Чарльз Ингрид - Небесный Хит-Парад

“Будем убивать, хозяин? Мы сегодня воюем?”

Элибер подняла голову. Из ее глаз текли слезы. Она протерла сначала один, потом другой глаз и осмотрелась. От скафандра в углу исходил какой-то свет. По спине пробежал холодок. До костюма можно было дотянуться рукой. Элибер вспомнила о духе воина, который до сих пор жил в скафандре. Этот дух убивал, чтобы жить, и жил, чтобы убивать.

Она задрожала и уткнулась головой в подушку. Боуги был мертв. А если он даже и не был мертв, он бездействовал. Глубоко вздохнув, она опять принялась разбираться в себе. Ей нужна была правда. Правда во что бы то ни стало. Даже если эта правда погубит ее.

Правая перчатка скафандра дернулась. Она медленно потянулась к Элибер ладонью вниз, словно благословляя ее.

Боуги тянуло к теплу человека. Ему нравилась Элибер, хотя хозяином его был Джек. Сегодня Боуги просто купался в психической энергии, широкими волнами распространявшейся вокруг. Он проснулся опять.

Уинтон пробирался по коридорам, о которых знали немногие. Он вытер пот с верхней губы. Конечно, он мог убить Джека и сразу же избавиться от него… но так было лучше. Так он мог избавиться от обоих. От Джека и Пеписа одновременно. Им некуда деваться. Запись разговора станет всеобщим достоянием.

Уинтон улыбнулся и уверенно зашагал по лабиринтам дворца. Этот дворец скоро будет его собственным. Сегодня он подтолкнул Джека. Пепису уже не удастся увернуться.

Глава 16

Калин лежал и глядел в потолок. Пустота его квартиры расслабляла его. К тому же, теперь в ней не было Биггла. Он взял эспандер и стал методично сжимать и разжимать его. Он работал одной правой рукой, но от слабости все его тело покрылось потом. Его Святейшество почувствовал, что роба и простыни становятся влажными. Калин отложил прибор в сторону и расслабился.

С экрана над кроватью послышался голос:

— Очень хорошо, сэр. Вы уже почти восстановили силы. Вы закончили?

Все его тело болело. Калин облизнул губы, чувствуя, как с них течет горьковатый пот.

— Да, — ответил он.

— Очень хорошо, сэр. — Экран погас. Терапевт отключил связь.

Калин снял с руки браслет с разноцветными проводами и швырнул его на кровать. Он слишком устал, чтобы еще упражняться. На сегодня хватит. Он лежал на кровати и бессмысленно смотрел на темный экран.

— Святой Калин?

— Господи, кто там еще? — тоскливо и неохотно он включил связь. — Да? Что случилось, Маргарет?

Его помощница Маргарет улыбнулась. Это была пожилая, но все еще сильная женщина с тяжелым квадратным подбородком.

— Я закончила проверку кандидатов в ваши секретари. Сможете ли вы завтра провести окончательное собеседование?

— Конечно, — ответил Калин. — Я и так выбился из графика работы. Но я не понимаю, почему вы не хотите взять ту девушку. Я вам гарантирую, что она справится, несмотря на то, что она не уокер.

Маргарет сжала губы:

— Как можно, сэр? Это ведь она напала па вас! Калии слабо замахал руками:

— Это смешно. Не говорите мне об этом. Я ее прекрасно знаю.

— Возможно, — Маргарет поправила рукой свои темные волосы. — Святой Калин, мне пришлось пустить к вам посетителя минуту назад. Он должен войти сейчас… он настоял.

— Ладно, — проворчал Калин. Он выключил связь и вдруг услышал шорох в темном углу комнаты. На секунду его охватил страх, такой же страх, как и тогда во дворце, когда его мысли помутнели и голова раскололась от боли. Калин глубоко вздохнул и отогнал страх прочь.

— Кто здесь? — строго спросил он.

— Не бойся, старый друг. Это я. Калин откашлялся.

— Я не боюсь, Пепис. У меня мало старых друзей, которые прячутся по углам. Что ты здесь делаешь? Отдыхаешь от дворца?

Пепис усмехнулся, подошел ближе и сел рядом.

— Твое остроумие совсем не пострадало, — заметил он.

— Нет, — усмехнулся Калин и нажал кнопку над кроватью. Кровать сложилась, и он смог сесть. Так было лучше. — С остроумием пока все в порядке.

— Это хорошо. Я хотел навестить тебя раньше, но твоя Маргарет — охранник получше, чем большинство, моих рыцарей. По крайней мере, у нее гораздо более устрашающий вид.

Калин посмотрел на своего друга. Пепис выглядел неважно. Веснушки казались бородавками, а воздушные волосы висели беспомощными прядями, как будто в их владельце кончилось электричество. Под зелеными кошачьими глазами темнели мешки. Наверное, император плохо спал этой ночью.

— Ты можешь успокоиться. Нападали на меня, — сказал Калин.

Зрачки Пеписа расширились, потом сузились:

— Я ничего не говорил, — ответил он.

— Если бы они хотели убрать тебя, они бы это сделали. Но их целью был я, и они попали в меня.

— Она…

Святой Калин замотал головой:

— Нет, нет, даже не говори мне об этом. Что бы ты там ни думал, девушка не имеет к этому никакого отношения. Более того: она мне помогла.

— Ты думаешь, что она обладает способностями целителя?

Калин фыркнул:

— Вот уж этого-то я совсем не думаю. Просто она вовремя подняла мою голову и предотвратила кровоизлияние. Так поступил бы любой медик. Ради Бога, Пепис, прекрати подозревать ее!

— Я думаю, я нашел настоящего убийцу. Мы сняли все обвинения с Элибер. У нас ничего против нее нет. Тебе пригодятся талантливые люди на Битии.

— Что-что? Ты решил дать мне разрешение на поездку?

— Я дал его Бигглу перед тем, как он умер. А сейчас я скажу тебе то, чего не смог бы сказать во дворце. Если ты захочешь туда отправиться, забирай с собой и твою армию вместе с проповедниками.

— Для чего?

— Только так мы сможем уберечь Битию от траков. Я не хотел говорить тебе этого, но я тоже отправлю туда небольшое войско. Ты пойми, Калин, они дикари, и, как все дикари, разрывают друг друга на части. А над всем этим мраком возвышается их мифический спаситель — религия.

— Что ты сказал? — пот Калина стал холодным. — Может быть, именно поэтому Бития так важна для тебя?

— Совсем нет. Она важна для меня потому, что расположена в очень выгодном месте. Там останавливаются многие корабли. Останавливаются, заправляются и торгуют.

— Именно поэтому траки хотят получить ее?

— Один Бог знает, зачем она понадобилась тракам. Калин концом простыни вытер пот со лба.

— Я хочу, чтобы два наших царства не воевали, — осторожно сказал император.

— Пепис, у меня нет царства, кроме Царства Божьего.

Император не ответил. Он встал и направился к двери. Уже в дверях он повернулся и на прощание сказал:

— Выздоравливай побыстрей. Увидимся на Битии. Калин кивнул и крикнул ему вслед: