Сергей Буренин - Марс пробуждается

— Боюсь, что надежды у нас мало, — начал тихим голосом свой доклад Эран Мак. — Мне все же удалось связаться с Христой. С тех пор как раскрыли Майо, он ходит сам не свой от страха. А про Майо пока известно следующее: она вместе с парнем по имени Рик, который поднял бунт, скрылась в заброшенном штреке. А потом… Христа говорит, что за ними в погоню послали свору черных обезьян. Почти вся свора так и осталась под землей. Те немногие, которые вернулись, были изранены и изуродованы. Рассказать они, естественно, ничего не могут. Самое вероятное, что там произошел обвал.

Мак развел руками и скорбно поднял покатые плечи:

— Можно предположить, что Майо вместе с этим парнем отправилась в лучший мир…

Сент-Джон отвернулся, на его лице появилась неподдельная печаль.

— Ты любил ее, Хью, правда? — поинтересовался Мак.

Эран Мак был лучшим другом Хью Сент-Джона и поэтому вполне мог задавать подобные вопросы.

— Не знаю…— задумчиво ответил Хью. — Наверное, если бы это было настоящее чувство, то вряд ли бы я послал ее на такое рискованное дело. А с другой стороны, когда передатчик замолк, у меня так и оборвалось сердце.

Сент-Джон несколько секунд постоял молча, потом его передернуло, словно от дуновения ледяного ветерка, на лице появилось что-то, напоминающее испуг.

— Слушай, Мак, но если Майо мертва, то получается, что это я ее и убил?

— Брось, она знала, на что идет. Ее никто не заставлял, она сама с радостью взялась, — попробовал успокоить друга Мак, но получилось как-то неуклюже и грубо.

Плечи Сент-Джона вздрогнули, и он уселся за столик, стоящий тут же на балконе. Его друг подошел к нему и сел рядом, при каждом его движении бубенцы в ухе издавали мелодичный печальный перезвон. Мак закурил, и какое-то время сидел молча. Потом брови его нахмурились, и он сказал:

— Теперь Фаллон начнет подозревать всех подряд.

Хью Сент-Джон тяжело выдохнул:

— Что, верно, то верно… Но я, несмотря ни на что, буду и дальше ставить палки ему в колеса. Пока у меня останется хоть капля сил и хоть какая-то надежда. — Он резко поднялся. — И однако, не представляю, что бы мы делали без его поганых денег. Хорошо еще, что я уже успел обналичить его последний чек. Интересно, он догадывается, что Майо работала на нас, или нет? На всякий случай, нам стоит подумать о новых способах финансирования нашего движения. Без денег нам не выжить.

Мак задумчиво потеребил бубенцы у себя в ухе, потом вздохнул и сказал:

— Надо будет поговорить с местными купцами. Хотя мне это очень не с руки: они не доверяют моему племени. — Потом усмехнулся и добавил: — Мы ведь столько лет жили за счет того, что грабили их. Да и сейчас мои люди грешат этим. Вот если бы мое племя заинтересовалось нашим движением, но им нынешний разгул беззакония очень выгоден. Они за нами не пойдут.

Хью вдруг просиял и ударил себя ладонью по лбу.

— Нам надо создать какой-нибудь фонд, — торжественно объявил он. — Что-нибудь вроде «Фонда спасения Марса». В него жертвуют кто сколько может, а в тяжелую минуту фонд открывает нам свои закрома! Слушай, Мак, а ведь это отличная идея.

— Я не знаю, что это такое, — покачал головой Мак, — но я всегда верил тебе, а потому готов обсудить и эту идею. Даже если Фаллон и не прекратит свои подачки, резервный канал финансирования нам не помешает. Давай попробуем.

Хью несколько раз задумчиво пересек балкон, потом остановился напротив Мака.

— Ты знаешь, весь наш труд может пойти прахом, — неожиданно объявил Мак. — Мне кажется, то, что произошло, — всего лишь первое дуновение грядущего урагана. На первый взгляд все вроде бы спокойно, однако то тут, то там проносится ветерок, который предвещает гибельный смерч. Смерч, который снесет с лица Марса и меня, и тебя, и даже Фаллона с его пресловутой Компанией…

— …И мир лишится последней надежды, — в тон ему закончил Сент-Джон. — А это полный провал, Мак. Слушай, а может, мой план был глупой выдумкой с самого начала, а?

Сент-Джон подошел к краю балкона и стиснул перила так, что побелели костяшки пальцев. Он долго смотрел на мерцающие под ногами огни ночного города, и вдруг его прорвало:

— Ты подумай, Мак, сколько бы мы могли дать людям, которые живут здесь! От них требуется только одно: чтобы они приняли нас как своих. А уж мы дадим им все: силы, новые идеи, неизведанные пути для продвижения вперед! Мы объясним им, что и как надо делать! Но, увы… они этого просто не хотят. Они даже не хотят нас толком выслушать! Все запирают двери перед нашим носом! А Правительство не выдворяет нас и смотрит сквозь пальцы на нашу деятельность лишь потому, что боится открытого противостояния с Землей и Венерой.

Хью Сент-Джон сам все больше и больше распалялся от собственного красноречия.

— А все эта Компания! Ты посмотри — она проникла повсюду! Еще несколько лет„ и Фал-лон приберет к рукам всю планету! И все благодаря руде… Эдд не скупится и трясет мошной перед Планетарным правительством, а по сравнению с этим звоном крики простых людей — всего лишь балаганная свистулька на фоне пароходного гудка. Без нас Марсу не выжить! Мы его единственная, хоть и слабая надежда.

Сент-Джон со злостью ударил кулаком по перилам и начал мерить балкон нервными широкими шагами.

— Когда Майо засветилась, так и не успев рассказать человечеству о тех злодеяниях, которые творят тут Фаллон и его подручные, мы потеряли единственный шанс освободить планету от этого негодяя. Мне нужны доказательства! Неопровержимые доказательства! Будь у меня такие доказательства, я бы мог обратиться в Межпланетный координационный совет: они бы начали собственное расследование, и тогда… А теперь все пропало! Последняя надежда!

В полном расстройстве Сент-Джон снова опустился за столик. Какое-то время они просидели молча, только Мак ногтем мизинца теребил в ухе бубенцы, которые печальным звоном вторили настроению председателя.

— Знаешь, что мне кажется? — сказал задумчиво марсианин. — Я думаю, что эта задача требует кого-то посильнее нас с тобой. Для того, чтобы объединить планету, всех ее жителей от полюса до Джеккары, всех этих кротов, которые позарывались в свои норки. Они боятся высунуться наружу, лелея в темноте свои воспоминания о великом прошлом, которое уже стало наполовину вымыслом. Нет, чтобы объединить этих людей, нужен настоящий гигант. Появится здесь кто-то наподобие Голиафа из вашей земной Священной книги, и тогда, возможно, Марс получит свой шанс на выздоровление.

— Может, в чем-то ты и прав, а может, это просто мечты о несбыточном. Что, если Марс уже умер, а мы сидим около еще не разложившегося трупа и считаем его живым?