Александр Потупа - Фантакрим - XXI

- Ладно, не пыли... Просто я дьявольски обозлен. У Вайса осталось четверо малышей, а Лао собирался уходить из ПСБ. Он даже выдвинул свой тезис - безответность неизбежно перерастает в безответственность. И пытался доказать его как строгую социологическую теорему... Он считал, что террористу нельзя оставлять ни одного шанса...

- Не думаю, что наше общество может позволить себе такую роскошь, как разведение бесшансовых людей,- усмехнулся Грегори.- Они - взрывчатка!

- Должно быть, так,- вздохнул Комиссар.- Я не разделяю его точку зрения, но он заплатил за нее жизнью, а это огромная цена. И мы с нашей размягченной философией тоже в чем-то не правы, если позволяем гореть таким парням, как Гер и Лао. ПСБ долго еще не останется без работы...

Грегори осмотрелся. Их капсула шла на снижение, едва не срезая верхушки деревьев.

- Общество статично,- сказал он,- и всегда найдутся любопытствующие, которым в круге закона тесно и скучно, которых более всего мучает вопрос а не лучше ли там, за оградой? Так что не бойся за свою работу...

- Ты холодно рассуждаешь, Стив,- ответил Комиссар.- А мне не до теорий, мне каждый раз по-черному болят наши потери, и я не могу работать без веры в будущее, лишенное целей, к которым надо идти по трупам... Быть может, такая вера покажется тебе стариковской блажью, но без нее я не выдержу встречи с Марго и с детьми Гера...

Они замолчали. Капсула Комиссара во главе небольшой эскадрильи ПСБ приближалась к цели.

Суперсапа Лямбда ввели в большой холл, и Зэт сразу перешел к делу:

- Я рад, что Нодье поступил разумно, но разработок по твоей серии я не вижу. Я не слышал также и его отречения. Как это понимать?

- Очень просто,- ответил Лямбда.- Сначала - Тим! Я уполномочен начать переговоры только в том случае, если Тим, здоровый и свободный, окажется за порогом этого дома.

- Странные разговорчики,- усмехнулся Зэт.- Твоему шефу легко играть жизнью чужого сына... Но условия диктую исключительно я!

- Нужны некоторые гарантии,- спокойно сказал Лямбда.- Вы понимаете, что честное слово террориста - не тот залог...

- Ты тоже считаешь меня террористом? - быстро спросил Зэт.

- Считаю,- ответил Лямбда.- И даже рассчитываю... И этот расчет приводит к ужасной картине.

- Ты очень большой умник,- заулыбался Зэт.- Но ты еще и великий дурак. Если не ошибаюсь, сейчас именно ты ведешь работы по подготовке серии Мю? Можешь не отвечать, я и так знаю, что старикашка Жан на создание столь сложных индивидов уже не способен. Так вот, предположим, ты в рекордные сроки сделаешь эту серию. И сразу же вы, нынешняя вершина суперсапов, окажетесь в роли умственно второсортных, каковыми теперь становятся обычные люди. Только нас много, нас миллиарды, а вас - горсточка... И вы растворитесь в истории, как неудачный вид, случайно мелькнувший между великими сапи и целой каруселью всяких суперов, вас ждет темный и пыльный эволюционный тупик, деградация и вымирание... Ты все еще считаешь меня террористом?

Лямбда коротко кивнул.

- Что ж,- продолжал Зэт,- буду краток. Переходи на мою сторону. Тебе не придется забивать мозги проблемой творения Мю - мы вообще наложим табу на все серии сложнее твоей. А сапи пусть спокойно уйдут в прошлое, мы не станем мучить их в хомопарках. Останутся превосходные фантаграммы и подробные записи их генетических структур в компьютерной памяти - этого вполне хватит для антропологии... Соглашайся, Лямбда, ибо за какие-то считанные тысячелетия вы превратите огромные участки Галактики в храм чудес, воздвигнете себе неуничтожимый памятник и тогда потихоньку двинетесь дальше - от Мю до Омеги. Но каждому надо хоть немного пожить, ощутить прелесть хотя бы иллюзорной вечности. Мы, обычные люди, это ощутили. Мы прошли сквозь века веры в бессмертие своего вида. Почему бы и вам не хлебнуть счастья?

- От вашего счастья нетрудно с ума сойти,- сказал Лямбда.- Мы, суперсапы, составим поколения в новом смысле, и почему я должен завидовать продвинутости собственных потомков, тем, в кого вложена частица моего разума? Отцовская зависть и сыновняя неблагодарность испокон веков порождали кошмарные пожары. Но нельзя разжигать их в масштабах глобальной эволюции...

- Хорошо, поговорим по-другому,- перебил его Зэт.- Видишь ли, ты не только представитель лидирующего вида, ты еще и просто человек, так сказать, индивид. Между тобой и социальным организмом, между твоей жизнью и эволюцией твоего вида в целом - огромный зазор. Принимая на свои плечи видовую и социальную нормы, безоговорочно разделяя цели и средства процветания своего социоида, ты берешь непосильный груз. Индивид не сопоставим с социоидом ни по срокам жизни, ни по защищенности, ни по мировосприятию. Он становится песчинкой в игре колоссально превосходящих его сил. И по-моему, плохо, если он еще и послушная песчинка. Он просто растворяется в массе себе подобных - вроде, и не жил. Понимаешь? Да ты-то все понимаешь, все чувствуешь лучше меня. Вот и докажи, что ты не просто песчинка...

- Сейчас вы предложите мне роль планетарного диктатора, верно? - еле заметно усмехнулся Лямбда.- Начинается с бунтующей песчинки, а кончается гранитным пьедесталом для диктатора, состоящим из тех же песчинок, щедро сцементированных кровью.

- Не хотелось бы тебя пугать,- устало произнес Зэт, - но, боюсь, у меня нет выбора...

Тим, нахохлившись, сидел в углу и жмурился от яркого света и внезапно оборвавшегося одиночества. У Ясенева ёкнуло сердце.

- Ты кто? - спросил Тим, протирая глаза.

- Да вот, схватили...- неопределенно протянул Ясенев. - По-моему, мы здорово похожи.

- Похожи,- сказал Тим.- Настолько похожи, что я даже могу угадать, зачем тебя прислали. Ты должен выведать у меня семейные секреты, а потом эти гады расплатятся тобою с моим отцом. Я прав?

- Хочешь еще один вариант? - поинтересовался Ясенев.- А вдруг ты только выдаешь себя за Тима Ясенева, и они проверяют...

- Не выдумывай,- оборвал его Тим.- Они прекрасно знают, кто есть кто. Похищали-то именно меня...

- Ну и что? Утащили какого-то мальчишку, шатающегося у лесного озера. Он полдня крутил популярную фантпрограмму про Аля и Кэттля, потом получил взбучку от отца и пошел проветриться. Тут его и схватили.

- А откуда ты знаешь про Кэттля? Хотя, конечно, они следили за каждым моим шагом, и все тебе рассказали...

- Даже про несделанный реферат о луддитах,- усмехнулся Ясенев.- Как тебе, кстати, экспериментальная история? Как критики из ООЧ?

- Теперь не знаю,- краснея, пробурчал Тим.- К ним затесалась кучка негодяев, способных на все. Но тебе-то что до этого?

- Послушай, Тим,- твердо сказал Ясенев, - наше дело дрянь. Возможно, ты последний, кто видит меня живым, а возможно - наоборот. Бывают ситуации, в которых просто некогда злиться друг на друга.