Николай Гомолкo - Шестой океан

– Садись к окну,- приказал Арси, подставляя Рендолу стул.

…Через полчаса Вилли Рендола не узнала бы и родная мать. Теперь это был вылитый… да-да, Чарли Пэтон, управляющий ракетного завода.

– Как две капли воды,- поглядывая то в зеркало, то на фото управляющего, весело отметил Рендол,

Арси отошел в сторону, долго рассматривал друга.

– Не совсем так, Вилли,- не согласился он.- Лисьего хвоста тебе не хватает.

– Ха-ха! – засмеялся Рендол.- Это правда – хвоста нет… Лисьего… Но это к лучшему. Кума лисица и хитрица, но в капкан попадает. А я постараюсь его обойти.

Распрощались Вилли с Арси тепло. Обнялись, как водится, постояли с минуту, глядя друг на друга. Потом Арси дружески толкнул инженера в широкую грудь, пожелал счастья и удач.

Снова звон трамваев, пронзительные гудки авто, нудный грохот надземной дороги…

К вечеру со всеми предосторожностями Вилли добрался до окраины города. На шоссе остановил свободное такси и приказал ехать в Сан-Критон.

Вдали, на горизонте, время от времени небо вспарывали синие молнии. Грозно шумел океан, разъяренным зверем бросался на берег. Становясь на дыбы, волны забрасывали свои седые гривы за гранитные стены мола.

Хоть на душе у Вилли было неспокойно, он смотрел вперед смело, уверенно. Стремительно летело под колеса авто серое полотно шоссе.

Когда за взгорком показались зеленые аллеи СанКритона, сердце Вилли сжалось в тревоге. "Что с семьей, как там они, Джонни и Феми, милая Нелли? Удастся ли ему спасти его новое изобретение, о котором еще никто не знает? Не поздно ли он приехал?"

За поворотом – домик с тремя окнами на улицу. Это его, Рендола, дом. Сколько тут было передумано дум, сколько проведено счастливых минут с его любимой Нелли, с детьми!.. Неужели едет он сюда в последний раз? Неужели судьбой начертано ему распрощаться со всем этим родным, близким? И даже с родиной?

Машина остановилась. То, что увидел Вилли, не было неожиданностью, и все же сердце его на какой-то миг замерло. Из распахнутых окон дома летели обрывки бумаги, пух и, подхваченные ветром, кружились над платанами, над дорогой, над мачтой антенны…

– Обыск! – прошептал Вилли.

Он быстро расплатился с шофером и бросился к дому.

Когда он вошел в гостиную, полицейские, делавшие обыск, настороженно обернулись и схватились за кобуры пистолетов.

Вилли встал в позу важного господина.

– Минутку, джентльмены! Я,- сказал он,- управляющий ракетного завода Чарли Пэтон. Вы ищете коммуниста Рендола? А знаете, он нам не очень-то и нужен. Его изобретение – вот что главное. Да, да! Будьте свидетелями, джентльмены.- С этими словами Вилли подошел к сейфу, открыл его и, вынув оттуда авторучку, совсем другим тоном сказал: – Смотрите – это атомный пистолет. Он стреляет без звука, убивает наповал…

Полицейские бросились к Рендолу.

– Мистер Пэтон!

– Мистер…

– Стойте! – приказал Рендол и направил атомный пистолет на полисменов. Те, как бараны, шарахнулись назад.

Маленький Джонни только теперь узнал в незнакомом человеке своего отца. Он обрадовался и, счастливый, бросился к нему.

– Папа, папочка!..

В дверях появилась Нелли. Остановилась в нерешительности, пораженная увиденным.

Полисмены сначала ничего не могли понять. В самом деле, почему Чарли Пэтона, управляющего ракетного завода, могли назвать в этом доме отцом? Но потом, когда инженер сорвал парик, сержант с тяжелой дубинкой на поясе вдруг выхватил пистолет и направил его на Рендола. В тот же миг инженер нажал на кнопку авторучки и пучок смертоносных лучей сделал свое дело. Сержант тяжело осел на пол. Полисмены бросились наутек, но Рендол резким окриком остановил их:

– Ни с места! Иначе – смерть!

Полными ужаса глазами смотрели полисмены на Рендола. Их положение было незавидным. Тут не в ногах надо было искать спасения…

– Теперь вы знаете, кто я такой,- спокойно проговорил инженер. Прошу сложить оружие. И – быстро!

– Мистер Рендол, мистер…- растерянно залепетал один из полисменов.Простите, но мы не можем… Нас выгонят из полиции. Вы понимаете – семья, дети…

– Понимаю, уважаемые джентльмены,- ответил

Рендол и сел на диван возле двери.- Оружие ваше мне не нужно. Оставьте его здесь, потом получите обратно. Мне надо проститься с семьей.

– Благодарим, сэр,-повеселели полисмены.

– А сейчас отнесите сержанта в сад, сделайте перевязку. Нелли, подай бинты, йод. Приношу извинения, сержант,- обратился он затем к раненому.Получилось недоразумение. Вы хотели награды? Пожалуйста, возьмите эти доллары. Их хватит, чтобы вылечить руку. А наперед имейте в виду – с огнем шутить нельзя, За это, как видите, бьют по рукам. Гуд бай!

Стиснув зубы, сержант глухо стонал. Он ничего не ответил Рендолу. В его глазах горел огонь мук и ненависти.

Полисмены сдали оружие, подхватили сержанта и, понурив головы, понесли его в сад.

В комнате остались только Рендол, Нелли и дети.

В первые минуты Рендол не решался глянуть в глаза Нелли. Он чувствовал себя несколько виноватым. Не стоило в своем доме начинать стычку с полицией. Но иного выхода-не было. Не мог же он допустить, чтобы полисмены взломали сейф и завладели его изобретением – атомным пистолетом. Ни в коем случае!

Он и раньше понимал, что конфликт с ненавистными изуверами типа Уолтера неизбежен. Они уже присвоили его проект космической ракеты, они готовы были отнять у него все силы и знания, превратить в послушного раба.

И вот, получив необыкновенный сплав, являвшийся надежным изолятором для радиоактивного излучения, Рендол решил хоть частично использовать эту находку в своих целях. За несколько дней он создал из.этого сплава что-то вроде авторучки. Заряд – десяток граммов радиоактивного кобальта, и в руках – страшное оружие, действующее бесшумно, безотказно.

Рендол сначала обрадовался, а потом, подумав, загрустил. Его изобретение было не такое уж безобидное. Если о нем дознаются хозяева Штатов, добра не жди.

Вилли тяжело опустился в кресло.

"- Так вот, Нелли, колесо нашей судьбы круто повернулось. На какое-то время нам придется расстаться. Я отказался работать у сенатора Уолтера. Понимаешь, этот хищник хотел пойти на сумасшедшую авантюру.

Он вооружил "Атлас", намереваясь, видимо, захватить русскую ракетную станцию. Это угрожало бы новой войной, ужасными муками для человечества… Покидая завод, я захватил с собой некоторые свои чертежи, без которых ракета Уолтера не сразу может быть построена. Этого мне не простят.

Нелли любящим взглядом смотрела на Вилли, на его мужественное лицо, на милые морщинки…

– Бедный мой Вилли! – проговорила она.- Делай, как знаешь. Я не сомневаюсь, что поступаешь ты правильно, как и надо. Трудно мне будет с детьми, но мы ждем тебя, надеемся на лучшее, на скорую встречу.