Ариадна Громова - Вселенная за углом

Славка высунулся из укрытия, чтобы получше разглядеть диковинное зрелище, — и вдруг почувствовал, что песок под его коленками двинулся, пополз вниз. Он распластался на склоне, пытаясь удержаться, — и тут его заметили. Славка услышал гортанные крики и изо всех сил пополз вверх по склону.

Глянув через плечо назад, он обомлел от страха: двое в белых бурнусах гнались за ним. Они были уже совсем близко, уже протягивали к Славке свои коричневые цепкие руки, он слышал их шумное свирепое дыхание — и до того ему стало страшно, что он невероятным усилием поднялся на ноги и заорал изо всех сил прямо в чье-то смуглое лицо с оскаленными зубами. Преследователи на мгновение застыли от неожиданности, а Славка отчаянно рванулся вперед — и вдруг солнце исчезло, кругом был непроглядный мрак и влажная прохлада.

Но сейчас же полыхнуло зеленое пламя. Славка от неожиданности попятился, споткнулся, упал и с ужасом увидел, что из тумана выдвинулась кофейного цвета рука с растопыренными пальцами. Славка дернулся, отполз подальше, не сводя взгляда с хищной цепкой руки.

Тут послышался странный чмокающий звук — словно вода всосалась в исполинскую воронку, — и сейчас же все исчезло: и рука, и зеленоватое свечение, и туман.

Славка вскочил и изумленно огляделся.

Вокруг высились розовые суставчатые стволы, увенчанные белоснежными перьями, откуда-то сверху лилось ровное золотистое сияние. А справа начиналась поляна.

— Славка! — вдруг услышал он и, испуганно вздрогнув, обернулся.

В двух шагах от него стоял Володя.

Сани были уже совсем близко. Человек в санях привстал, плотнее запахнулся в тулуп, глянул на дорогу и опять повалился на охапку соломы. Лицо его, в окладистой темной бороде, было до красноты обожжено морозом, на голове торчала высокая островерхая шапка, отороченная мехом.

Пузатая лошаденка, пофыркивая и пуская из ноздрей клубы морозного пара, с натугой проволокла сани мимо Володи.

Что-то дрогнуло в темнеющем морозном воздухе, и над заснеженным полем понесся мерный, густой колокольный звон.

Володя оглянулся и увидел, что на вершине холма тянется извилистая белокаменная стена, а над ней поднимаются золоченые маковки церквей. И от всего этого — от густого колокольного звона, от белой стены и пустынного снежного поля — веяло дремучей стариной. Мертвящий мороз и тусклый холодный багрянец заката — до чего это было непохоже на яркое ласковое солнце грядущего!

Володя, стуча зубами от холода и страха, начал карабкаться вверх по грохочущей каменной осыпи. Это было немыслимо трудно, он все время сползал назад, едва успев продвинуться на полметра, и все же Володя понимал, что надо двигаться прямо вверх, к тому месту, с которого он начал падать к подножию холма. Где-то здесь был вход туда, в загадочный мир живых розовых деревьев…

Он все карабкался вверх, цепляясь за скользкие, обледеневшие камни коченеющими пальцами, и понимал, что слабеет от холода, что вот-вот уснет, умрет здесь, на этом заснеженном каменистом холме, где-то в прошлом…

И вдруг, в какой-то неуловимый момент угас багровый морозный огонь заката, наступила тьма, потом ладони заскользили по упругой пружинящей траве…

Володя с трудом встал на деревянные негнущиеся ноги и увидел розовый лес, и опушку, и дом. И сейчас же неизвестно откуда вынырнул Славка.

У Славки было мокрое от пота, позеленевшее, перекошенное лицо.

— Бежим! — закричал он, кидаясь к Володе. — За мной гонятся!

— Кто гонится? Никого не вижу, — устало сказал Володя.

В лесу было по-прежнему тихо. Серое облако исчезло, и на его месте возникла ровная гряда. Ну ясно: и этот проход закрыт.

— Ну правда! — испуганно озираясь, говорил Славка. — Такие, на верблюдах! И людей в цепях куда-то тащат… Володя, ну давай хоть за деревья спрячемся!

— Они сюда не придут, не бойся, — сказал Володя, сам удивляясь своему спокойствию и уверенности. — Ты, значит, в пустыне побывал?

— Ну да! — ответил Славка, с недоверием оглядываясь вокруг. — Слушай, Володя, а как же это получается? То здесь пустыня, то лес… Ничего понять нельзя!

— Не знаю я, как это получается, — сказал Володя, морщась от зуда и боли в покрасневших, распухших руках.

— А ты видел, как я в туман попал?

— Видел я, видел… Вот что, пойдем-ка мы домой. А по дороге ты мне расскажешь, что там было, в пустыне.

Славка с азартом толковал о верблюдах и бубенчиках, о белых бурнусах и черных бородах, с песке и о босоногих пленниках, но Володя слушал не слишком внимательно. В голове у него был полный сумбур. Ну как же это: нырнули они в туман в одной и той же точке и вынырнули рядом, а побывали в совершенно разных местах? Ничего не поймешь…

— Ну, насчет пустыни я усвоил, — сказал он Славке. — А в доме ничего не произошло, пока нас не было?

— У-у! — воодушевился Славка. — Там такое делается!

Когда Славка рассказал про телефон и про чердачное окно, Володя даже остановился. Голова у него шла кругом.

— Погоди минутку! — взмолился он. — То есть ты сам, своими глазами видел наш двор, и людей, и все такое? И ты действительно говорил с ними?

— Ну да, видел! Ну да, говорил! Что ж я, врать буду?

— Так и не соврешь, пожалуй… — согласился Володя. — Фантазии не хватит…

— Понятно… — медленно сказал Кудрявцев, выслушав рассказ Сергея. — Теперь, значит, и с чердака вход к нам закрыт?

Сергей угнетенно кивнул.

— Кто ж его знал… — виновато сказал он. — Я хотел как лучше…

— Что вы скажете по этому поводу? — спросил Кудрявцев Костю.

Костя неопределенно хмыкнул и пожал плечами.

— Надо дом осмотреть, что ли… Ленок, ты бы соорудила какое-нибудь питание, по-быстрому…

— Я моментально! — спохватилась Лена. — Яичницу с колбасой, ладно? — Она кинулась из комнаты и сейчас же удивленно закричала из передней: — А на кухне-то все нормально! Вся эта пакость пропала.

Костя пошел в переднюю, поглядел.

— Да, — печально подтвердил он, вернувшись. — Исчез такой потрясающий феномен! И ничего я толком не успел выяснить… Или хотя бы зафиксировать…

— Постойте, а где Славка? — спохватился Кудрявцев. Анна Лазаревна и дядя Мирон смущенно переглянулись.

— Видите ли… вы только не волнуйтесь… — начала Анна Лазаревна.

— Да где он? Не тяните!

— Он… на минуточку вышел на крыльцо… за травой. А потом почему-то вдруг побежал в лес. Я кричала, но он даже не обернулся…

— Мы тоже кричали… — вставил дядя Мирон.

— То есть Славка убежал в лес? — тихо спросил Кудрявцев. — И вы мне только сейчас это говорите? Когда это случилось?