Эдмунд Купер - Кирон Голова-в-Облаках

Кристен отошла, обретя вдруг какую-то просветленность.

- Да, Жерард. Наш Кирон будет жить. Теперь я в этом уверена.

- Клянусь Молотом Лудда, да и своим молотком тоже, он будет жить! воскликнул Жерард. - Он будет жить хотя бы для того, чтобы похоронить тех, кто пытается очернить его имя.

В дверь постучал стражник.

- Мы еще придем, - сказала Кристен. - Мы придем завтра. Я принесу свежие лепешки, масло и черничное варенье, которое ты так любишь.

Едва они удалились, в камеру вошел брат Себастьян.

- У твоего отца сильный голос, - сказал он осторожно. Кирон слабо улыбнулся.

- Сильный ум и сильная рука. Он простой и славный человек.

- Тем не менее он произносит опасные слова.

- Мой отец - честный человек, и это знают все в округе, - спокойно ответил Кирон. - Он за всю жизнь никого не обманул и ни разу не согрешил. Его оружие - его честность.

- Что ты хочешь этим сказать, мальчик?

- Только то, брат Себастьян, что в вашей клетке одна птичка. Вторую из этого гнезда вам не заполучить.

Пришла навестить его и Петрина. Как требовали приличия, ее сопровождал отец.

Шолто, огромный, молчаливый и добродушный человек, не проронил ни слова. Разговор поддерживала налитая, созревшая для свадьбы Петрина.

- Кирон, ты такой бледный. Тебя хорошо кормят? Он улыбнулся.

- Правду говорят, все женщины одинаковы. Вот и мать первым делом подумала о моем желудке.

- Есть, наверное, и различия, - вспыхнула Петрина. - И ты скоро их почувствуешь.

- Прости. Я не хотел тебя задеть. - Кирон повернулся к кузнецу. Спасибо, Шолто, что вы пришли и привели Петрину. Я очень вам благодарен. Ни я, ни мой отец не будем в обиде, если вы решите теперь расторгнуть контракт.

Шолто неуклюже заерзал, посмотрел на стены, на потолок, на пол, словно ища там божественного указания. Ничего не было, и он наконец произнес:

- Кирон, мальчик, я люблю тебя. По правде, я в этой печальной истории ничего не понимаю. Я знаю, как обращаться с железом и сталью, во всем прочем я не силен. Остальным занимается моя жена Сольвиг. Теперь, - он бросил тревожный взгляд на дочь, - еще и Петрина. Я хозяин в кузнице. А с женщинами... - Он пожал плечами. - Разве можно их переспорить?

- Расторгнуть контракт? - взорвалась Петрина, отбросив волосы и выставив круглые, крепкие груди. - Ты хочешь расторгнуть контракт, Кирон Голова-в-Облаках?

Кирон опешил. Девочка, которую он так хорошо знал, превратилась в яркую женщину. Он полагал, что она сама захочет избавиться от обязательств перед еретиком, которого скорее всего отправят на костер. Но с женщинами никогда нельзя ничего предполагать.

- Я просто думал облегчить вам кое-какие неприятные моменты...

- Плохо ты думал, - оборвала его Петрина. - Иначе тебе не пришло бы в голову изобретать дурацких змеев и надувать шары горячим воздухом. И не пришло бы в голову путаться с Фитзаланами.

- Говори осторожнее, Петрина, - предупредил Кирон, помня, что брат Себастьян не отрывает ухо от двери. - Стены здесь тонкие, и слышно хорошо.

- Да наплевать! Пусть! Все и так знают, что Элике Фитзалан по тебе сохнет. - Она улыбнулась. - Наверное, брат Себастьян тоже про это слышал.

- У брата Себастьяна отличный слух, - подтвердил Кирон. - Даже наши разговоры в камере не остаются без внимания.

- Это не имеет значения, - спокойно ответила Петрина. - Тут нечего скрывать. Так ты, значит, хочешь расторгнуть контракт?

- Нет, клянусь Недом Луддом. Я женюсь на тебе, Петрина. И при других обстоятельствах я сделал бы это с радостью.

Петрина улыбнулась.

- Тогда никаких проблем, Кирон. Я выхожу за тебя замуж. Вот так.

- Ты по-прежнему веришь предсказанию астролога Маркуса?

- Да, Кирон. А потом, что бы ни творил Святой Орден, он уважает брачные контракты. Это мне удалось узнать, хотя и с трудом.

- Ну и что?

- А то, что при нашем обоюдном желании Великий Инквизитор может отсрочить наказание до того времени, пока я не рожу тебе ребенка или не станет ясно, что я не могу забеременеть.

Кирон опешил.

- Ты пойдешь на это ради меня?

- Ты мой законный муж. Разве я могу поступить иначе?

Кирон рассмеялся.

- Астролог Маркус может оказаться прав.

- Не смейся над учеными людьми.

- Но как ты узнала о том, что наказание могут отсрочить?

- Неважно, как я узнала. К тому же это не наверняка: слишком многое зависит от настроения Великого Инквизитора. Знаю только, что раньше такое случалось. Святой Орден может даже ускорить день свадьбы, чтобы потом не пришлось откладывать казнь, - добавила она мрачно.

- Как же так? - растерялся Кирон. - Меня отпустят на свободу, пока у нас не появится ребенок?

- Нет, глупый. Мне разрешат разделить с тобой камеру. Их доброте есть предел.

- Ты хочешь жить в тюрьме с еретиком? Это же клеймо на всю жизнь!

- Я и вдовой останусь на всю жизнь, Кирон. Но таков мой выбор. Ты недоволен?

- Нет, я... Петрина, дорогая, я не могу просить у тебя так много.

- Правильно. Ты и не просил. Твоя совесть должна оставаться чистой. Шолто нервно потер руки.

- Никогда не спорь с женщинами, Кирон. Будет еще хуже.

- Вы по-прежнему хотите, чтобы ваша дочь вышла за меня?

Шолто почесал голову.

- Контракт есть контракт. А потом, если женщина задалась какой-то целью, она ведь все равно своего добьется, насколько я знаю.

- Ну и не будем терять времени, - заявила Петрина. - Это решено. - Она приблизилась к Кирону и прошептала: - Ты можешь изобразить безумие?

Он изумленно уставился на нее.

- Могу ли я...

Она прижала руку к его губам.

- Мне говорили, что Святой Орден учитывает временное помрачение сознания, если есть люди, готовые выступить тому свидетелями.

- Ты многое узнала, - мягко сказал Кирон. - Многое и о многом. Кто научил тебя, Петрина? Она прижала рот к его уху.

- Одна леди приезжала на лошади. Понятно?

Элике! Элике Фитзалан так взволнована его судьбой, что убедила даже Петрину. Голова Кирона пошла кругом.

В дверь постучал стражник.

- Мы придем еще, Кирон, - сказала Петрина. - Уверена, что отец и завтра пожелает меня сопровождать. Я принесу тебе кусок пирога и свинины, прямо из жаровни, и посмотрю, как ты будешь есть.

- Петрина, я хочу поцеловать тебя. - Кирон с сомнением взглянул на Шолто. Кузнец расхохотался.

- Целуй ее, мальчик! Целуй хорошо. Только так и можно победить женщину.

Ближе к вечеру в тот же день пришел Хобарт. На плечи старика была наброшена шаль, в руках он держал флягу с водкой, а все его тело сотрясал кашель.

- Кирон, мальчик мой, как с тобой тут обращаются?

- Вполне прилично, мастер Хобарт. Я, как видите, жив и здоров.

- Ты похудел. И побледнел тоже.

- Вес меня не волнует. А вот солнышка недостает