Стив Альтен - Воскрешение майя

Как и наши предки в 1776-м, мы стоим сейчас на перекрестке американской истории. Мы могли свернуть с пути демократии и покориться своим страхам, но вместо этого все как один объединились перед лицом Бога и выстояли против тех, кто угрожал нашей Конституции.

Чейни сделал паузу, когда Конгресс дружно поднялся, аплодируя.

— На протяжении десятков лет над миром нависала тень войны, но теперь мы рука об руку с остальными нациями поведем человечество по пути мира и добра. Равенство, образование и передовые технологии поднимут экономику, обеспечат процветание. Но прежде чем встать с колен, нужно сбросить кандалы, которые тянут нас на путь регресса и разрушения. Первой цепью этих кандалов я считаю зависимость от ископаемого топлива. Наши лидеры весьма благосклонно воспринимали предложения перейти на более экологичные, чистые, новые источники энергии, однако в итоге активно поддерживали зависимость нашей страны от ОПЕК, поскольку сами вкладывали средства в нефтяную индустрию. Пришло время раз и навсегда избавиться от этой зависимости. Стремление перевести Америку на новые виды энергии обусловлено еще и тем, что в природных источниках земного шара осталось не более половины триллиона баррелей нефти. 75 % этих источников находятся на территориях стран с авторитарными режимами. К 2025 году, по предварительным оценкам экспертов, цена на нефть вырастет в четыре раза. К 2040-му это приведет к невероятному повышению цен и всемирному экономическому кризису. Одновременно с этим индустриализация стран третьего мира требует все больше и больше энергии. За два последних десятилетия ее потребление возросло от 15 триллионов ватт до 40 и более триллионов. Бурное развитие индустрии приводит к кислотным дождям, загрязнению атмосферы, к усилению парникового эффекта, от которого тают те остатки льда, что еще сохранились до наших дней в Арктике и Антарктике.

Глубоко посаженные глаза Чейни уставились в объектив ближайшей камеры.

— С 2017 года наш девиз: «Очищение и озеленение».

Демократы поднялись и зааплодировали, большинство республиканцев осталось сидеть.

— Самым реальным выходом из кризиса является использование солнечной энергии. Эта энергия бесконечна и чиста, но ее стоимость остается весьма высокой, поскольку требуется перестраивать под нее все технологии. Несколько десятков лет назад правительство выделило более 100 миллионов на ядерные разработки, и это дало импульс к перестройке всей индустрии. Огромное количество средств было инвестировано в урановые топливные циклы. Теперь мы собираемся проделать то же самое с переходом на энергию солнца, ветра и водородных двигателей. Чтобы освободить бюджетные средства на программу реструктуризации, мы упраздним СОИ[11], опасную и дорогостоящую программу, которая всегда портила отношения Соединенных Штатов с Китаем и Россией, а в итоге привела к страшным событиям 2012 года.

Бурные аплодисменты.

— Эти перемены требуют конкретных обязательств, а не простого сотрясания воздуха лозунгами и девизами. Администрации Клинтона и Буша закладывали в бюджет деньги на производство автомобилей с водородными двигателями. Президент Буш обещал нам светлое будущее: заменить двигатели внутреннего сгорания, использовать новые виды энергии вместо ядерной, но при этом мои предшественники состояли в тайном сговоре с нефтяными магнатами. Прогрессивный план энергообеспечения предусматривает выделение 50 млрд. долларов на производство автомобилей с водородными двигателями, разработку систем, работающих на энергии солнца, ветра и биомассы. Более того, в ближайшие тридцать дней Белый дом ознакомит вас с законопроектом, предусматривающим с 2023 года запрет на производство автомобилей с двигателями внутреннего сгорания.

Президент остановился, поскольку его последние слова утонули в громе аплодисментов.

— Топливные батареи заменят бензин. Будут созданы новые рабочие места. Экономика начнет процветать, атмосфера Земли очистится, а Соединенные Штаты Америки поддержат всемирную программу по сохранению озонового слоя!

Аудитория снова взорвалась аплодисментами.

— Перемены всегда нелегки, но они крайне необходимы. Война с терроризмом привела нас к переменам, которые коснулись гражданских прав и свобод, служащих основой нашего общества. В течение следующих двух месяцев я попрошу Конгресс принять решение о роспуске Департамента национальной безопасности и поставлю вопрос о восстановлении запретов на разведывательные операции в том объеме, в котором они действовали до 11 сентября 2001-го.

Чейни снова замолчал, отметив, что на этот раз аплодировали стоя представители обеих партий.

Лилит Еве Робинсон три с половиной года. Пристегнутая ремнями детской безопасности, она сидит на заднем сидении «бьюика», приобретенного преподобным Морхедом еще в 2003 году. Преподобный приоткрыл окна и оставил радио включенным, чтобы девочка не скучала во время его визита к недавно овдовевшей Перри Энн Уильямс.

Мочевой пузырь девочки был переполнен, а живот бурчал в унисон с низким рокочущим голосом, доносящимся из радиоприемника. Малышка не ела уже семь часов, с самого ленча, и знала, что не получит еды до тех пор, пока дедушка не выйдет из дома вдовы, а это произойдет не раньше половины двенадцатого ночи.

Внезапно Лилит перестала ерзать и прислушалась к словам Президента. Ее подсознание впитывало их как губка.

— Дорогие американцы, у человечества есть будущее, яркое, как звезды в полночном небе. В этом году мы отменим мораторий НАСА на новые проекты, и нашей новой, аполитической целью станет колонизация Марса. Человечество способно объединиться, стать лучше, обрести гармонию. Благодарю вас. Благослови вас Господь! Благослови Господь Америку!

Лилит расстегнула зажимы ремней и выкарабкалась из детского креслица. Повозившись с замком, открыла дверцу машины, вылезла наружу и оглянулась.

В доме вдовы свет не горел. Из открытого окна спальни доносилось хихиканье ее дедушки и миссис Уильямс.

Лилит стянула штанишки, присела и пописала на дорожку. Потом посмотрела вверх и застыла, глядя широко раскрытыми глазами на россыпь звезд и полную луну.

— Дедушка, когда я вырасту, то сяду в ракету и полечу в космос!

Квентон проскочил перекресток под запрещающим знаком, чуть не столкнувшись с подростком на моторизированном скейте.

— Космос? Не болтай ерунды!

— А почему я не могу полететь в космос?

— Космос для астронавтов. А ты не станешь астронавтом.

— Почему?