Анатолий Радов - На поверхности (сборник рассказов)

– Да они похожи, очень похожи – подумал президент – Только меньше, и на двух ногах. Больше похожи на этих, как же их?

Он взял Бердышева под локоть.

– Мы постараемся сделать всё возможное, чтобы они ничего не узнали – проговорил он шепотом, и, развернувшись, вышел.

Он зашагал по коридору к выходу. Охрана молча последовала за ним вдоль стен.

– Что ему сейчас тут делать? Пусть работают лингвисты, шифровщики. Пусть разбираются в их языке, пусть учат их и учатся сами – принялся размышлять он.

Вслед за ним из комнаты выскочил советник по вопросам безопасности, и недоумённо засеменил следом.

– Вспомнил, как их – президент щёлкнул пальцами – Диплодоки. Да, больше всего они похожи на диплодоков. Такие же длинные, дурацкие шеи.

– Сколько там динозавры жили? – спросил он у поравнявшегося с ним советника.

– Точно не помню – советник виновато улыбнулся – Несколько десятков миллионов лет, по-моему. А может и сотен – советник округлил глаза.

– Да, много – подумал президент – А мы сколько? Тысяч сто? Двести? Генерал-майор прав. Вдруг им и вправду придёт в их динозавровые головы заявить свои права на Землю, когда они узнают, что миллионы лет она принадлежала таким же, как они. А с их технологиями, эта заявка окажется очень серьёзной. Нужно, чтобы эта информация никогда до них не дошла. Придётся археологам и Спилбергу забыть о своих работах. Хотя, эти их долбаные динозавры сами виноваты, слабыми оказались, вот и вымерли. А мы, люди, здесь абсолютно не причём. Мы просто идём вперёд, в ритме эволюции, работая локтями, руками, мозгами. Вселенная ведь не стоит на месте. Она эволюционирует.

Восьмой хобот

Сегодня Врикс проснулся в превосходном настроении. Впрочем, он все последнее время и засыпал в этом настроении, и мечтал в этом настроении, и бродил в нём по Лужайке, ну и, конечно же, в нём просыпался. Все объяснялось достаточно просто. Он уже предощущал, или если сказать точнее, предвосхищал то значимое в его жизни событие, которое вот-вот должно было произойти. Он жил и дышал этим предвосхищением.

Он ждал того дня, когда у него наконец-то появиться восьмой хобот. И с появлением этого хобота он перешагнет в новый, и, наверное, самый счастливый период своей жизни.

Восьмой хобот даст ему право выбрать себе представительницу противоположного пола из своих одногодок и уйти с нею в Долину Взрослых. Впрочем, он не мечтал о каких-то там среднестатистических представительницах. Его сердце уже давно и навсегда было отдано лишь одной из них, той, на которую он стал смотреть, неожиданно для себя, совсем по-другому, когда на его голове вырос седьмой хобот. До этого, Лула была для него всего лишь другом для игр и веселья на Лужайке. Они вместе бегали в дальние сады, в которых в изобилии росли сочные, сладкие плоды маунги. И они, смеясь, срывали их, и наедались ими до отвала, утоляя голод, всегда приходящий после веселых игр. А потом бежали наперегонки до ручья, вытекающего из темного, веющего прохладой леса, и утоляли жажду. А после, довольные, они долго лежали в зеленой, густой траве на берегу ручья и вглядывались в лес, который, как им казалось, хранил множество тайн, и загадывали друг другу разные загадки, которые сами друг для друга и придумывали.

– Угадай – говорил Врикс – Старый, старый, тридцать на голове.

– Это старец Хог! – кричала Лула и громко смеялась.

И Врикс громко смеялся вместе с нею.

Но, как только у него появился седьмой хобот, все сразу изменилось. Они все также бегали в сад, но теперь он, наслаждаясь плодами маунги, смотрел, как откусывает от плода Лула, и ему почему-то это нравилось. И когда они, утолив жажду, лежали у ручья, он уже не вглядывался в темный лес, а смотрел на Лулу. И совсем не мог сосредоточиться, когда Лула задавала загадки.

– Что с тобой, Врикс? – спрашивала Лула.

А Врикс слышал ее, ставший вдруг таким волнующим голосок, и не мог ничего ответить.

– Ты, наверное, заболел – говорила Лула.

А Врикс глупо моргал глазами.

Вечером Врикс возвращался в свою маленькую норку под высоким Свогом, растущим на краю Лужайки, ложился спать, но подолгу не мог уснуть. Он думал о Луле. И внутри него становилось то вдруг хорошо-хорошо, то вдруг как будто что-то сжималось и ему хотелось плакать.

Он совсем не знал, как ему быть, что делать с этими новыми, непонятными ощущениями. Сначала он решил попытаться не замечать их, но не смог. Тем более что с каждым днем они становились всё сильнее, и что хуже, всё болезненнее. Стоило ему увидеть Лулу, как его сердечко сжималось и ему казалось, что он сейчас умрет, или расплачется.

Тогда, обеспокоенный странными ощущениями Врикс, собрался духом, и решил сходить к старцу Хогу, надеясь, что тот объяснит ему, что с ним происходим.

Одним ранним утром, он, обходя Лужайку по краю, чтобы никто его не увидел, отправился к старцу, живущему у подножия горной гряды, в пещере. Старец Хог сидел у входа в пещеру и ел плод маунги. Его тридцать хоботов на голове, покачивались в такт жующему рту.

– Старец Хог – смущенно заговорил Врикс – Я хотел у тебя узнать…

– Я знаю, Врикс, о чем ты хочешь узнать – перестав жевать, сказал Хог – Я ждал, что ты вот-вот придешь. У тебя появился седьмой хобот, а все у кого появляется седьмой хобот рано или поздно приходят ко мне, чтобы спросить. Для этого я здесь и нахожусь – старец добродушно рассмеялся.

– Что со мной Хог? – потупившись, спросил Врикс – Я заболел?

– Ни в коем случае – ответил Хог, и отрицательно покачал головой – Ты в полном порядке. Просто ты полюбил. Наверное, Лулу?

– Откуда вы знаете про Лулу? – испуганно спросил Врикс.

– Не перебивай – сказал Хог – Как же не знаю. С тех пор, как ты попал на Лужайку, еще, когда у тебя было всего три хобота, вы и не расставались с ней. Все время играли вместе. Хм. Я часто наблюдал за вами. И уже тогда догадывался, что когда вы подрастете, обязательно составите пару. Да, обязательно. Ведь вы всегда играли в стороне от других, и вам никогда не было скучно вдвоем. И вот то, о чем я догадывался – ты полюбил Лулу.

– И что мне теперь делать? – спросил Врикс, взглянув на старца.

– Ничего особенного. Жди появления восьмого хобота. Как только он появится, то можешь привести Лулу сюда, к пещере, и я проведу вас по священному гроту в долину взрослых лунгов. Так было уже сотни раз. Здесь на Лужайке вы растете, играете, и когда у какого-нибудь лунга появляется восьмой хобот, он может выбрать себе пару из своих одногодок, и я провожу их в долину. Я делал это уже сотню раз – повторил Хог и устало посмотрел на Врикса – А теперь иди.

– Но, Хог! А когда же появиться восьмой хобот? – Врикс с мольбой посмотрел на Хога – Ответь, пожалуйста. Ведь любить так тяжело. Иногда, мне даже плакать хочется.