Артем Колчанов - Дороги

Уже под утро Рив спросил у меня:

– Вик, все-таки расскажи, как это тебе удалось настолько помолодеть?

– Стараниями Рэя в основном. Это было просто необходимо для того, чтобы остаться самим собой после всего того, что со мной сделал Вак.

– Да я не о том. Я читал о практикуемом у вас омоложении, но не до такого же возраста. Там говорилось о двадцати пяти - тридцати годах минимум.

– Все вопросы об этом - к Рэю. Это он нашел этот способ.

Рив замолчал и только через несколько минут сказал:

– Как бы мне хотелось хоть на неделю стать таким же, как ты.

– Как сказал Рэй, технических проблем нет, но в какое положение ты попадешь на этой своей должности? Проще, причем намного проще омолодить тебя лет до двадцати пяти - тридцати.

– Вик, ты думаешь, что эта должность так много для меня значит, это должность для старика в любом случае…

– Короче, мне понятно. Ты был бы не прочь вновь стать мальчишкой.

– Ну…

– Я тебя понял, - говоря это, я вызвал Рэя. - Рэй, ты нас слышал?

– Грешен, - сказал он, появляясь на экране и делая совершенно невинное выражение лица.

– Что ты об этом думаешь?

– Повторяю еще, что технических проблем нет, хотя риск неблагоприятного исхода по-прежнему есть и составляет что-то около одной десятой… это большая величина.

– Рэй, какая это величина, я согласился бы и при обратном раскладе.

– Но есть и проблемы другого плана. Я не смогу удовлетворить всех, кто этого захочет. И окажемся мы в весьма неловком положении. Так что еще подумайте несколько неделек.

– Что думать, Рэй, каждая неделя приближает меня к концу… Хорошо, мы подумаем.

Несколько минут мы молчали. В это время я подумал, что перед тем, как поднимать корабль, следовало бы все-таки осмотреть то место на обшивке, куда пришелся удар из вакского деактиватора. Немного помедлив, я сказал об этом Риву.

– Вместе пойдем, - ответил он, - давно я не гладил старушку "Иглу" по обшивке.

Мы оделись в скафандры и, используя дисколет, выбрались из корабля. Я тут же подвел машину к тому месту, куда пришелся удар. Мы увидели, что на поверхности псевдокрыла прочерчена длинная, метров десять, борозда, глубиною к счастью всего лишь пару сантиметров.

– Думаю, что ничего страшного, - сказал Рив, - для звездолета это не более чем царапина.

– Я тоже так думаю. Тут о ремонте беспокоиться не придется. Сейчас еще осмотрим дюзы, и будем готовиться к отлету.

Я немного беспокоился за ту дюзу, в которую когда-то попал метеорит. Но сейчас осмотр показал, что беспокоиться не стоит.

Как только мы вернулись на борт, первым делом я устроил подъем мальчишкам, а к перелету начал готовиться уже только после завтрака. Все вместе со мной были в рубке. И как только я закончил подготовку, сразу же отдал команду:

– Всем занять места и пристегнуться. Через сто секунд взлетаю.

"Игл" оторвалась о поверхности очень легко и почти бесшумно, если не считать легкого звона гравидвижков. Я аккуратно провел звездолет сквозь атмосферу и только там набрал суборбитальную скорость. С этой скоростью мы перенеслись через океан и оказались над Малым Северным материком, на котором сейчас еще была ночь. Рив заранее выдал мне необходимые координаты и поэтому я опустил "Иглу", не задавая никаких вопросов.

Посадочная площадка для нас, как и было оговорено заранее, была ярко освещена. И я медленно опускал "Иглу" на нее. Все опоры одновременно коснулись поверхности, и я медленно нагружал их, уменьшая тягу гравитационников. Это, по-видимому, была специальная, прочная площадка, но, тем не менее, тарелки опор углубились почти на полметра, прежде чем корабль обрел устойчивость.

– Ну, вот и все, - сказал я, отключая ставшие ненужными системы. - Через пять минут можно будет выходить. Или воспользуемся дисколетом?

– Дисколетом будет и быстрее и надежнее, - сказал Рив, поднимаясь из кресла, - до нашего дома отсюда больше тысячи километров.

Тут на экране появился Рэй и сказал:

– Вик, пожалуйста, не забудь взять с собою рацию. Я буду постоянно на связи.

Я понял, что Рэю ужасно не хочется расставаться сейчас с нами, и я ответил, ничего не уточняя:

– Хорошо, возьмем.

Мы заняли места в дисколете, и я плавно вывел его из корабля, а потом взял курс на северо-восток. Когда мы добрались до Гэзда, там уже начинался рассвет.

– Гэзд, - прокомментировал я, - а сейчас давайте, показывайте, куда лететь и спускаться.

Рив подтолкнул Рэя-мальчишку и тот мгновенно встрепенулся:

– Видишь, вон там, немного севернее течет речка.

– Вижу.

– Лети туда.

Немного качнувшийся дисколет медленно поплыл над городом в сторону реки.

– Возьми чуть-чуть левее. Вот так.

Река текла за пределами города. Точнее говоря, эта, конкретная ее часть. Через несколько минут полета под нами оказалось что-то вроде небольшого поселка, всего в двадцать домов.

– Вон тот, который ближе всего к реке, с зеленой крышей.

– Вижу. Где можно сесть?

– Да где хотите.

– Вон там, чуть правее, на белый крест.

Дисколет завис над белым крестом и аккуратно опустился. Я уже протянул руку, чтобы отключить все его системы, но Рив остановил меня.

– Подожди, тут есть подземный ангарчик, я сейчас вылезу и открою.

Значительная часть лужайки перед носом машины приподнялась. Рив махнул рукой. И я, чуть-чуть приподняв, перенес дисколет вперед. Площадка под нами опустилась, и тут же вокруг вспыхнул свет.

– Выходим, - сказал Рэй, слегка улыбнувшись.

Помещение, в которое мы опустились, было вовсе даже немаленькое. Кроме ангара, как я понял, тут была лаборатория и неплохая по местным меркам мастерская. Тут же стоял крошечный винтовой самолетик.

– Мой, - прокомментировал мальчишка, больше для Сережки, чем для меня.

Я нацепил себе на плечо рацию для связи с Рэем, а на голову надел обруч с крохотной телекамерой во лбу. Включив рацию, спросил:

– Как изображение?

– Нормально, - ответил Рэй.

– Не опасайся, все твое любопытство будет удовлетворено.

Тем временем мальчишки обошли самолетик вокруг:

– Идем наверх, - Рэй указал на винтовую лестницу.

Сережка быстро взбежал по ней. Рэй задержался, пропуская меня, но я не торопился. Мальчишка вопросительно посмотрел на меня. И я спросил:

– Рель? Я не ошибаюсь?

– Ага, я привык, что меня так называют, - улыбнулся он.

– Тогда почему там представился по-другому?

– Не знаю. Само так получилось.

– Ну ладно, Рель, во избежание дальнейшей путаницы, с этого самого момента буду называть тебя только так. Согласен?