Кэролайн Черри - Гордость Шанур

Открыв ящик стола, Пианфар достала из него детали для сбора небольшого передатчика и, связавшись с командным отсеком, велела Шур немедленно отправиться на склад «Гордости». Капитану срочно понадобилась помощь в одном очень важном деле.

Глава 5

Сооруженное ими чучело вполне могло сойти за Чужака. Правда, для этого изобретательницам пришлось основательно потрудиться — в частности, удлинить у старого скафандра рукава и удалить с него пятна плесени, появившиеся в результате его долгого пребывания в скрученном состоянии. Теперь оставалось самое главное — привести в порядок и переделать под новые нужды его вышедшую из строя систему жизнеобеспечения.

— Давай сюда Тулли, — скомандовала Пианфар, не выпуская из рук паяльник, и покрытая складской пылью Шур поспешила в жилой отсек «Гордости».

Пианфар продолжила работу и, по-видимому, угодила паяльником куда-то не туда, потому что электроника отреагировала на ее прикосновение обильным выбросом черного дыма, на который Пианфар ответила не менее энергичным выбросом брани. Выговорившись и успокоившись, она нашла поврежденную деталь, заменила ее на новую и от души поздравила себя с победой, когда скафандр наконец дернулся и засветился крошечными зелеными огоньками, свидетельствовавшими о его готовности к эксплуатации. Пианфар ухмыльнулась и вытерла руки о свои синие бриджи, надетые специально по такому случаю. Она уже целую вечность не занималась ничем подобным: не копалась в грязи, не носила рабочей одежды и не имела мозолей. Конечно, в юности ей довелось познать все прелести суровых космических будней, но сегодня об этом могли помнить лишь Хэрел и Тирен. Пианфар сунула в рот обожженный палец и уселась на пол. Она не хотела сразу отключать только что налаженную систему: нужно было убедиться, что та функционирует нормально. Поставленный на ноги скафандр неуклюже возвышался посреди комнаты, и в стекле его шлема отражалось довольное лицо Шанур. «Еще пара рук, — подумала она, — и получилась бы точная копия махендосетского демона».

Запах сварки смешался с запахом крови, стекавшей в подставленный для нее ковш из подвешенного под потолком урууса — животного с длинной шеей и вытянутой мордой. Уруусы славились необыкновенно вкусным мясом, из которого на кухне «Гордости» готовили лучший в мире бифштекс.

Где-то хлопнула дверь, и следом раздался звук шагов. Пианфар могла видеть, как загорались коридорные огни, озаряя путь двум двигавшимся в ее сторону фигурам, похожим издали на растопыренные пальцы (причем один из них выглядел значительно выше другого), а пропустив их, снова гасли. Конечно же, это были Шур и Тулли. Последний шел довольно охотно и, лишь приблизившись к порогу залитого светом складского помещения, замер как вкопанный.

— Входи, не бойся, — сказала ему Пианфар, поднимаясь с пола.

Он шагнул внутрь, но как-то неуверенно, и Шур предусмотрительно взяла его за руку.

Тулли ошарашенно уставился на скафандр и окровавленную тушу.

— Это всего лишь животное, — пояснила Пиан-фар. — Я хочу, чтобы ты понимал смысл всего, что мы делаем. Слышишь?

Он повернул к ней бледное, не имевшее ни единой хейнийской черты лицо:

— Вы посадите меня сюда?

— Нет конечно, — заверила его Пианфар. — Но пусть так думают кифы: мы скажем им, что выбрасываем тебя за борт. Они погонятся за скафандром, а мы тем временем убежим.

Легкая улыбка тронула губы Чужака и тут же растворилась снова.

— Но ведь кифские локаторы прощупают его нутро, — возразил он.

— Да, и найдут там вот это, — указала Пианфар на урууса. — Это животное, Тулли. Для еды.

Внезапно тело Чужака начало как-то странно сотрясаться, из глаз его брызнули слезы, а сам он принялся издавать кашляющий звук, в котором обе Шанур узнали смех. Отсмеявшись, Тулли похлопал Шур по плечу и с восторгом взглянул на Пианфар:

— Вы # кифов.

— Да. А теперь за работу.

Тулли и Шур взвалили урууса на плечи и поволокли его к скафандру. Пианфар заметила и то, как напряглись мышцы Чужака под тяжестью груза, и то, как исказилось от отвращения его лицо. Она и сама невольно поморщилась, когда край все еще сочащейся кровью туши проплыл в сантиметре от ее носа.

Следующий этап операции, заключавшийся непосредственно в упаковке, требовал особого внимания, и Пианфар, подавив свою брезгливость, решила заняться этим собственноручно. Упаковать голову урууса не представляло никакого труда: она займет место в шлеме. А вот что делать с этой длиннющей шеей? Хм, придется вырезать отверстие в туловище, чтобы спрятать ее в образовавшуюся дыру. И заодно срезать пару кусков с грудной клетки — иначе она просто не поместится внутри. Точно, а лапы укоротить и выпрямить…

— Наш астронавт не был бы таким вонючим, если бы мы немного подержали его над включенной плитой, — хихикнула Шур.

Тулли снова разразился своим кашляющим смехом, а потом, забывшись, вытер лицо рукой, и его рыжеватые усы сразу стали черными от грязи. Пианфар усмехнулась: неужели они с Шур действительно находятся сейчас в пыльной служебной комнате и в компании с полоумным инопланетянином одевают в старый скафандр дохлого урууса? Нет, пожалуй, тут все трое спятили…

— Ладно, давайте за дело, — пробормотала она.

Очень скоро распотрошенное животное было обстругано, подогнано под нужную форму и утрамбовано до размеров Чужака.

— Идемте, — сказала Пианфар, и Тулли с Шур, подняв чучело, двинулись вслед за ней по длинным корабельным коридорам.

— Куда мы направляемся? — поинтересовалась Шур. — В грузовой отсек?

— Нет, в переходной шлюз. Мы же собираемся отправить в полет якобы живого пассажира.

«Пассажир» не имел ничего общего с пушинкой, и носильщики еле плелись, тяжко охая и спотыкаясь, пока наконец не вышли из складских помещений и не водрузили его на одну из транспортировочных тележек. Бледный как смерть Тулли вспотел и вымотался настолько, что вцепился в ее поручни, чтобы не упасть, однако глаза его светились радостью.

— Ты ведь Пианфар? — спросил он вдруг капитана в перерыве между вдохами. — Пианфар, правильно?

— Да, — подтвердила она, вытирая лицо вымазанной во внутренностях урууса рукой и утешая себя мыслью, что сильнее ей все равно уже не испачкаться, а затем кивнула в сторону Шур и напомнила Чужаку и ее имя.

— Я #, — бодро сказал он.

Они принялись толкать тележку, и Тулли делал это с таким похвальным рвением, что она легко покатилась по служебным коридорам и, буквально пронесшись по ровным и хорошо освещенным участкам нижней палубы, быстро достигла шлюза.

— Он #? — спросил Тулли, взволнованно поглядывая на распахнувшийся перед ними внутренний люк. — Он полетит прямо сейчас?