Ivan Mak - Космическая одиссея

– Ты мерзкий капиталист ! – закричал все тот же голос.

– Это сказал шестерка мерзкого капиталиста. – произнес Айвен. Кто-то усмехнулся от этого. – Итак, кто не желает работать на мерзкого капиталиста, тот может уволиться хоть сейчас.

– И ты выплатишь за это всю компенсацию.

– Пиши заявление. – ответил Айвен и вытащил бумагу и ручку. Рабочий взял лист и написа заявление об уходе. – Кто еще желает уйти ? – Никого больше не было. – Ну что же. – Айвен подписал на заявлении свое подтверждение увольнения. – Какая у него была последняя зарплата ? – спросил он управляющего.

– Сто десять ба. – ответил Сатар Дикс. – У всех по сто десять. Это минимум.

– Максимальная компенсация по случаю увольнения – это оплата за три месяца. Триста тридцать баксов. – Айвен написал еще одну бумагу, вынул деньги. – Распишись в получении компенсации за увольнение. – сказал он.

– А зарплату за два месяца кто платить будет ? – спросил тот.

– За два месяца ? Извини, но ты не работал на меня и одной минуты. Эти претензии к прежнему хозяину.

Рабочий плюнул, расписался в бумаге и получив деньги пошел на выход.

– А для всех остальных объявление. – сказал Айвен, пока уволившийся не ушел. – Я повышаю вашу зарплату в два раза.

Уволившийся обернулся.

– Бай-бай, друг. – сказал ему Айвен, махнув рукой. – Ты получил все что желал.

Снова послышался чей-то смех.

– Что надо делать, хозяин ? – спросил Дикс.

– Начнем с приведения завода в порядок. – ответил Айвен.

В течение трех дней фабрика переменилась. Теперь это уже была не фабрика. На вывеске над входом появилась надпись.

Завод «Альфа-Компьютер».

Бейнарцы не знали что означали эти слова, но это никого не волновало. Айвен был хозяином и распоряжался всем.

Цеха ожили. Айвен принял на работу еще несколько десятков человек. Это были не простые рабочие, а специалисты по электронике. Работа закипела. Бывшим рабочим мебельной фабрики так же нашлась работа. В цехах надо было производить ремонт. А в одном из цехов, отремонтированном в первые дни Айвен проводил занятия с новыми рабочими.

На Альфа-Комьпютер прибыли рабочие места для монтажников. Айвен устраивал все так, что бы люди могли нормально работать. Он проводил все время на заводе и непосредственно руководил всеми работами. Через неделю уже были собраны первые устройства для новых машин, а в другом цехе работали другие специалисты. Айвен пригласил на работу специалистов-физиков.

– Что вы хотите получить ? – спросил Джей Фарлен, ставший руководителем физической группы.

– Вы занимались полупроводниками. – сказал Айвен. – Двенадцать лет назад было совершено открытие, которое было несправедливо забыто.

– Какое ?

Айвен нарисовал схему полупроводникового прибора.

– Это полупроводниковый диод. – сказал Фарлен. – Он никуда не пригоден.

– Почему ?

– У него никудышная надежность.

– Вот этой проблемой мы и займемся. – ответил Айвен.

– Этим занимались сотни ученых. – ответил Фарлен. – И никаких результатов. Этот прибор ведет себя совершенно непредсказуемо. Его работа зависит даже от ветра в Манти.

– Значит, займемся укрощением мантийских ветров. Я буду руководить работой и мне хотелось бы, что бы все неукоснительно выполняли мои требования. Это условие записано в ваших контрактах, господа.

– Надеюсь, только, что нам не придется паять кастрюли. – ответил Фарлен.

– Для этого есть другие люди. Итак, начнем с организации работы..

Айвен вводил на заводе особый порядок. Он требовал неукоснительного соблюдения чистоты и порядка. Это было необходимо в подобном производстве.

С ремонтом и организацией работ было закончено через месяц и Айвен вплотную подошел к началу изготовления компьютеров.

А научная группа трудилась над очисткой германия. Все приборы уже показывали нули по всем примесям, а Айвен требовал проводить операции очистки вновь и вновь. Он сам рассчитал примерное число очисток, через которые должны пройти кристаллы полупроводника.

– Вы хотите, что бы в них не осталось ни одного атома примеси ? – спросил в какой-то момент Фарлен.

– Это идеал. – ответил Айвен. – Надо получить кристаллы, в которых был бы минимум примесей. Реально достижимый минимум, а он явно меньше чем то, что можно выявить приборами.

– Возможно. Но что это даст?

– Увидим. Вы же экспериментатор. – ответил Айвен с улыбкой. – Ну, а раз вам не терпится, я скажу. Мы укротим ветер с Манти.

– Вы думаете, на него влияют такие мизерные примеси ?

– Влияют. Иного объяснения не остается.

– Не сказал бы. Объяснений может быть сколько угодно.

– Давайте сделаем так, получим результат и будем спорить дальше на основе реальных данных.

– Согласен.

Результат показался Файтону почти фантастическим. Айвен просто сиял, когда ученый меряя характеристики различных диодов получал одни и те же результаты.

– Вы победили. – сказал Файтон. – Откуда вы это знали ?

– Это еще не все. Теперь надо наладить серийный выпуск этих приборов. И заключить их в стекло, что бы было надежнее.

Первые серийные диоды были выпущены уже через два месяца после открытия завода Альфа-Компьютер. Айвен принес их в лабораторию элементной базы и начал испытания надежности.

Получение полупроводниковых диодов давало большие преимущества в схемах. Логические элементы становились на много меньше в размерах, потребляемая мощность машины снижалась и это давало возможность наращивать вычислительную способность машины.

А в другом цехе в это время шла работа над первым монитором. Он создавался из обыкновенного осциллографа. В качестве устройства ввода должна была использоваться клавиатура от телеграфного аппарата. Все делалось на основе уже сущетвующих технологий и только первые германиевые диоды должны были стать основой высокой мощности новой машины.

Прошло почти полгода. В одном из цехов уже стоял ряд стоек, которые гудели вентиляторами и моргали лампочками. Рядом стоял монитор и перед ним клавиатура от телеграфного аппарата. Айвен выстукивал на ней первые программы. Экран монитора мог отображать только цифры, но и это было огромным достижением для Бейнар. Программирование осуществлялось непосредственно с клавиатуры. Программа в виде чисел высвечивалась на экране и могла быть откорректирована. Все управление этим редактором осуществлялось той же машиной по программе в постоянном запоминающем устройстве, собранном на новых полупроводниковых диодах.

Оставалось сделать лишь последнее. Введенные программы надо было каким-то образом запоминать и уметь загружать обратно. Для этого Айвен использовал самый обыкновенный бытовой магнитофон. Компьютер мог самостоятельно вводить программы, запускать их на выполнение и выдавать результаты работы.