Чарльз Стросс - Семейный промысел

— Да и вообще, — продолжала Полетта. — Как ты считаешь, как бы отнеслась полиция, если бы ты, вместо того, чтобы грабить банки и фотографировать сельских жителей… э-э… пожертвовала своей мощью во имя закона и порядка?

— Закон и порядок держится на бюрократии, — сказала Мириам отрицательно качнув головой. — Ты же видела все эти утомительные фэбээровские пресс-конференции, на которых я просиживала штаны, когда они настаивали на тайном драконовском контроле за экспортом, верно? — Перед глазами пронеслось видение — смертоносный огненный букет на месте столкновения авиалайнера с беззащитным небоскребом. — Боже мой, Поли, представляешь что будет, если этим воспользуется «Эль-Каида»!

— Им это ни к чему — у них есть смертники. Хотя, да, какие-нибудь другие нехорошие люди… Раз ты это понимаешь, поймут и федералы. Помнишь ту статью о ядерном терроризме, которую в прошлом году опубликовал Зеб? О том, насколько эффективно поднятые по тревоге подразделения NEST[7] и Федеральное агенство по чрезвычайным обстоятельствам могут выявлять бомбы, переправляемые сюда через границу?

— Нет, туда я не пойду. — Эта мысль причинила Мириам физическую боль. — И ни за какие коврижки не стану заниматься контрабандой ядерного оружия.

— Я не о том. — Полетта склонилась вперед и серьезно посмотрела на Мириам. — Лишь ты обладаешь этим умением или же кто-то еще? И если да, то в каких целях они его используют? Дело пахнет керосином — тут замешаны соображения национальной безопасности, и если ты предашь всё огласке, федералы зароют тебя так глубоко…

— Я сказала, туда я не пойду, — повторила Мириам. — Послушай, я уже сыта этим по горло. Ты пугаешь меня, Поли, пугаешь больше, чем те придурки с их телефонными звонками и контролем фармацевтической промышленности. Я уж подумываю, не совать ли мне на ночь пистолет под подушку.

— Тебя так легко запугать, солнце моё. Ведь речь идет о твоей заднице. У меня было два дня, чтобы поразмыслить о твоей выходке с исчезновением и о наших проблемах с братвой, и вот что я тебе скажу: ты все еще мыслишь как честная журналистка, а не как параноичка.

— Слушай, — гнула своё Поли. — Если хочешь сорвать большой куш, как насчет торговли крэком? Или героином? Едешь во Флориду, заводишь нужные связи, грузишь всё на моторку, прячешь её по ту сторону и всё чики-пики — это не займет много времени, всего-то несколько ходок туда и обратно. Зато ты сможешь переправлять пятьдесят, а то и сотню кило кокса за раз. Плывешь на север вдоль побережья, затем вверх по реке Чарльз и возникаешь из гребанного ниоткуда прямо в центре Кембриджа, незамеченная ни ментами, ни агентами из отдела по борьбе с наркотиками. Говорят, одна из четырех крупных поставок перехватывается — чушь собачья; но даже если одна из пяти, одна из восьми — ты-то сможешь провезти всю эту дрянь прямо у них под носом, да еще и во время всеобщего антитеррористического помешательства. Не знаю, возьмешься ты за это или нет (скорее всего нет, у тебя ведь принципы, причем «П» — заглавная), но первое, о чем подумают копы — это терроризм.

— Черт, — Мириам уставилась на дно стакана. Все ее естество содрогалось от ужаса. — Что ты предлагаешь?

Полетта отставила стакан.

— Как твой юрист, советую тебе основательно вооружиться и убираться отсюда, да поскорее.[8] Отошли диск в какую-нибудь газету и в местное управление ФБР и отправляйся в длительный круиз, пока всё не утрясется. И вот еще что… Возьми молоток и расфигачь медальон.

Мириам покачала головой, затем поморщилась.

— О, моя больная головушка. Мне требуется мнение незаинтересованной стороны. А как же моя приключенческая история, черт бы ее побрал?

— Что ж, — Поли помолчала. — Неплохое начало в области документального репортажа. Мы ведь можем выяснить опытным путем только ли с тобой это происходит? Думаю, решающим доводом станет вот что: сможешь ли ты перемещать другого человека. Если да, то у тебя будут не только документальные свидетельства, но и очевидцы. В таком случае, когда ты всё обнародуешь такое замутится, такие разойдутся круги, что никто не посмеет поднять на тебя руку. Когда речь идет о национальной безопасности, они могут задействовать тайные суды и прикормленных судей, но если широко распространить свидетельства, никто не сможет заткнуть тебе рот; в особенности если резонанс международный. Я бы посоветовала Канаду. — Она какое-то время с серьезным видом молчала. — Да, это может сработать.

— Ты кое-что упустила. — Мирам ткнула пальцем в сторону Полетты. — Ты. Что с этого поимеешь ты?

— Я? — Полетта приложила руку к груди и недоверчиво сморщила лицо. — С каких это пор я берусь в расчет?

— С тех самых, блин… С той самой поры, как я втянула тебя в эту передрягу. Я считаю, что я перед тобой в долгу. Noblesse oblige[9]. Ты мне друг, а я не бросаю друзей в беде, даже по неосторожности.

— Дружбу на хлеб не намажешь. — Поли на миг умолкла, затем усмехнулась. — Тем не менее, я рада это слышать. — Её улыбка померкла. — Я не могу претендовать на место юриста.

— Прости меня.

— Ты когда-нибудь прекратишь? Ты не упустила ни единой возможности потерзаться из-за моего увольнения! Чуть что, сразу на колени и умолять о прощении!

— Ох, прости. Я не знала, что тебе это действует на нервы, — покаялась Мириам.

— Да заткнись же ты, наконец! — Полетта рассмеялась. — Прости. В общем, подумай над тем, что я сказала. Если захочешь, можешь завтра отослать этот диск ФБР и уехать в длительный отпуск. Или же торчать здесь и совместно со мной работать над материалом, который принесет тебе Пулитцеровскую премию. Тебе достанутся пули наемных убийц, а мне, твоей верной девочке на побегушках, звездно-полосатый почет и небольшие отчисления с дохода. Скажем, пятьдесят процентов. Договорились?

— Договорились. Что-то голова разболелась. — Мириам поерзала и встала. Её немного качало, видимо спиртное на пустой желудок ударило ей в голову. — Где же доставка?

Полетта опешила.

— А ты заказывала?

— Нет. — Мириам разочарованно щелкнула пальцами. — Как раз собиралась это сделать. Думаю, нам следует заняться долгосрочным планированием. — Она застыла, покачиваясь, на пороге и уставилась на Полетту.

— Что?

— Ты что, не идешь? — спросила Мириам.

— Это я-то не иду? Сдурела, что ли? Как же я такое пропущу!

Часть вторая

СЕМЕЙНАЯ ВСТРЕЧА 

Отель мафиози