Андрей Дашков - Стервятник

"О, нет!", - промелькнуло в голове Стервятника, закрывшего глаза и притворившегося спящим. Но было уже поздно. Поставив чашу на прикроватный столик, Лума забралась на кровать и нежно, но требовательно поцеловала Люгера в губы.

Притворяться спящим и дальше было бессмысленно. Слот издал страдальческий стон от якобы причиненной ему боли и, открыв глаза, уставился на лепные украшения потолка.

- Теперь мы сможем долго быть вместе, господин, - защебетала Лума, чуть отстранившись, но не переставая ласкать теплой ладонью грудь и живот Люгера. Потом ее влажный юркий язычок проник в его ушную раковину.

А у Стервятника был прекрасный повод поразмышлять о неисправимых ошибках молодости. Когда-то он, останавливаясь у Гагиуса, приятно проводил с Лумой время, но никогда не давал ей никаких поводов надеяться на большее. Впрочем, Лума была женщиной здравомыслящей и извлекала из близкого знакомства с Люгером лишь сиюминутную пользу. Слот импонировал ей, как мужчина, и теперь в их распоряжении было, как минимум, несколько дней и ночей...

- Ты выбрала подходящее время, - с мрачным сарказмом произнес Люгер. У него был вид мученика, обреченного терпеливо нести по жизни некий тяжкий груз. В его голове окончательно оформилось воспоминание о подземелье Фруат-Гойма и магистре Глане.

- Вы были очень плохи этой ночью, господин Слот, - говорила между тем Лума. - Ваше странное появление очень удивило всех слуг. А госпожу Лону даже немного смутил ваш вид, - добавила она не без лукавства.

- Надеюсь, Люрт не приглашал лекаря? - спросил Стервятник, насторожившись.

- Нет, что вы... Вы же знаете, как осторожен господин Гагиус... и как он деликатен со своими друзьями...

- Ну, если обо мне знают все слуги, деликатность Гагиуса уже не имеет значения, - отрешенно констатировал Люгер.

На хорошеньком личике Лумы промелькнула тень обиды.

- Но, господин Слот, разве у вас был когда-нибудь повод жаловаться на меня или на других слуг господина Люрта? - спросила она, поджав губы.

- Ладно, ладно, я пошутил, - сейчас Люгеру было не до споров. Тем более, что близость теплого гибкого тела Лумы несколько отвлекала его от всяких мыслей вообще и от тягостных раздумий в частности.

- Теперь вы должны поесть, - потребовала Лума, ощутив свою власть над ним. - А после я перевяжу вашу рану. Вас хотел видеть господин советник.

- Само собой разумеется, я приму его, - вяло пошутил Слот и полностью подчинился заботам служанки.

Люгер чувствовал себя уже гораздо лучше, когда спустя несколько часов в спальню вошел Люрт Гагиус, отослал Луму и плотно закрыл за нею дверь.

Лицо и фигура советника излучали оптимизм, душевное и телесное здоровье, а также веру в счастливое разрешение всех проблем, хотя и не без некоторой примеси тревоги. Люрт был достаточно умным человеком и понимал, что источник любого благополучия - борьба и порой смертельная. Он умел быть расчетливым и беспощадным к тем, кто покушался на его благополучие. Может быть, поэтому советник без особых потерь пробирался до сих пор по опасному и полному неприятных сюрпризов лабиринту дворцовых интриг.

Люгер поприветствовал его традиционным жестом здоровой руки, а Гагиус, по своему обыкновению, сразу же перешел к делу.

- Может быть, ты объяснишь мне теперь, что все это значит?

Вопрос повис в воздухе. Стервятник лихорадочно соображал, что можно рассказать советнику о своих похождениях, а чего рассказывать не следует, чтобы тот не счел его безумцем. В отношениях со здравомыслящим Гагиусом такое подозрение означало бы, в лучшем случае, снисходительную иронию, а в худшем - полный разрыв. Поэтому Люгер постарался сказать как можно меньше.

- На меня напали возле собора Тилан... Четверо в масках. Мне пришлось превратиться и бежать... Ты оказался ближе всех.

При упоминании о превращении на лице советника промелькнула болезненная гримаса. Он сокрушенно покачал головой, словно его бесконечно угнетала бестолковая и неустроенная жизнь Люгера. Может быть, так оно и было, - никто, кроме Люрта, не мог бы сказать этого наверняка.

- И тебе, конечно, ничего не известно о причинах нападения? - спросил он с едва заметной иронией.

- Почему же, известно, - медленно проговорил Слот, делая первый ход в непредсказуемой и полной опасностей игре. Он внимательно следил из-под полуприкрытых век за реакцией Гагиуса. Как он и ожидал, выражение досады на лице советника сменилось готовностью выполнить свой долг, каким бы тот ни был... Пауза несколько затянулась...

- Это, конечно, женщина? - осторожно подтолкнул беседу Люрт, вращая на указательном пальце перстень с каким-то гербом. Взгляд Люгера остановился на этом перстне. Герб был вырезан в редчайшем камне из Вормарга, который, казалось, слабо сиял в полумраке спальни своим собственным, а не отраженным светом...

- Отчасти, - ответил Слот. - Но женщина - лишь повод. Кто-то начал охоту за мной, однако я, как видишь, до сих пор жив. Может быть, меня всего лишь хотят как следует попугать...

- Я могу чем-нибудь помочь? - задал советник главный вопрос.

...Позже Стервятник вспоминал, что мог бы в тот момент отказаться от помощи Гагиуса, и тогда река событий потекла бы совсем по другому руслу. Но он не сделал этого. Рана приковала его к постели, а расследование, начатое Серой Стаей, и покушение Геллы связывало незадачливого любовника по рукам и ногам. Одним словом, он не мог ждать несколько дней и попросил Люрта о небольшой услуге. Эта услуга действительно представлялась ему тогда сущим пустяком и сам он на месте Гагиуса оказал бы ее, не задумываясь.

Он рассказал советнику о том, как найти трактир "Кровь Вепря", и попросил отыскать там женщину по имени Сегейла или Тенес.

Гагиус был поначалу несколько озадачен вульгарностью этой просьбы и предложил послать в трактир кого-либо из своих слуг.

- Это довольно опасно, Люрт, - откровенно сказал Люгер. - Если бы я мог довериться слугам, то послал бы туда ближайшего лавочника. Возможно, эти местом интересуется Серая Стая.

Тут уж советник Гагиус заметно побледнел и протестующе поднял руку.

- По-моему, ты впутался в очень неприятную историю, друг мой...

- Ты можешь отказаться, Люрт, - устало сказал Слот. - Когда-нибудь я пойду туда сам.

- Почему же? - прервал его Гагиус. В душе советника боролись осторожность и стремление заплатить, наконец, давний долг Люгеру. Последнее взяло верх, поскольку обещало советнику душевное равновесие. Если речь идет только о том, чтобы узнать о местонахождении женщины... Пожалуй, я еще могу сойти за страдающего любовника. Тем более, что семейная жизнь... гм... несколько однообразна...

- Только будь очень осторожен. Не бери карету. Не задавай слишком много вопросов. Ты должен выглядеть там случайным человеком. Узнай только, там ли она еще или, может быть, уехала куда-нибудь... И поскорее возвращайся!..