Альфред Элтон Ван Вогт - Гамбит невидимки / Abdication

Корлисс отрывисто проговорил:

— Наткнулись на риф!

Он ждал, когда поток вынесет их на глубокое место. До него донесся голос Проуга, низкий, озадаченный и встревоженный.

— Это был не риф. Мы уже минуту назад прошли мелкое место. Сейчас мы на глубине. Я сначала подумал, что мы, может быть, натолкнулись на каноэ туземца, но я бы его сначала увидел.

Корлисс облегченно вздохнул… и тут же был отброшен к борту и сильно ударился об него от того, что катер резко накренился. Пытаясь обрести равновесие, он крепко схватился за борт, ища поддержки, и увидел, как сквозь дымку, что катер переворачивается. Закричав, он бросился на другой борт, чтобы выровнять его. Один он бы не справился с этим. Он это понял и мысленно поблагодарил богов за интуицию, которая помогла ему выбрать таких сообразительных парней в его артель — людей, которые, как и он сам, видели опасность во всех её проявлениях и не нуждались в указаниях, когда встречались с ней. Не сговариваясь, они оба бросились к другому борту, и катер ещё раз выпрямился и продолжал свой путь.

— Назад! — загремел Корлисс. — Правь к берегу. Держись ближе к отмели. Они пытаются нас перевернуть.

Вода вокруг низ буквально кипела. Мотор ревел от напряжения, катер содрогался и скрипел каждой планкой своей обшивки. А над их головами черные тучи уже закрывали последние кусочки чистого неба. Когда они с отчаянными усилиями уже затаскивали катер подальше от воды на песчаный берег, первый ураганный порыв ветра, громкий как удар молота, обрушил на них вал воды. Корлисс прокричал:

— Нужно спешить! Хватай снасти и беги к бараку. Мы оставили Дентона и Тарейтона с самим дьяволом. Их дела совсем плохи — они не знают, с кем имеют дело.

Внезапно плотная стена дождя обрушилась на его голову и плечи, чуть не сбив его с ног. Ветер с неистовой силой хлестал по их спинам плотными струями дождя, пока они бежали. Два маленькие беззащитные фигурки, пытающиеся спастись от этого адского неистовства бури. Существо услышало первые завывания ветра, сидя в бараке, напрягшись всеми мускулами и с натянутыми как струны нервами. Для его обостренных яростью и единственным желанием вырваться отсюда чувств ряды деревянных нар были чем-то призрачным, нереальным и фантастичным. От висящих под потолком ламп, внезапно тускнеющих и вновь вспыхивающих от порывов ветра, проникающего через щели в стенах этого убогого строения, по стенам метались причудливые тени.

А потом прерывистым гулом обрушился ливень, угрожая снести крышу над головой. Но крыша была прочной, и с потолка не потекло. Возбужденный мятущийся мозг существа перескакивал с мыслей о буре к мыслям о людях, находящихся там, снаружи, лицом к лицу со стихией, которые, может быть, в этот самый момент уже шли по направлению к бараку, если, конечно, им удалось спастись. Оно не было вполне уверено, что им не удалось спастись от морских чудовищ. Но эта мысль тоже была отброшена, и опять мозг существа сосредоточился на двух мужчинах, стоящих между ним и свободой. Двух людях, которые должны умереть в течении двух ближайших минут, если оно хочет вырваться отсюда до того, как Корлисс и другие вернуться. Две минуты! Чудовище остановило свой леденящий взгляд на этих двух мужчинах, в сотый раз за последние полчаса оценивая ситуацию.

Мужчина по имени Дентон сидел на краю своей койки, приземистый и неуклюжий, от сильного волнения все время двигая ногами, поворачиваясь и без устали перебирал пальцами по тускло отсвечивающему холодным металлическим блеском пистолету, который был у него в руках. Он поймал на себе взгляд существа и насторожился. Слова сорвавшиеся с его губ, только утвердили существо во мнении, что этому коротышке-англичанину незнакома жалость.

— Эй, — рявкнул англичанин. — Ты так смотришь, как будто что-то задумал. Так вот, брось это! Я в этих краях уже двадцать лет и в свое время усмирял и не таких, как ты. Мне не нужно говорить, что у тебя хватит силы разорвать меня на двое. Я видел, как ты обошелся с Проугом сегодня утром, и я знаю, на что ты способен. Но только не забывай, что вот этот маленький кусок железа уравнивает нас.

Он уверено помахал пистолетом, а существо злобно подумало:

— Если бы я обрел свое настоящее тело, я убил бы его, несмотря на пистолет. Но тогда я не смог бы выбраться отсюда, потому что без воды я не смогу превратиться обратно в человека. Я попал бы в безвыходное положение.

Оно услышало, как заговорил американец:

— То, что говорит Дентон, ко мне относиться в двойном размере, понял? Нет ничего такого, чего бы я не сделал в свое время. К тому же, по моему мнению, Перратин был чертовски хорошим парнем. И мне совсем не нравится, как он погиб. Мне только того и надо, чтобы ты начал что-нибудь. Тогда мы с Дантоном посмотрим, как свинцовая пуля разнесет твою башку.

— А знаешь, Дентон… — он полуобернулся, засверкав темными глазами и расширив ноздри своего приплюснутого носа. — почему бы нам не сделать из него мишень? А Корлиссу скажем, что он пытался бежать.

— Не-е!

Дентон покачал головой.

— Корлисс с остальными вот-вот должны появиться. Кроме того, мне не по душе откровенное убийство.

— Ха! — с чувством выдохнул Тарейтон. — Разве это убийство, прикончить убийцу?

Существо с тревогой смотрело на Дентона. У него был пистолет, все остальное не имело значения. Оно заговорило, стараясь, чтобы его голос звучал как можно более непринужденно.

— Мужики, вы или дураки или трусы. Вот они мы все, на одном острове. И уйти отсюда нельзя. Ну выйду я из барака и попаду под ливень… и проведу кошмарную ночь под дождем, а утром вы все равно найдете меня. Вы что, так и собираетесь всю ночь сидеть и сторожить меня?

— Черт! — воскликнул Тарейтон, — а это идея! Давай выставим его, запрем дверь и хоть немного поспим.

В мозгу у существа вспыхнула искра надежды, но тут же угасла, потому что Дентон покачал головой.

— Не-е, я не сделал бы этого даже с собакой. Но то, что он сказал, навело меня на мысль. В его голосе зазвучали насмешливые нотки.

— Тарейтон, покажи джентльмену, что мы собираемся сделать с ним. Сними веревку с того гвозьдя за твоей спиной и свяжи его. А я с этой маленькой игрушкой буду держать его под прицелом, чтобы он не вздумал сделать какую-нибудь глупость. Имей это в виду, ты, а то получишь у меня.

Существо выдавило из себя хриплым голосом:

— Что я дурак, чтобы нападать на Тарейтона и получить пулю в спину?

Но про себя оно со злобным нетерпением подумало:

— Американец все равно закроет меня от пистолета хотя бы на долю секунды. Даже если он не сделает этого, это все равно не имеет значения. Он будет близко от меня в первый раз за все это время, а мне как раз это и нужно.