НОРМАН СЕЙМОН - Воины Королевы

– Не думаю, что ты способен на такое, уж очень хочешь, чтобы я навестил твой дом в горах, – сотник изо всех сил подавил маленькую, но очень испуганную мысль. – Зачем я так тебе нужен?

Фольш ответил не сразу. Сперва странный человек присел у костра, даже протянул к пламени руки, будто замерз.

– Видишь ли… Я надеюсь тебя склонить на свою сторону. Разве это непонятно?

– Понятно, – милостиво кивнул Олаф, начиная трапезу. – Но почему именно меня? Подкинул бы свой шарик другому.

– Потому что… – Фольш остановился на полуслове, глядя в огонь. – Знаешь, Олаф, лично я бы с удовольствием тебя убил. Смешно, но это действительно так. Без особой ненависти, но убил бы. Просто помня о тех, что кричали «Фольшу слава, врагам тьма!» и которых ты так умело мучал. Да, я убил бы тебя. Сжег вот на этом костре.

– Но не можешь, – отметил для себя самое важное сотник.

– Могу, – нахмурился Фольш. – Теперь – могу. Я всего лишь выполняю просьбу, глупую просьбу… А может быть, и не глупую. Хватит об этом.

И он исчез. Только что сидел, нахохленный, сердитый, и вот его нет. Это произошло беззвучно, мгновенно. Рука Олафа дрогнула, мясо едва не соскользнуло с палочки в огонь. Сотник выругался, заставил себя успокоиться. И все же стало одиноко. Вокруг бродили хищники, он чувствовал их. Разве можно лечь и уснуть?

– Нужно, – сказал Олаф сам себе. – Фольш ведь все равно здесь, рядом. Верно, бог? Скажи!

Никто не ответил. В молчании чивиец закончил ужин, напился воды. Подумав, подбросил в костер еще хвороста. До утра все равно не хватит, да и не каждого хищника отпугнет огонь, и все же так спокойнее. Спать хотелось нестерпимо, в глаза словно закинули пригоршню песка. Олаф вытянулся на земле, посмотрел на звезды.

«Ты – человек оттуда, верно, Фольш? Один из тех предков, что улетели. Или все не так, и ты просто наталкиваешь меня на эту мысль? Древние Сказки… Повелитель говорил, что все они равно лживы, хотя и пытаются отразить правду. Не стоит забивать голову ими, ведь отделить истину от лжи никто из людей не сможет. Я понял это так, что никаких людей на летающих кораблях никогда не было. Но Старик не сказал этого прямо. И ты знаешь об этом, Фольш. Хочешь обмануть меня или сказать правду?»

Конечно, Олафу очень хотелось поверить, что прежде люди умели летать и жить так же долго, как пауки. Но сотник столько раз обманывал людей, играя именно на их желании верить, что именно это свое желание теперь его и отталкивало. Кроме того, если они улетели, то почему никогда не вернулись?

Уже давно, начиная с того самого мига, как шар Фольша оказался у него в руках, чивийский сотник не видел своих снов. Каждую ночь он говорил с Фольшем, выслушивал его бесконечные, ставшие скучными угрозы и увещевания. И вот теперь бог оставил его в покое. Стало пусто, одиноко. И сон приснился такой же – черная пустота, холодная и вечная, ничего больше. Потом Олафу стало казаться, что кто-то подкрадывается к нему со спины, а обернуться никак не получалось. Он проснулся.

Ничего странного – трудно обернуться, если спишь на спине. Сотник быстро сел, поморгал глазами, прогоняя дремоту. Ночь уже заканчивалась, костер давно потух. Совсем неподалеку застыл в нерешительности скорпион, насекомое не ожидало, что жертва начнет так резво двигаться.

– Пошел вон, саранча бежит! – приказал ему сотник.

Шар Фольша действовал пока безотказно: скорпион кинулся прочь, не задумываясь о странной манере саранчи двигаться по степи ночью. Сотник доел холодные остатки мухи, зачерпнул воды.

– Фольш! Возвращайся, я готов идти!

– Соскучился? – бог появился на том же месте и в той же позе – протягивая руки к потухшему костру. – Идем.

К утру они прошагали уже значительное расстояние. Рассвет высветил ставшими близкими горы.

– Тебе странно, что эта гора так называется: Валомриканси? – прочел мысли сотника Фольш. – Слева от нее Три Брата, а вот та, что ближе всех к нам – Гелла. Этих названий ты не знаешь, а вот про Валомриканси слышал. Почему так вышло?

– Потому что все про нее слышали, – буркнул сотник. – На ее удобно ориентироваться, у нее ледяная макушка, которая сверкает на солнце. Видно издалека.

– Потому что она самая большая, – уточнил Фольш. – А называется так в честь одного летучего корабля. Она разбился прямо об нее.

– И горы выдержала?

– Выдержала. А корабль разбился. В противном случае разбилась бы гора, а не корабль, ты не находишь? – Фольш рассмеялся, но как-то хрипло. – Хватит об этом.

Олаф не стал настаивать. Почти до полудня они шагали молча, потом лжебог начал нервничать. Он часто оглядывался, некоторое время даже не шел, а летел впереди сотника, глядя назад, на восток. Чивиец решил ни о чем его не расспрашивать.

– Стрекозы беснуются, – наконец сообщил Фольш. – Летят сюда…

– Мне лечь?

– Не поможет. Они обыскивают весь этот участок степи, ссаживают воинов у каждых зарослей, летают над самой землей… Кого-то ищут. Догадайся, кого.

– Люсьен?! – Олаф резко остановился. – Этот мерзавец пошел за мной? Ты должен помочь ему.

– Я бы рад, но они сами виноваты, – сморщился Фольш. – А теперь надо думать о тебе. Идем скорее.

– Кто это «они»?! – Олаф попробовал догнать летящего перед ним лжебога, схватить за воротник. – Он и Аля с собой потащил? И девочку ту, может быть?

– Не до тебя! – Фольш стал туманным, прозрачным, сотник пробежал сквозь него. – Иди к горам, не останавливайся.

Сотник остановился. Может быть, пойти назад, попытаться отыскать Люсьена и Аля? Но степь широка, а если там полно летучек – это верная гибель. Тогда не спасти и друзей. Раз уж так, лучше продолжить путь, Фольш заплатит за все, если действительно рискнет показаться во плоти.

Часто оглядываясь, Олаф пошел к громадам гор. В степи действительно что-то происходило, он и сам чувствовал это. Беспокойство передавалось каким-то образом от насекомого к насекомому, все начинали двигаться быстрее, куда-то спешили. Наконец на горизонте появились первые тоски.

– Мне спрятаться или нет?! – опять спросил Олаф.

– Да, лучше ложись в траву, – Фольш смотрел теперь почему-то на запад, в сторону гор. – Все будет хорошо.

– Вот уж не уверен, – сотник лег на спину под лист огромного лопуха, тут же проткнул в нем пальцем несколько дыр. – Если они высадят воинов, я начну стрелять и побегу к горам.

– Этого пока не потребуется, лежи спокойно.

Впереди летели три эскадры с подвешенными к брюхам стрекоз сетками, из них в траву вглядывались люди. На горизонте виднелись еще несколько групп стрекоз. Вдруг какой-то рокот раздался сзади. Олаф вывернул шею и увидел странное существо, вперевалку, но очень быстро приближающееся к ним. Панцирь его ярко сверкал на солнце.