотой ланью. Нельзя было оторвать взгляд и от ее красивого бюста, идеальных бедер и стройной фигуры. Осанка римской Афродиты была полна благородства и достоинства.

На девушке была нарядная голубая стола — широкая туника из прекрасной тончайшей шерсти с широкими открытыми рукавами, дважды перехваченная пурпурными поясами — под грудью и ниже талии — и расшитую по краям пурпурными узорами. У левого плеча девушки красовалась серебреная заколка с драгоценными камнями. На ногах — изящные высокие сандалии со шнуровкой.

Иван понял: он пропал! Стрела Купидона пронзила его сердце насквозь. Антоний и Цезарь, заметив немой восторг контуберналиса по поводу белокурой Нимфы, переглянулись и улыбнулись.

— Не правда ли как прекрасная та юная девушка в голубой столе, Иван? — спросил Цезарь у парня.

— Да, я уже ее заметил. Действительно, богиня.