Станислав Гимадеев - Принцип четности

Ознакомительный фрагмент

— А как предкам-то твоим как не говорить? Они же все одно достанут… Начнут звонить, спрашивать. Что я скажу?

— Придумай что-нибудь, Гоша, — попросил Сергей. — Скажи: уехал в длительную командировку, мол, срочные обстоятельства или еще что… Связь, скажи, не работает. Я им потом телеграмму пошлю. Ну, не хочу я их сейчас волновать! Ты же маму знаешь — она все бросит и поедет. Ей же сейчас нельзя, тем более в такую даль! В общем, я тебя очень прошу. Сделаешь?

— Ладно, — буркнул Игорь. — Отмажем как-нибудь… Ну, а мужикам-то сказать?

— Мужикам, конечно, скажи. На то они и мужики. Будет о чем поговорить в ближайшее время за пивом.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Игорь уныло. — Кстати, о связи. Мне сказали, что телефоны у вас не работают. Правда, что ли?

— Есть такой факт.

— Дурдом…

Некоторое время оба молчали. Игорь опять засунул руки в карманы куртки и водил взглядом где-то под ногами. Лицо у него было озабоченно-грустное.

— Ладно, Серега, — проговорил он наконец. — Мне уже пора. Дел полно. Отсюда еще на другой конец города добираться.

— Беги, конечно.

— Я завтра, по всей видимости, улечу домой. Вернусь дня через три. Или через четыре. Сразу забегу. Может, чего прихватить тебе?

— Не надо ничего, Гоша. Молитесь там за меня с мужиками по вечерам.

— О чем речь! — сказал Игорь. — Вот черт, и лапу тебе не пожмешь!.. Давай пока, Серый! Ни пуха тебе, ни пера!

— Пошел ты к черту, — ответил Сергей.

Игорь развернулся и, сутулясь, побрел вдоль шоссе. По пути он один раз обернулся и потряс в воздухе сжатым кулаком. Сергей провожал его взглядом до тех пор, пока его фигурка не скрылась за поворотом. Он еще несколько минут неподвижно стоял и отрешенно глядел на этот поворот. Настроение частично понизилось. Главное было — не позволить ему падать дальше.

Итак, твердо сказал он себе, продолжаем решать насущные проблемы. Кто у нас на очереди? На очереди был, очевидно, некто Губин, потому что медосмотр Сергей решил отложить напоследок. Сначала покончим с безработицей, подумал Сергей и решительно направился обратно в мэрию.

Но некоего Губина в мэрии ему застать не удалось. За дверьми с надписью «Кадровый отдел» он обнаружил только немолодую тучную женщину, которая оказалась его заместителем. Она объяснила, что Иосиф Валентинович ушел на гаражи, когда будет — неизвестно, а вы молодой человек, видно, новенький, наверное, насчет работы, ну, что вам сказать… конечно, надо лично с ним говорить, вы лучше туда и идите, чем его здесь ждать… а гаражи недалеко, у нас тут все недалеко, а конкретнее, значит, мимо бара, потом вдоль дома, где больница и к самой железной дороге, там прямо у дороги они и стоят… Сергей поблагодарил женщину и опять оказался в коридоре. Возникла идея зайти к Кравцу, выяснить все остальное. Он поднялся на второй этаж, но кабинет Кравца оказался заперт, и Сергей снова очутился на улице.

В резервации на самом деле все было рядом. Он вышел к гаражам уже минут через пять. Располагались они в северо-восточном углу резервации. Несколько рядов серых бетонных боксов тянулись параллельно сетке, вдоль восточной границы метров на сто и выходили своими подъездами прямо в сторону железнодорожного полотна. За железной дорогой глухой стеной высился лес. С первого взгляда становилось ясно, что эти гаражи давно уже не являются таковыми — их превратили во что-то, напоминавшее мастерские. Здесь стоял непрерывный производственный шум, который являлся смесью металлического стука, звона и грохотания, взвизгивания циркулярных пил, наждачных кругов и сверлильных станков, тарахтения компрессора, гудения сварочного аппарата, пыхтения электрокаров и выкриков рабочих. Дверей на боксах не было; в проходах сновали люди в спецодежде, высились штабели ящиков, баки с металлическим хламом, ручные тележки и прочие аксессуары производства. Пахло бензином, мазутом и гарью. В десятке метров перед входом в гаражи были брошены старые автомобильные покрышки, густо наполненные окурками и пустыми бутылками… Тут же стояли несколько десятков железных ящиков с электродвигателями.

Сергей неторопливо прошелся мимо проходов, высматривая среди рабочих фигуру чиновничьего вида, но никого, похожего на начальника, не заметил. Он собрался было идти в глубины гаражей, как откуда-то из ближайшего бокса появился низкорослый человек в кожаной куртке и кепке, с лицом землистого цвета. Он направился к Сергею, по пути вынимая из кармана сигареты. Ему было лет пятьдесят или больше. Выглядел он усталым.

— Кого-то ищете? — поинтересовался человек.

— Губина, — ответил Сергей.

— Я Губин, — сказал человек и закурил.

— Здравствуйте, — сказал Сергей. — Я, собственно, по вопросу трудоустройства…

— Ты, очевидно, тот парень, который вчера к нам попал? — произнес Губин. Утром на совещании говорили.

Он присел на один из ящиков и сдвинул кепку на макушку.

— Забегался сегодня… — проговорил Губин, смачно затягиваясь и вытирая со лба пот. — Придумали зачем-то совместить производственный и кадровый отдел. Раньше по отдельности были — как было хорошо. Кому это пришла мысль, что раз движения кадров практически нет, то, значит, давай все в кучу! Это только со стороны кажется, что нету! Ага, как же… Нет, вот будет собрание — я вопрос конкретно поставлю… — Он умолк, потом взглянул на Сергея и сказал: — Ну, и что ж ты можешь, расскажи.

Сергей кратко рассказал о себе. Губин некоторое время молчал, затем вздохнул.

— Инженер, инженер… — проговорил он, кивая головой. — М-да… Не знаю, что тебе и сказать. Инженеров у нас полная контора. Если б ты доктор был, это было бы здорово. Знаешь, как нам доктора нужны? Позарез! Вон Уманцев по сути один, случись с ним что-нибудь, да даже заболей он — и все!.. Или, допустим, учитель. То же хорошо бы. Может, попробуешь учителем? Образование — это не страшно… Все-таки, высшее-то есть… Ты молодой, тебе легче. С ребятишками, а? Давай?

— Нет, — пробормотал Сергей. — Что не мое — то не мое. Не получится, я знаю…

— Ну, что ж тебе предложить? — поскреб челюсть Губин. — Видишь, выбор-то у нас невелик. Мужики здесь на гаражах, женщины в пошивочном участке. Ну, контора еще… Хочешь — попробуй с Коганом поговори, потому что со своими кадрами он сам разбирается. Но у них, насколько я знаю, большие трудности сейчас. Заказов к конторе практически нет; Коган, по-моему, только за счет своих старых связей как-то перебивается, но и то, видимо, остались последние месяцы. Что потом делать они будут — ума не приложу… Я чувствую, на нынешнем собрании этот вопрос все-таки поставят. С конторой действительно надо что-то решать. — Он торопливо докурил сигарету, бросил окурок и продолжил: — Так что, смотри. Если хочешь, сходи в контору. Только не на первый этаж — там у нас швейный участок… Женский.