Айзек Азимов - Путь к Академии

— Вы же знаете, — сказал он, — что в соответствии с вековой традицией Галактическая Библиотека независима от Империи во всём, что касается вопросов самоуправления. У неё свои правила, и они действуют ещё со времен моего тезки, Агиса Шестого, — улыбнулся Император. — Он пытался слегка надавить на Библиотеку, но у него ничего не вышло. У него — великого Агиса Шестого — ничего не вышло, а у меня, думаете, выйдет?

— Сир, я не прошу вас применять силу. Можно ведь просто обратиться к руководству Библиотеки с вежливой просьбой. Безусловно, в том, что не затрагивает функционирования Библиотеки как таковой, они будут рады выполнить волю Императора.

— Профессор Селдон, вы, плохо знаете руководство Библиотеки. Я отлично понимаю, что стоит мне выразить самое вежливое пожелание, как они потихонечку займутся совершенно противоположным, всё наоборот сделают. Они нюхом чуют малейшее проявление давления со стороны Империи.

— Так что же мне делать? — спросил Селдон.

— А я вам скажу. Мелькнула у меня мыслишка. В конце концов, это же публичная Библиотека, верно? А я простой гражданин, значит, и я могу посетить библиотеку, если пожелаю. Расположена она в пределах дворцовой территории. Стало быть, я и этикета не нарушу, если отправлюсь туда. Ну вот, а вы пойдёте со мной, мы будем старательно изображать из себя закадычных дружков. Ни о чём я их просить не стану, но они увидят, как мы с вами вышагиваем под ручку, и тогда, может быть, кто-то из членов их драгоценного Совета поглядит на вас подобрее. Вот и всё, что я могу вам предложить.

Селдон был глубоко разочарован. Это могло быть не принято во внимание.

Глава 12

С явным подобострастием Лас Зенов проговорил:

— А я и не знал, что вы на дружеской ноге с Императором, профессор Селдон.

— Почему бы и нет? Для Императора он большой демократ, и он интересуется, как я работал премьер-министром при Клеоне.

— Мы все были просто потрясены. Императоры не посещали наши залы очень много лет. Обычно, когда Императору что-то нужно в Библиотеке…

— Могу себе представить. Он делает запрос, и ему всё приносят на блюдечке.

— Однажды было высказано такое предложение, — доверительно сообщил Зенов, — чтобы во дворце для Императора было установлено компьютерное оборудование, позволявшее ему иметь прямую связь с библиотечной системой, чтобы не приходилось ждать, пока его обслужат. Это было давно, когда у нас было много денег, но, как вы знаете, предложение не прошло.

— Вот как?

— О да. Совет почти единогласно выступил против: дескать, тогда Император внедрится в Библиотеку и это будет угрожать нашей независимости от правительства.

— Ну а нынешний Совет, который не пожелал оказать честь Императору, позволит мне остаться в Библиотеке?

— Пока — да. Есть такое предположение — и я сделал всё, что было в моих силах, чтобы поддержать его, — что, если мы будем невежливы с личным другом Императора, возможность увеличить субсидии, и без того ничтожная, исчезнет совсем.

— Стало быть, деньги — даже туманная перспектива их получения — решают всё.

— Боюсь, что так.

— А своих сотрудников я смогу разместить в Библиотеке?

Зенов растерялся.

— Боюсь, что нет. Ведь с Императором видели только вас, а не ваших сотрудников. Мне очень жаль, профессор.

Селдон пожал плечами и ушёл от Главного Библиотекаря в самом дурном расположении духа. Сотрудников разместить в Библиотеке ему не удалось. Он надеялся отыскать людей, подобных Ванде, и это ему тоже не удалось. Ему также были необходимы деньги для продолжения исследований на должном уровне. И денег у него тоже не было.

Глава 13

Трентор, столичная планета Галактической Империи, сильно изменилась с того дня, когда Гэри Селдон тридцать восемь лет назад, выйдя из гиперпространственного корабля, впервые ступил на её поверхность. Может быть, виной тому были розовые очки юности — как было молодому геликонскому провинциалу не прийти в восторг от сверкающих башен, сияющих куполов, разноцветной, куда-то спешащей людской толпы, что, казалось, мельтешила днём и ночью по поверхности Трентора.

А теперь, печально думал Селдон, тротуары стали почти безлюдными даже в разгар дня. Банды автомобилистов контролировали различные районы города, воюя между собой за территории. Служба безопасности работала спустя рукава — те, кто остался в ней, занимались исключительно разбором жалоб, поступавших в центральный офис. Нет, конечно, по срочным вызовам офицеры выезжали, но на сцене событий появлялись уже тогда, когда преступление успевало совершиться. Теперь они даже не притворялись, будто пекутся о безопасности граждан Трентора. Каждый житель был предоставлен самому себе, и жить стало очень рискованно. И всё же Гэри Селдон продолжал рисковать — в форме ежедневных пеших прогулок, словно выражал этим некий протест против тех сил, которые грозили разрушить его любимую Империю, да и его самого уничтожить.

Словом, Гэри Селдон шёл прихрамывая и размышлял.

Ничего не вышло. Ничего. Определить, чем Ванда отличается от других в генетическом плане, не удалось, а без этого он не мог отыскать других таких же людей, как она.

С тех пор как Ванда обнаружила ошибку в Главном Радианте Юго Амариля, её способность читать мысли необычайно усилилась. У Ванды вообще оказалась масса способностей. Казалось, будто с того момента, как она поняла, что её умственные таланты делают её не похожей на остальных, она решила понять природу своего дара, усилить его, научиться им управлять. Она очень повзрослела и быстро отказалась от всяких детских штучек, за которые её так любил дед. Но она стала ещё дороже его сердцу из-за той решимости, с которой желала помочь ему в его работе с помощью своего дара. А Гэри Селдон рассказал Ванде о своем замысле относительно Второй Академии, и она поняла план деда.

Однако сегодня настроение у Селдона было мрачное. Он начинал подумывать, что ментальный талант Ванды ничего ему не даст. Денег на продолжение работы не было — ни на поиск подобных Ванде людей, ни на жалованье для сотрудников в Стрилингском университете, ни на то, чтобы запустить в действие Энциклопедический Проект в Галактической Библиотеке.

Что же делать?

Селдон шёл в Библиотеку. Он мог бы полететь туда на гравикебе, но всё же пошёл пешком, невзирая на хромоту. Ему нужно было время для раздумий.

Услышав чей-то вскрик: «Вот он!», он не обратил на него внимания.

— Вот он! — послышалось вновь. — Психоистория!

Слово «психоистория» заставило Селдона оторвать взгляд от тротуара. Вокруг него собиралась группа молодчиков.