Владимир Журавлев - Обыкновенные инопланетяне

Тяжелый браслет со стуком лег на дерево. Уй уверенно взялась за настройки — и браслет слабо мигнул, подтверждая готовность к работе! Несколько стволов немедленно уставились на полицай-дознавателя.

— Я не воспользуюсь резонатором, — принужденно усмехнулась она. — И вам не советую. Хотя — да, браслеты в порядке, вы правильно догадались!

— Браслет — не главная часть прибора, — поддержал ее Чень. — Я как раскрутил, сразу догадался! Там всего три блока: красненький для питания, как и везде, еще синенький…

— Ты идиот, да, блоки ковыряешь?! — возмутился из темноты снаружи сарая хувентус. — А если б энергоблок замкнуло? От нас бы ничего не осталось!

— Я знаю, где ковырять, я наладчик!

— Оно видно, как знаешь! На лице написано! Вот так же ковырялся?

— Дети! — усмехнулась беззлобно Мэй. — А ты хочешь с нами жить. Рехнешься с непривычки. Так что с резонаторами?

Установилась сконфуженная тишина.

— Резонаторы, — вздохнула Уй. — С ними всё просто, но чтоб понять, как это просто, нужно немножко знать теорию…

Ики при слове "теория" уныло скривилась, но перехватила взгляд Мэй и благоразумно решила не лезть во взрослые разговоры.

— Я коротко, — еле заметно улыбнулась Уй. — Ну, вы хотя бы знаете принцип суперструнного строения Вселенной? Миры есть гармоники на суперструнах микромира. Значит, чтоб перейти в иной мир, надо всего лишь… зазвучать в резонанс с ним. Понятно, чтоб раскачать любой материальный объект, потребно чудовищное количество энергии. Но лет пятьдесят назад выяснилось, что раскачать достаточно… ну, всего одну частичку. А дальше идет цепная реакция.

— Реакция? — сипло спросил вдруг наладчик Чень. — Цепная? Внутри меня?! Ой, чень-блень…

Уй сочувственно глянула на наладчика. Урод должен был лучше прочих понимать, что такое цепная реакция — и чем она грозит живому.

— Жесткие излучения! — в панике бормотал Чень, стремительно ныряя под стол. — Тяжелые изотопы! Некроз тканей! О-о… где анализатор?!

— Чень, уймись! — рявкнула Мэй. — Мы живы! Значит, это другая цепная реакция! Или та же, но не очень цепная!

— Цепная реакция, — вздохнув, сказала Уй. — Вот синий блок в браслете и задает границы этой реакции, Он стандартный. Чень, наверно, встречал такие блоки в приборах для объемных измерений. А желтый блок — отсекатель. Если он не сработает — реакция распространится на весь мир…

— Очень интересно! — нервно буркнул из дверей хувентус. — А какой процент отказов желтого блока? Нам вообще-то и одного раза хватит! И не только нам, а и миру всему! Реакция-то цепная!

— В отсекателях многократное дублирование! — успокаивающе сказала Уй. — Авария всего один раз случилась, в самом начале, когда опыты ставили. Была у нас одна секретная лаборатория на атолле… и ничего страшного всё равно не произошло! Подумаешь, появился в океане новый остров. Вместе с жителями…

Уй глянула на узкое лицо бабушки Нико и запоздало прикусила язык. Бабушка захрипела и бессильно завалилась на стену.

— Бабушка! — кинулся к ней хувентус. — Что?!

— Не прикасайся! — слабо отмахнулась островитянка. — Оккупант… А я тогда понять не могла, почему отправляю воинов на континент за рабами, а они вместо рабов нарываются на патрульные катера с пулеметами!

Все в сарае, затаив дыхание, внимали откровениям. Но юный Сунь открыл рот и всё испортил.

— Бабушка! — в восторге воскликнул хувентус. — А ты кем была у себя на острове? Царицей пиратов или просто людоедкой?

— Я была девочкой! — отрезала бабушка Нико и сердито отвернулась.

— Резонаторы, — терпеливо напомнила Мэй.

— А всё с резонаторами, — с трудом собрав мысли, сказала Уй. — Остальное в особом отделе полиции, на станции перемещения. Резонансные частоты миров, те, что определены опытным путем, хранятся там. Хранились. И записи перемещений там же. А лоботомник Чень туда термитную взрывалку подложил!

— Но резонаторы работают, — напомнила Мэй.

— А, это. Работают, да. А толку? Дело в том, что во Вселенной есть… направления, что ли? Или течения? Ступени перехода, вот. В одну сторону легко перескакивать, даже мощности браслета хватает, а в обратную сторону — только с помощью станций перемещения. А как они за нас зацепятся?

— Как, как… По маякам, например! — проворчал хувентус. — У нас маяки на любую ерунду ставят, разве нет?

— Есть маяки в браслетах, — признала Уй. — И что? Они против течения не пробьются, им станция должна помогать. А Чень туда термитную взрывалку, дурак… А без библиотеки резонансных частот нас вообще не найти. Через брехальники можно было запеленговать, но мудрый Ян Хэк подгляд-глазок сбил, и брехальники потом отключили.

— А если по мирам пойти? — неловко спросил хувентус, вспомнив, как именно он отключал брехальники.

— Далеко уйдешь, только и всего. Очень далеко.

Все присутствующие невольно поежились и переглянулись. До них наконец дошло, какие бездны отделяют их от родины. И как мало значит их жалкая кучка в чужом неприветливом мире.

— Бойтесь пользоваться резонаторами! — серьезно заключила Уй. — Они уведут вас в соседний мир, по течению, еще дальше от родины.

В наступившей тишине Ики с грохотом уронила тренировочный шест Мэй и испуганно сжалась.

— Про меня, — сказала Уй и высокомерно оглядела присутствующих. — Я — Уй Лицзинь, Худышка Уй, дочка распределяльщика всех средств континента! Самая любимая дочка, приемная! Отец так меня любит! Тронете — он вам живым внутренности растопчет!

Робкая Весна зашипела и потянула из нагрудной кобуры оружие.

— Не тронем, слово дали, — напомнил Ян Хэк и положил ладонь на дыродел бешеной малышки.

— А если не тронете, тогда скажу: мне здесь недолго жить. Отец меня вернет. Робкая Весна у меня подгляд-глазки из кожи вырвала, что изменила? Ничего! Ушли данные прямо в сеть, весь Арктур смотрел, как меня раздевали! Скоро-скоро кто надо появится и меня заберет! Станцию перемещений восстановить несложно, наладчик Чень подтвердит, что несложно! Если дружим — вас защищу, карателям не отдам! Живите хоть в этом мире, хоть в другом, только на господарей не кидайтесь, маленькие у вас зубы господарей грызть!

Беглецы настороженно молчали.

— И про Руфеса не спрошу, — усмехнулась юная женщина. — Сама найду, не глупая. Мир?

Урод Чень ухмыльнулся и хлопнул себя по коленям:

— Ян Хэк, она Руфеса сама найдет, не глупая! Какая прелесть!

— Уй, правда, что господари своих дочек сильно-сильно любят? — с нескрываемым любопытством спросил Здоровяк Мень.

— А правда, что маскулины своих дочек сильно-сильно бьют? — хмуро отрезала она.