Борис Сокольников - Московская история

- Ты почему уехал и мне ничего не сказал? Сейчас я тебя за это накажу.

И хотя это было сказано в шутливой форме, как бы в щутку, и они долго не виделись а значит встретились после долгой разлуки, но Инна сорвала с куста тонкую веточку, очистила от листьев и приказала:

- Снимай штаны.

Сережа тоже с улыбкой вроде в шутку приспустил сзади штаны, и она его постигала. Потом она заставила его задрать свитер, встать к деревцу и постигала по спине.

Потом она сказала:

- А ты тут что делаешь?

- Работаю

- И ты тут живешь?

- Да.

- И ты тут работаешь?

- Да.

- И долго еще будешь тут работать?

- Я не знаю.

- Поехали со мной.

- В Кокошкино?

- Да.

- У меня там у них еще осталась моя бутылка с коньяком.

- Забери.

Сережа сходил в дом, забрал бутылку, и они пошли на автобус. Ехать пришлось совсем недолго, минут тридцать.

В автобусе выяснилось что у Сережи нет денег на билет, а Инна купила себе билет по ученическому билету и у нее осталось всего пять рублей.

Кондуктор начала стыдить Сергея. Она грозилась остановить автобус и выгнать его на дорогу чтобы он шел пешком. Еле-еле Сергей ей объяснил что оказался в безвыходной ситуации. Инна снова не понимала, почему у взрослого работающего мужчины нет денег. Сергею еще повезло что этот автобус был с кондуктором. Водитель быстро выкинул бы его на дорогу.

Когда приехали в Кокошкино и пришли к бабушке, оказалось что в доме Сергей конечно жить не может. Об этом Инна даже не подумала. Об этом можно было даже и не заикаться. Сергей объяснил бабушке что у него случилось несчастье в семье и вот он остался в таком висячем положении. Правда, бабушка Инны думала что Сергей постоянно проживает не в Москве а где-то рядом.

К счастью для Сергея еще было тепло, а на втором участке, за забором, где было приостановленное строительство, на стройке стояла синяя бытовка привезенная сюда со строительного объекта, с квадратным окном, но без двери, которую Сергей тут же навесил. Сергей быстро освободил бытовку от хлама и строительного материала и провел в нее электричество. Когда пришла с посиделок бабушка, он уже вставил в этом домике дверь.

41

Марина Славина, вернувшись домой и не обнаружив там Сергея, поняла, что она еще слишком молода и недостаточно подготовлена к самостоятельной жизни. Она недостаточно ответственно отнеслась к домашнему очагу и к Сергею. К таким вещам нужно относиться более серьезно и уж во всяком случае обходиться без подруги. Ну что ей стоило отослать Сергея на этот момент в гостевой дом, или запретить ему выходить из кладовой, - как она это обычно и делала, когда к ней приходили гости.

Нет, это делалось не потому что она прятала Сергея, а для того чтобы он им не мешал.

Сергей обычно приготовлял все необходимое для прихода гостей, а сам удалялся и приступал к уборке только когда гости уже уходили.

Теперь Марина на своем собственном опыте убедилась, что домашний очаг это серьезное дело. У себя в доме нельзя жить как на вокзале. Ей конечно приходилось бывать в богемных домах, но ей там никогда не нравилось, там было как проходной двор.

У себя дома лучше вообще не устраивать попоек и сабантуев, для этого есть другие места. К таким вещам как дом, Сергей и семья нужно относиться серьезно.

Впоследствии она вышла замуж за богатого немца и уехала с ним в Германию.

Они жили счастливой жизнью. Немец стоял перед Мариной в коридоре и говорил: " Я просто немецкий мужик, который стоит перед своей госпожой в нижней рубашке с голой сракой и эта срака нужна только для того, чтобы ее стегали, и чтобы работать, и больше ничего." Конечно, Марина хотела бы выйти замуж за другого, но вот попался такой идиот.

42

Инна, которой вчера исполнилось 14 лет, лежала в своей комнате на кровати, и хотела чувствовать себя барыней.

Вся кровь в ней волновалась, она смеялась от радости, встретившись опять после такого долгого перерыва с Сергеем.

Сергей делал ей такое что она просто взлетала к звездам.

Как просто никто и никогда.

В Инне быстро и решительно проснулась самка. Она и подумать и допустить не могла, чтобы Сергей был с другой женщиной. Получив опыт в войне с Ириной Аркадьевной Инна и допустить больше не могла чтобы Сергей познакомился или имел связь с какой-нибудь другой женщиной.

Пока же Сергей охранял их строительный участок.

Ему удалось устроиться в садовом домике потому что еще было тепло и он подружился с бабушкой с которой теперь много беседовал сидя в саду на коричневых венских стульях или на веранде.

Чаще всего бабушка рассказывала Сергею как она когда-то служила бухгалтером в колхозе имени Чкалова и как председатель колхоза выделил ей гектар земли, и как этот гектар вспахали трактором и посадили там картофель. Выросло много картофеля, потому что тогда не было колорадского жука. И как этого колорадского жука забрасывали к нам с кораблей на Крымское побережье американцы. Как они, эти колорадские жуки, вылезали из моря целыми толпами и поодиночке. Когда она отдыхала в Крыму, ей самой об этом рассказывала местная женщина. И как она потом привезла домой в город Клин своей матери и сестрам полторы тонны картошки. То-то была радость! Ей было тогда 17 лет и это было в 1949 году. Об этом бабушка рассказывала часто и с большими нюансами. Очевидно, картофель тогда был большой подвиг. Она окончила бухгалтерские курсы и ее направили в этот колхоз. Потом она работала в разных организациях и окончила свою трудовую деятельность главным бухгалтером какого-то филиала. Главным образом в своих разговорах бабушка поносила товарища Сталина и существующую власть.

Видя безотказность Сергея и его честность, она его очень зауважала. Когда она узнала сколько Сергей зарабатывал когда работал сметчиком на строительных объектах, она зауважала его еще больше. Впрочем, было за что. Сергей многое сделал в сарае и в ее доме.

Сейчас он ремонтировал отмостку вокруг дома. Пришлось разбивать всю старую слабую отмостку, копать траншею, насыпать песок, трамбовать, мостить камнем и заливать цементом.

Сергей работал не торопясь, часто отдыхая в своем домике.

В конце концов, когда Сергей прожил в своем домике один месяц, мама Инны, видя, какие отношения у него с ее дочерью, и о многом догадываясь, сказала:

- Ну, хорошо. Только не залетайте. Не дай бог, чтобы Инна забеременела.

Инна сделала глупое лицо и незаметно от матери покрутила пальцем у своего виска.

Впрочем, и так все было ясно. Инна уже выросла и ничего нельзя было поделать. Она для этого была уже достаточно взрослая девочка.

43

Анна Арбенина, оставшись с дочерью одна, переживала часы глубокого нравственного раскаяния. То обстоятельство что Сергей отсутствовал уже несколько месяцев, не оставив о себе никаких свидетельств, приводило ее в состояние смятения.