Александр Колпаков - Гриада (Художник Л. Смехов)

Защитный купол простирается на многие километры вдаль, а самая верхняя его точка находится примерно на высоте двух километров. Как же держится этот купол?… Ага, вот они — десятки, а может быть, и сотни тончайших колонн. Я вопросительно смотрю на Джирга, указывая на эти хрупкие, ненадёжные опоры.

— Колонны из мезовещества, — коротко отвечает он.

У самых стен города Джирг притормаживает судно. Всё чаще попадаются гидроиды (так я буду называть этих подводных гриан). С огромным интересом рассматриваю подводных обитателей. Они отличаются от гриан более удлинённым туловищем, сильно развитой грудью и плечами. Это, конечно, результат приспособления к специфическим условиям подводного существования. На гидроидах прозрачные скафандры, а на спинах — что-то вроде ранца с небольшим реактивным соплом, выбрасывающим струи воды. Передвигаются в воде гидроиды с большой скоростью, обгоняя даже рыб. Те же, что и, у гриан, клювообразные лица, огромные глаза. Но в общем гидроиды гораздо привлекательнее Познавателей.

Джирг подводит гидромобиль к выступающей из стены арке и включает телевизор. На экране выступает лицо гидроида-диспетчера. Они коротко перебрасываются фразами. Потом беззвучно открывается огромный люк туннеля-камеры. Мы попадаем в камеру, и створка люка закрывается. Она так герметично входит в свои пазы, что невозможно определить, где стена камеры, а где — пазы люка. Оглушительно шипит сжатый воздух, выталкивающий воду из камеры. Через несколько минут мы оказываемся в совершенно сухом помещении.

— Приехали, — говорит Джирг.

С некоторой опаской выхожу в подводный город. Воздух чист и свеж, он отдаёт каким-то специфическим запахом, напоминающим запах озона. Нас встречают два рослых гидроида. Здесь тепло, и они почти обнажены, если не считать за одеяние треугольный передник из какой-то поблёскивающей материи. У них развитая, мощная мускулатура, по в то же время бледно-зелёный, нездоровый цвет лица. Да… жизнь в искусственной атмосфере всё же не может быть равноценной жизни в лучах живительного солнечного света.

Встречающие нас гидроиды очень молоды. Их движения быстры и энергичны. Они приветственно поднимают руки и улыбаются Джиргу, Оказывается, это не сухари, как их «наземные» собратья. В глазах гидроидов я не нахожу младенческого выражения, какое было у операторов в Трозе. Живые огоньки разума мелькают в глубине их зрачков.

Дети океана рассматривают меня с напряжённым вниманием. Джирг коротко рассказывает обо мне и о причине моего прибытия. Гидроиды дружелюбно улыбаются, сопровождая улыбку гортанными певучими возгласами.

Джирг мягко касается моего плеча.

— Я ухожу вверх, — говорит он.

— Куда вверх? — не понимаю я.

— В контрольный сектор Фиолетового океана. Ведь я поставлен Познавателями следить, чтобы гидроиды не покидали своего города. Краски природы Гриады не для них…

И он угрюмо смотрит себе под ноги.

— Но почему не для них?

— Так было всегда, сколько я себя помню. Таков Великий Распорядок Жизни. Его установили Познаватели на заре времен. Гидроиды должны работать, а не мечтать о солнечной Гриаде, видение которой вселяет в них лишь сожаление о недоступном.

— Гнусный, бесчеловечный Распорядок Жизни! — восклицаю я.

Джирг долго размышляет над этим замечанием, потом тихо говорит:

— Моя мать была из гидроидов, но жила на материке. Поэтому, может быть, и я стал мореплавателем. С детства меня тянуло к Фиолетовому океану. Потом отец — он был Познавателем — отправил мою мать обратно к гидроидам… Я её больше не видел… По образованию я — Познаватель, а по духу — гидроид. Я тоже ненавижу то, что называется Великим Распорядком Жизни. Выродившаяся, гнусная система!… Как хотел бы я её разрушить! И Виара — моя сестра — мечтает о том дне, когда рухнет бессмысленное здание этого Распорядка…

— Так в чём же дело? Надо объединиться и начать борьбу за переустройство жизни на Гриаде.

Джирг отрицательно качает головой:

— Сейчас это невозможно…

— Почему? Неужели гидроиды, создавшие изумительные подводные города, не смогут отобрать власть у Познавателей?

— Если гидроиды восстанут, Познаватели выключат энергию, и подводные города погибнут. Эти города и индустриальные центры построены не гидроидами, а автоматами и самодвижущимися механизмами, которыми управляют электронные машины. Было это ещё полмиллиона лет назад. Гидроиды же пришли сюда позже.

— Откуда же они пришли?

— Они потомки древних островных рабов, которых постепенно загнали на дно океана, вытеснив с островов и архипелагов. Что они могли сделать? Разбросанные на громадных водных пространствах, едва научившись строить простые машины, они не могли противостоять Познавателям, вооружённым электронной техникой… и энергией мезовещества… Но пройдут тысячелетия, и гидроиды по развитию догонят Познавателей. Мои братья упорно учатся, чтобы избавиться от вечной угрозы погибнуть на дне океана без воздуха, тепла и света. Мы с Виарой им помогаем. Власть над энергией — вот в чём сила Познавателей!.,

— А таких, как ты и Виара, много среди Познавателей?

— Нас ещё мало. А главное, секрет составления программ для электронных машин, которые управляют энергией всей планеты, известен лишь узкому кругу Познавателей. Этот секрет передаётся по наследству… Но когда-то этому придёт конец!

Мы долго молчим. Потом я протягиваю Джиргу руки:

— Спасибо за всё, друг… Надеюсь, мы ещё встретимся.

— Конечно, встретимся! — откликается Джирг.

Вскоре судно плавно трогается с места и растворяется в океанских просторах.

…Время как будто остановилось. Сколько дней я уже здесь нахожусь? Меня окружает странная и непонятная жизнь. Гидроиды всегда в движении. Они непрерывно работают. Не понимаю, когда они отдыхают Сколько часов в сутки они спят?… Вероятно, не больше двух-трёх. Вспоминаю, что в этом нет ничего необычного: на Земле ещё в период нашего там пребывания начали применять электросон.

Подводный город гидроидов (они называют его Леза) представляет собой гигантский индустриально-электронный центр. Всё здесь делается без помощи человеческих рук, все процессы автоматизированы до предела. Значительную часть города занимает комбинат извлечения металлов из морской воды. Гигантские насосы гонят миллионы кубометров воды к целому «лесу» грибовидных фильтров. Потом вода поступает в другие фильтры, похожие на башни, где бактерии последовательно улавливают из неё все металлы, растворённые в океане.

Эти «металлические» бактерии плавятся в специальных печах, которые питаются энергией солнца, подаваемой с поверхности Гриады. Всё производство осуществляется автоматически: им управляют два оператора из Электронного Мозга Лезы.