Стивен Дональдсон - Мордант превыше всего!

— Я собирался созвать Гильдию, — лицо его было веселым, но тон яростным. — Ты ответишь мне за все перед лицом Мастеров, мальчик.

— Нет, — неуверенно возразил Джерадин. — Они самораспустились.

Мастер Эремис хмыкнул:

— И снова ты ошибаешься. По распоряжению короля Квилон снова собрал Мастеров вместе.

И помахивая перед носом Джерадина мантией, словно мулетой, он покинул комнату.

Черты Джерадина исказились, словно его ударили в живот.

Териза опустилась прямо на пол. Глухой топот сапог стражников доносился из гардероба, но она не слышала ничего, что походило бы на звон клинков.

25. Мастер Эремис серьезен

— С тобой все в порядке? — спросил Джерадин. Но в тоне его не слышалось сочувствия.

Сидя, скрестив ноги на ковре, Териза принялась хлопать себя ладонями по щекам, чтобы хоть как-то собраться с мыслями. Она ничего не понимала: происходившее не имело смысла. Мастер Эремис. Гарт. Что они собирались сделать с ней?

— Териза?

Ну почему Джерадин так зол на нее? Он ведь был ее другом. Почему же он слеп к ее боли?

— Он ранил тебя?

Он ее друг. Видимо, у него была причина так рычать на нее, словно она разбила его сердце. Она попыталась сосредоточиться. Повсюду в комнате остались следы катастрофы. Ей нужно подумать.

Тяжелые сапоги застучали по камню. Три стражника ворвались комнату с мечами наперевес. Наверняка их отправил сюда Мастер Эремис. Однако оказавшись на месте они в нерешительности остановились, осторожно водя перед собой клинками, пока Джерадин не рявкнул:

— Здесь в спальне есть гардероб, а в нем — тайный ход. — И тогда они бросились туда. Стенки гардероба тряслись, когда они пробирались внутрь.

Как много разных видов боли слилось в одну? Слабое нытье от твердых рук Мастера Эремиса на шее. Скребущая печаль в тайниках ее сердца. Острая боль в груди, когда Джерадин всякий раз обращался к ней таким сдержанным и горьким тоном. И тупая боль в голове, словно ее мозги били дубинкой.

И где-то еще — в каком-то неуловимом месте — теплилась новая уверенность, такая же острая, как нож. Она нуждалась в наименовании. Может быть, именно поэтому причиняла страданий больше всего: потому что у Теризы не было для нее имени.

Териза с глупым видом сказала:

— По крайней мере, теперь нам известно, что он и Гарт — не вместе.

— Териза. — Это слово прозвучало бы как крик, если бы Джерадин не прошептал его так тихо.

Прежде чем она смогла ответить, раздался новый голос:

— Не мучай себя, Джерадин, — сказал из дверного прохода Смотритель Леббик. Еще четверо стражников проскочили за его спиной и скрылись в гардеробе. — Она того не стоит.

Териза встала на ноги, чтобы не выглядеть жалкой перед Смотрителем.

Джерадин прислонился спиной к стене, сложив руки на груди. Его лицо было словно каменная маска, полностью лишенная всякого выражения. Свет от камина отражался в его глазах, в которых было такое же безразличие, как в глазах горячечного больного.

— Оставьте свои оскорбления при себе, Смотритель, — огрызнулся он. — Мы в них не нуждаемся.

Смотритель Леббик вопросительно вскинул бровь:

— Хорошо. Давайте так: я буду вежливым, в вы — будете помогать мне. Поменяемся для разнообразия. Что случилось?

Джерадин казался уменьшившимся, словно он сжал себя, стиснув собственными руками.

— На нас напали. Бретер верховного короля снова пытался убить ее.

Губы Смотрителя растянулись в улыбке, обнажая зубы:

— И вы до сих пор живы? Как же вам это удалось?

— Нас спас Мастер Эремис. Он сражался с Гартом, пока не подоспели стражники.

— Мастер Эремис? А что он здесь делал?

Джерадин скривился, не глядя на Теризу.

Она заставила себя встретиться взглядом со Смотрителем:

— Пришел повидаться со мной.

— И вы всегда принимаете его в таком виде?

От стыда она прикусила губу. Стыд оказался еще одной болью. Каким-то образом ей удалось пробормотать:

— Он пришел, когда я спала.

Смотритель повернулся к Джерадину:

— Из этого я могу сделать вывод, что Мастер Эремис здесь — желанный гость. Но, в таком случае, что вы, Джерадин, здесь делаете? У меня есть большие сомнения, что кто-то из вас двоих пригласил с собой другого.

— Когда я собирался войти, — сказал Джерадин, бледный как стена, на которую он опирался, — стражники сказали, что она одна. Вы не хотите знать, как попал сюда Мастер Эремис? Вы не хотите знать, как попал сюда Гарт?

— Ну. Я слушаю.

— Оба они воспользовались тайным ходом в ее гардеробе.

При этих словах Смотритель Леббик с шипением выдохнул сквозь плотно стиснутые зубы:

— О небо! А откуда они могли узнать про него?

— Саддит и Мастер Эремис — любовники. Саддит вызвалась быть служанкой Теризы ради Мастера Эремиса. Она заметила кресло в гардеробе и сказала об этом ему. Я предполагаю, что он сообщил о нем Гарту.

— Секундочку. Вы говорили, что Мастер Эремис спас вас. А сейчас вы утверждаете, что он в сговоре с Гартом?

— А откуда еще Гарт мог узнать о ходе? — резким тоном возразил пригодник. — Кто еще из тех, кому это было известно, мог сообщить ему? Знали только я, Териза, Саддит и Мастер Эремис. И вы, Смотритель. Даже Артагель не знал о нем.

Териза невольно подумала, что о ходе знала Мисте.

Прижав стиснутые кулаки к бокам, Смотритель прохрипел:

— Ну хорошо. Раз Гарт знал о нем, то почему он давным-давно не воспользовался им, чтобы убить ее?

— Сначала он о нем не знал, — сказал Джерадин. — Саддит сообщила Мастеру Эремису, где Териза поселилась, но больше ничего ей известно не было. Я не знаю, когда она обнаружила ход. И не знаю, когда ей удалось рассказать о нем Мастеру Эремису. К тому же я не могу даже предположить, чем вообще занимается Гарт и насколько он занят. Но я думаю, Мастер Эремис решил, что позволит ей жить, потому что хочет обладать ею. Он не говорил Гарту о ходе, пока армия Аленда не появилась под стенами и у них стал ощутим недостаток времени.

Внезапно Смотритель Леббик повернулся к Теризе:

— Это правда? Вы действительно были чем-то полезны Мастеру Эремису, чтобы он хотел сохранить вам жизнь, на самом деле желая вашей смерти?

От его тона Териза вздрогнула. Она начала понимать боль Джерадина и причины такого его поведения. Тем не менее она встретилась взглядом со Смотрителем.