Игорь Забелин - Пояс жизни

Виктор узнал эту странную новость одним из последних. Он несколько раз перечитал телеграмму, отказываясь верить ей.

- Ерунда какая-то, - сказал он Костику. - Напутали там что-нибудь, - и побежал к Травину.

Травин не выглядел удивленным.

- Приказ есть приказ, - невозмутимо сказал он Виктору. - Командуйте.

Травин передал ему пакеты с аэрофотоснимками и карту - ту самую, на которой был нанесен маршрут. Теперь на Викторе лежала ответственность за выполнение трудного задания, а он смотрел на карту, смотрел на аэрофотоснимки и не знал, с чего начинать.

- Я же ничего не умею, - пожаловался он Травину. - Что мне делать?

- На вашем месте я бы назначил час выхода и отпустил людей отдыхать.

Это Виктор исполнил.

- Вот, - сказал он потом Денни Уилкинсу, - что произошло! - и смущенно улыбнулся.

- Непонятный вольт, - согласился Денни Уилкинс.

Они вдвоем рассматривали карту, и Денни Уилкинс, умевший ориентироваться по карте лучше Виктора, успокоил его:

- Ничего, пройдем!

- Нужно пройти, - ответил Виктор.

И Безликов поддержал его.

- Главное - сохранять спокойствие, - сказал он. - Все вместе мы выполним любое задание. Можете не сомневаться!

Светлана сама подошла к Виктору. Он встретил ее той же смущенной улыбкой, которой встречал всех после своего неожиданного назначения, но Светлана не обратила на это внимания. Не глядя на него, она сказала:

- Я обратилась к Травину, но он послал меня к вам. Отправьте меня в Шагонар. Я уезжаю в Москву.

Виктор молчал, и тогда Светлана посмотрела ему прямо в глаза.

- Ты поедешь с нами, а не в Москву, - тихо, но твердо ответил он. - Я не отпущу тебя, потому что мы не имеем права забыть о своей мечте и о мечте Юры, - он ведь тоже хотел стать астрогеографом.

- Не смей упоминать о нем!

- Нет, я имею право упоминать о нем... Теперь и на тебе и на мне лежит ответственность за его мечту. Мы должны обязательно принять участие в экспедиции Батыгина, и тогда мы покорим Марс, а может быть, и не только Марс.

- Уж не ты ли покоришь? - зло прервала Светлана.

- Мы, - мягко повторил Виктор. - Ты, я, Свирилин, Костик, Безликов, Крестовин, Травин и все другие, кого Батыгин возьмет с собой.

Светлана ничего не сказала. Она круто повернулась и вышла из комнаты.

...Караван покинул рудник рано утром. Впереди ехал проводник, за ним Виктор и все остальные; Костик замыкал кавалькаду.

Виктор не мог похвалиться хорошим самочувствием: ночь он почти не спал, лишь под утро, к тому времени, когда темь уже начала редеть, забылся короткой дремотой, но тотчас проснулся.

Он поднял отряд по сигналу, и через пять минут после первого удара по металлическому рельсу дежурные уже бежали к реке умываться, волоча за собой котлы и ведра. В этот день дежурила Светлана, и Виктор обрадовался, заметив ее бегущей вместе с другими...

...И вот Виктор едет впереди небольшого отряда (часть людей он оставил продолжать работу в районе рудника), едет вместе с Травиным, которого не отпускает ни на шаг, потому что все время советуется с ним. Теперь он по-новому, иначе присматривается к своим товарищам, заботясь, беспокоясь о них... Он замечает, что Крестовин и Надя держатся вместе, что Светлана работает наравне с другими, но делает вид, что его, Виктора, не существует... Безликов захватил с собою в поход объемистую полевую сумку, набитую книгами; по вечерам, на привалах, он то и дело заглядывает в справочники, пополняя свои безграничные знания... Но днем, в походе, он преображается. Давно уже существуют подробные геологические карты Саян, и все-таки Безликов с величайшим энтузиазмом карабкается по скалам, сверяет карты со своими наблюдениями, ведет подробный полевой дневник, спорит с Травиным...

Наверное, у них - Травина и Безликова - были какие-то особые глаза, по крайней мере они видели мир иначе, чем Виктор. Но и Травин и Безликов ничего не скрывали: не дожидаясь вопросов, они делились своими впечатлениями, вслух высказывали мелькнувшие мысли.

Обычно первым разговор затевал Травин. Виктор слушал его, как завороженный, и прошлое оживало перед глазами: он видел, как медленно вздымались миллиарднотонные пласты Земли на месте Саян миллионы лет назад, как отдельные глыбы их, не выдержав собственной тяжести, обрушивались, заставляя содрогаться все вокруг, а над провалами еще выше поднимались колоссальные зубья уступов-пиков, вонзавшихся в пересыпанное теми же звездами небо. Более мягкие пласты не ломались - они сгибались в складки, и горбы их возносились почти так же высоко, как и зубья. Но чем выше становились горы, тем больше сил противоборствовало им. Тихие равнинные речки превращались в стремительные потоки и медленно, но неотступно принимались распиливать горные кряжи на отдельные массивы. Зной и холод, действуя в полном согласии, раскалывали каменные глыбы, и они сползали на дно ущелий, ломаясь и крошась по пути...

А Безликов, в это время дотошно копавшийся среди обломков горных пород, вдруг обнаруживал на зыбком изломе известняка овальный отпечаток археоциаты и начинал рассказывать о кембрийских морях, миллиардолетия назад заливавших эти места. Таинственная жизнь уже тогда била ключом в морях, и волны рвались в пустое девственное небо, не тронутое крыльями птиц. Со дна морей медленно поднимались никому не опасные археоциатовые рифы - рифы, созданные этими небольшими давно исчезнувшими животными, смутный след одного из которых запечатлелся на известняке.

Как всегда, по долине тянул ветерок, и Виктору казалось, что волосы его колышет бриз, пролетевший над гладью кембрийских морей...

Виктору думалось, что из всех людей, путешествующих вместе с ним, только одна Светлана испытывает те же чувства, что и он: Виктор догадывался об этом, видя, с каким напряженным вниманием слушает она, как румянятся ее щеки. Однажды Виктор перехватил взгляд Светланы, и она, забывшись, улыбнулась ему короткой понимающей улыбкой...

Как бы подробно ни рассказывал Травин о геологическом прошлом Саян, Безликов неизменно говорил потом:

- Могу дать дополнительную справку.

И действительно: двумя-тремя штрихами удачно дорисовывал набросанную Травиным картину. Вскоре к этому все привыкли, и Травин, закончив рассказ, сам спрашивал, нет ли у Безликова дополнений. Он спросил его об этом и после долгого рассказа об истории гор Южной Сибири.

- Дополнения? - переспросил Безликов. - Нет у меня дополнений. Я сейчас о другом думаю. Конечно, мы уже неплохо знаем историю Алтая, Саян, Забайкалья... Но какие силы вызывают движение земных пластов - вздымают горные системы, образуют впадины?..

- Тектонические силы, - не поняв, куда клонит Безликов, подсказал Виктор.