Вячеслав Алексеев - Сафари на…

Через день все было готово. Обе пушки, установленные на санях вывезли за деревню и устроили пробные стрельбы по вкопанным в землю бревнам, на которых висели трофейные щиты. На испытания сбежалось много взрослых мужиков, а детей еще больше — поглазеть на диковинки. Последние, пока Женя показывал милиции как заряжать при помощи пороховых мерных стаканчиков и куда вставлять капсюльные трубки, лезли под ствол, пытаясь заглянуть в дуло, милиционерам и Кокорю с трудом удавалось их отгонять.

Однако, после первого выстрела народ рванул обратно, к селу и остановился на приличном расстоянии. Алексей с Евгением осваивали одну пушку, Руслан с Костей, глядя на действия лейтенанта, все повторяли на второй. Стрельбу начали со свинцовых ядер со ста метров — четыре выстрела ушли в пустоту. Подвинув сани поближе к столбам — метров на 50, повторили. На этот раз пушка Кости с Русланом с первого выстрела попала в щит, сделав в нем круглую, с кулак, дырку, а пушка Алексея и Евгения такую же дырку сделала со второго выстрела, но в столбе, чуть повыше щита. Женя подкрутил прицельный винт, прикидывая на глаз — куда смотрит ствол. При очередном заряжании случился конфуз. Едва Костя засыпал в ствол пороховой заряд и уже хотел засунуть туда шомпол — утрамбовать пыж, как пушка полыхнула огнем. Милиционеры отскочили, к ним подошли остальные и стали совещаться.

— Уголек какой-то непромолотый. — предположил Евгений. — Остался в стволе и начал тлеть.

— Ну и чего делать? — спросил Алексей. — Так ведь если не убьет, то руки точно поотрывает.

— Перед заряжанием ствол пробанить нужно. — ответил Стас. — Мокрым ершиком или тряпками, намотанными на шомпол. И лучше мочить не водой, а уксусом. Так всегда в старину делали.

— А почему уксусом? — спросил Алексей.

— Понятия не знаю. За неимением уксуса будем снег брать. Мочить не сильно, а так, чуть влажной тряпкой — возможные искры пригасить. А то воды нальем — порох отсыреет.

Пушки пробанили, зарядили, перешли на картечь и успехи сразу стали впечатляющими — Алексей, а за ним и Костя с Русланом — снесли свои мишени вместе со столбами.

Последним опробовали Женькино «ноу-хау» — тряпки и веревки связанные узлами, обильно смоченными смолой, к которой перед заряжанием Женя добавил несколько капель особой жидкости. Тряпки летели недалеко и широким охватом. Зато те, что сумели долететь до последнего оставшегося столба — прилипли к щиту и тут же вспыхнули ярким красным пламенем с густым черным дымом. Те, что упали на снег — тоже загорелись, но быстро потухли.

— Любопытно, любопытно. — проговорил лейтенант, наблюдая как занимается огнем щит.

— Нормально, — ответил Женя.

— Наверное в тряпки нужно все же картечины добавлять, тогда дальность повысится. — Предложил Стас.

— Нельзя, — ответил Евгений, — Тогда тряпка не прилипнет, а под тяжестью сразу же отвалится. Но, в целом, и так неплохо. Испытания считаю успешными. Бутылочку вот эту с зажигательной смесью не рекомендую трясти и ронять. Применять… Сами видели — перед стрельбой в момент заряжания. Если на руки попадет — тут же снегом или водой смыть. Там фосфор и другая едкая гадость.

— Да, — согласился Костя. — С таким оружием мы и автоматные патроны сможем поберечь.

— Вот и ладушки, управились вовремя. Кажись, сегодня должен гонец прибыть от Юрия Игоревича, так что завтра с утречка отбудем на фронт. — добавил лейтенант, потирая руки. — А сегодня отходную ставим.

Пока убирали сошки и запрягали в лафетные сани лошадей, Стас послал мальчишек поискать ядра, с которых начали испытания. Метрах в трехстах ребятишки нашли на снегу следы от ядер, но сами свинцовые шары так и не обнаружили.

Лейтенант махнул рукой, чтоб возвращались: дальность стрельбы примерно узнали, а ядра новые отольем.

Вечером того же дня в село прибыл десяток всадников за милиционерами. С ними же приехали и трое молодых парней лет двадцати в «штатской» одежде: один в добротном суконном зеленом кафтане с высоким стоячим воротником и длинными до полу рукавами с высокой бобровой шапкой, двое других — попроще, в черных рясах и с черными скуфейками на головах. Поверх ряс накинуты некие подобия полушубков, мехом внутрь, а сверху обшитые черным же сукном. Местные называли такую одежду мятель. Поклонились до пояса, потом представились: княжий дьяк Василий, да два монаха из Рязанского монастыря — Ксенофонт и Пантелемон. Все грамотные. Князь прислал их в помощь оружейникам.

Стас с Женей критично осмотрели помощников.

— Ну, что ж, думаю, сработаемся. — подытожил Стас.

— Одежонка, у вас, конечно не того. — добавил Евгений, приподняв с пола один из рукавов Василия, — Впрочем, рабочую одежду дадим, комбинезоны там, телогреечки. Что нужно, покажем, что знаем — расскажем.

— Вот только с жильем, это не к нам.

— Да-да, — подхватил Женя. — Есть тут местный комендант — Онтип, он устроит. Ну, обустраивайтесь, день приезда — день отъезда — один день, так что завтра с утра ждем тут, у деда Грини.

Стас посмотрел на Женьку:

— Они ведь за чистую монету примут, с рассветом припрутся. — и уже обратившись к помощникам, — Где-нить ближе к обеду. Сегодня день был тяжелый, потому раньше мы все не проснемся.

Помощники еще раз поклонились до пояса и пошли разыскивать тиуна. На последних словах Стаса подошел Алексей:

— Значит, нас провожать не будете? Мы то аккурат с рассветом отбываем.

— Да? — удивились геологи.

— Ага. Десятник, что за мной прискакал, сказал, что князь уже обложил какое-то там укрепленное село. Сейчас они пока таран строят: ворота ломать, да еще нас ждут. Так что мы походным маршем. И сразу в бой. Говорит, там детинец есть. Правда, деревянный. Ну и вокруг забор и прочие прелести.

— Понятно. — задумался Стас. — Этих монахов помощничков вернуть, нужно сейчас порох на порции разложить, да новые ядра отлить, шрапнели набрать. Сотни выстрелов тебе хватит?

Лейтенант пожал плечами:

— А я знаю?

— Тогда поэкономней. Чтобы еще сотню выстрелов добавить — нужно уголь жечь, а за ночь не управимся.

— Ладно, авось, на неделю хватит. Что мы, до лета с тем селом воевать будем?

7

Лейтенант с Костей и Русланом добрались к осажденному селу лишь к полудню на следующий день. Правда, с максимальным комфортом — у каждого свои сани. На двух были установлены пушки, на третьих Алексей вез припасы — для пушек и для себя. А к пушкам, видя «пустые» сани, дружинники навалили копья, доспехи и еще какие-то узлы, похоже со снедью, мешки с овсом, сено. Лошадьми можно было не управлять — их связали караваном, а повод держал молодой конный дружинник. Вот они и бежали вслед за отрядом. Закопавшись в сено, милиционеры пригрелись, наблюдая неспешно проплывающие пейзажи по берегам Оки. Ближе к вечеру отряд свернул на какую-то протоку и продолжил подниматься вверх по ней. На привале, устраиваясь на ночлег, лошадей распряг и задал корму тот же молодой отрок, и Руслан сказал Косте: