Джудит Меррил - «Если», 1994 № 04

— Да. Сара Кельвин. Она и есть. Лет пять-шесть уже у нас. Ты помнишь, вождь? Девушка, с которой твой сын…

Три Водородные Бомбы удивился:

— Это онa-то заложница? А я думал, она из бледнолицых женщин, каких ему доставляют с плантаций в Южном Огайо. Так-как. Дает Много Радиации малый не промах, видна порода, слов нет. — И сразу перешел на серьезный тон. — Ну, эту девушку тебе обратно не увезти. Ей по вкусу индейская любовь. Кажется, она думает, что мой сын в конце концов женится на ней. Или что-то в этом роде. — Старый вождь оглядел Джерри Франклина. — Вот что я скажу тебе, юноша. Подожди-ка снаружи, пока мы тут все обсудим. И саблю возьми. Возьми с собой. Сыну моему она, видно, не понравилась.

Джерри безвольно поднял саблю и выбрался из вигвама.

Тупо, безо всякого интереса смотрел он на толпу воинов вокруг Сэма Розерфорда и лошадей. Толпа немного поредела, и он разглядел в руках у Сэма бутылку. Теквила! Чертов остолоп, позволил индейцам напоить себя теквилой — теперь он пьян, как свинья.

Разве он не знает, что белым нельзя пить эту отраву?! Каждый клочок еще не захваченной и пригодной для обработки земли занят под выращивание чего-нибудь съестного, и тем не менее все белые жутко недоедают — на грани истощения. В их хозяйствах нет места такой роскоши, как алкоголь, ни один белый давно уже и близко не подходил к «огненной воде». Влейте в него целую бутылку теквилы, и он тут же превратится в жалкую тряпку, в мешок костей.

Парня мотало, он, шатаясь и по-идиотски размахивая зажатой в руке бутылкой, выписывал ногами кренделя. Воины сиу ржали, подталкивали друг друга локтями и показывали на пьяного. Сэм вознамерился сделать еще глоток, но его затошнило, и парень рухнул навзничь. На лицо ему полилась жидкость из бутылки и текла, покуда посудина не опустела. Сэм громко захрапел. Сиу покачали головами, лица их исказила гримаса отвращения, и воины разошлись.

А Джерри все глядел и глядел, баюкая в своем сердце боль. Куда им податься? Что делать? Да и какая разница? Лучше, может, упиться, как Сэмми. До бесчувствия.

Он глянул на саблю в одной руке, на новехонький пистолет в другой. Ну, не смехота, если вдуматься — белый человек при оружии!

Из шатра вышел Сильвестр Томас.

— Приготовьте лошадей, мой дорогой сэр, — шепнул он. — Будьте готовы дать шпоры сразу, как только я вернусь. Торопитесь!

Молодой человек поплелся к лошадям. Ему было все равно. Скакать — куда? И зачем? Джерри поднял бесчувственное тело Сэма Розерфорда и привязал его к лошади. Возвращаться домой? Обратно к тому великому, могущественному, уважаемому — тому прыщику на земле, некогда бывшему олицетворением Соединенных Штатов Америки?

Томас вернулся, с трудом удерживая связанную девушку с кляпом во рту. Она извивалась, как бешеная. Ее глаза метали молнии. Она упрямо старалась лягнуть Его Превосходительство Посла Конфедерации. На ней были богатые индейские одежды. Волосы заплетены в косички — последняя мода женщин сиу. Лицо тщательно замазано какой-то темноватой краской.

Сара Кельвин. Дочь Верховного Судьи.

Вдвоем они привязали ее к вьючной лошади.

— Вождь, — объяснял запыхавшийся негр, — считает, что сынок слишком увлекается бледнолицыми женщинами. Парню пора остепениться. Он должен готовиться принять на себя бремя власти вождя. Так что эту даму забирайте с собой… И, послушайте, вы старику понравились. Он велел мне поведать вам кое-что. Вождю угодно довести до вашего сведения, что возвращаться домой нет смысла. Открыто сказать вам об этом на Совете он не мог, но причина, по которой сиу вошли в Трентон, не имеет никакого отношения к ситуации на севере, вызванной действиями охибуа-кри-монтанеев. Они решили захватить восточное побережье. В данный момент они, вероятно, добрались до

Йонкерса или Бронкса, во всяком случае они уже в черте Нью-Йорка. Еще несколько часов — и ваше правительство перестанет существовать. Вождь счел необходимым заполучить для сиу выход к морю, прежде чем положение окончательно стабилизируется. Заняв территорию Нью-Джерси, он препятствует объединению охибуа с семинолами. Но вы ему нравитесь, а потому он пожелал предостеречь вас от возвращения домой.

— Тогда куда же мне ехать? На облако взлететь? Или в скважину провалиться?

— Зачем же, — ответил Томас без тени улыбки. Он помог Джерри взобраться в седло. — Вы могли бы со мною двинуться в Конфедерацию… — Посол помолчал и, увидев, что отсутствующее выражение не исчезло с лица собеседника, продолжил: — Что ж. тогда не позволите ли дать вам совет — и имейте в виду: это мой совет, а не вождя, — направиться прямо в Асбури-Парк. Это недалеко — доберетесь быстро, если будете погонять лошадей. Судя по сообщениям, там должны находиться части Военно-морского Флота США, Десятый Флот, если я не ошибаюсь.

— Скажите, — Джерри наклонился к послу, — а какая-нибудь иная информация у вас есть? Что нибудь о других частях света? Как, например, дела у русских?

— По сведениям, полученным от разведки сиу, у русских возникли большие трудности с народом, который называет себя «татары»… Однако, мой добрый сэр, вам следует поторопиться. В путь!

Джерри склонился еще ниже и пожал послу руку.

— Благодарю, — сказал он. — Я доставил вам бездну хлопот. Весьма признателен.

— Не стоит благодарности, — ответил мистер Томас с искренним чувством. — В конце концов, когда-то мы были одним народом…

Джерри тронулся, ведя за собой еще двух лошадей. Пока добирались до шоссе номер 33, Сэм Розерфорд, хоть и не пришел в себя окончательно, но уже сносно держался в седле. Они освободили от пут Сару Кельвин, и ее кобыла понеслась вперед, зажатая с обеих сторон лошадьми мужчин.

Сара ругалась и рыдала:

— Подлые бледнолицые! Мерзкие, отвратительные, гадкие белокожие! Я индианка! Ослепли, что ли, не видите — я индианка?! У меня кожа не белая — она бронзовая, бронзовая!

Они продолжали скакать.

Асбури-Парк являл собою месиво из отрепьев, хаоса и беженцев. Беженцы с севера — из Перт Амбоя и даже из Ньюарка. Беженцы с запада — из Принстона. И с юга — из Атлантик-Сити и даже (трудно поверить в такое) из далекого Камдена — тоже беженцы, рассказавшие о внезапной атаке семинолов, их попытке взять в клещи армии вождя Три Водородные Бомбы.

Три лошади приковывали к себе завистливые взгляды многих. Голодные видели в них еду, ошалевшие от паники — самое быстрое средство передвижения. Очень скоро Джерри убедился, насколько полезной и необходимой оказалась сабля. А пистолет и того лучше — стоило его только вытащить. Очень немногие из беженцев видели пистолет в действии, так что всеми овладевал суеверный страх перед огнестрельным оружием…