Александр Саверский - Камень Шамбалы, или Золотой век

- А что еще делал камень?

- Он был использован еще только раз в истории человечества, во времена глобальной войны между Белыми и Черными Магами Атлантической эпохи. Результатом его применения стал предыдущий Всемирный Потоп.

- И все? - я удивлена.

- Что "все"? - переспрашивает ангел. - Тебе мало потопа?

- Да нет, я не о том. Неужели камень использовался всего два раза за всю историю человечества?

- Мне кажется, это немало, если вспомнить, что единственная задача камня заключается в том, чтобы нейтрализовывать конфликты, угрожающие планете в целом.

- А разве Гитлер был такой угрозой? - спрашиваю я.

- Ты забыла о разрабатываемом им ядерном оружии.

- Ах, да.

- А между тем изо всех политиков конца Кали-Юги только Гитлер мог нажать на ядерную кнопку.

- А как же Хиросима и Нагасаки?

- Пугало, не более того. И ведь оно сыграло свою роль, иначе мир так и не знал бы о том, что за игрушка появилась в его руках. Ведь по испытаниям, проводимым где-нибудь в океане, не скажешь, насколько опасно это оружие. А вот два города - это убедительная демонстрация полноценной опасности. Тогда-то все поняли, чего надо бояться. А попади бомба к Гитлеру, он бы не остановился на двух городах. У нас есть все основания полагать, что, поскольку его армия физически не могла бы завоевать всю Россию, он превратил бы ее в ядерную пустыню, а потом то же самое сделал бы с Америкой.

- Жуть, - я зябко повожу плечами.

- Именно поэтому был использован камень.

- И очень своевременно, кажется.

- Абсолютно своевременно. Общеизвестно, что, если бы война продлилась еще несколько месяцев, ядерное оружие у Германии было бы готово. Мало кто понимает, что на самом деле оставалось меньше месяца до этого события, и уж совсем никто не поверит, если я заявлю, что применение камня за четыре года до этого события не позволило ему произойти.

- Фантастика.

- Тем не менее, это так. И поэтому мы теперь стоим перед дилеммой.

- Какой же?

- На Земле установился порядок. Люди живут спокойно, справляясь без особых усилий со всеми конфликтами. На Сатурне ныне прямо противоположная ситуация, и камень там нужнее, чем здесь. Однако Солнечный Логос молчит, и мы в недоумении, что же нам делать: отдать камень Валентайну или нет.

- Но ведь это опасно для Земли.

- Сейчас этого почти никто не заметит, но когда-нибудь снова придут времена, когда "Семеричный Огонь" снова будет необходим здесь.

- Да, проблема. Жалко камешек-то, - соглашаюсь я и продолжаю слушать, как Кардалеон разворачивает передо мной узор своих размышлений.

А еще через час я лечу к космопорту, откуда спэйскар отвезет меня поближе к Шамбале. Сидеть дома, когда вокруг что-то происходит, я уже не могу.

18.

- Внимание! - Лоренцо повысил голос. - Начали!

Около пятидесяти сотрудников его отдела сидят перед компьютерами в большом светлом помещении. После его команды каждый провел кредитной карточкой по специальному декодеру, вмонтированному в устройство, сопряженное с компьютером. Это движение вводило пароль для входа в империю игорного бизнеса.

Каждая карточка предопределяла наличие и величину средств на счету игрока, а значит, пределы возможных ставок. После каждого круга игры центральный компьютерный сервер-крупье игорной фирмы производил взаиморасчеты, перекидывая деньги со счета на счет.

Электронный игровой аппарат поддерживал связь с сервером при помощи радиосигналов определенного спектра волн. Поступая в компьютерный центр, сигнал дешифровывался, позволяя участвовать в любой игре, находясь в любой точке планеты.

Лоренцо неторопливо начал обход своих сотрудников. "Какие же они разные, в который раз улыбнулся он. - Вон Гарри - любитель древней игры "Однорукий бандит", он эмоционален и при каждом выигрыше стыдливо краснеет, а при проигрыше бледнеет. Или Лоран, - он взглянул на чернокожую красавицу, - она ругается, когда ее партнеры по покеру совершают оплошности, а, когда ей что-то угрожает, молчит как рыба и собрана как леопард перед прыжком".

Лоренцо заглянул через плечо высокого астеничного парня с пышной шевелюрой:

- Что, Леон, пасуют?

- Да, ты понимаешь, - раздалось возмущенно в ответ, - я уж к ним и так, и сяк, ну никак не хотят играть.

- А деньги-то у них есть?

- Есть, конечно: заядлые преферансисты, все трое. К тому же директора банков и компаний. Но никак не хотят пускать меня к счетам своих компаний, а их личные сбережения я уже почти выбрал за четыре дня.

- Ну-ну, - похлопал его по плечу Лоренцо, - дерзай. Нам их деньги не помешают. До атаки еще полчаса.

- Да, я знаю. Спасибо, - молодой человек уткнулся в игру.

Начальник отдела подошел к пятерым сотрудникам, сидевшим вокруг круглого стола.

- Лао, - обратился он к китайцу, возглавлявшему эту группу, - кто поддерживает рулетку?

- Насколько я успел понять, "Северный промышленный банк".

- Кто? - Лоренцо уставился в экран портативного игрового устройства. Там действительно сообщалось, что выигрыши обеспечивает вышеуказанный банк.

- Вот это удача, - потер ладони черноволосый итальянец, - будьте сегодня предельно осторожны. Во время атаки не зарывайтесь, но заставьте их на завтра подготовить солидную поддержку.

- Будет сделано, шеф.

Лоренцо бросил беглый взгляд на большое табло, занимавшее почти целую стену зала, и отметил для себя, что за полчаса игры общий баланс управляемых им счетов фактически не изменился. Потери были столь незначительными по сравнению с основным капиталом, что можно было не придавать им никакого значения, тем более, что это всего лишь разминка. За первый час игры его сотрудники вовлекали в крупную игру своих партнеров, будь то частные лица, между которыми сервер был лишь посредником, или непосредственно игровая фирма, отвечающая своими ставками перед игроками.

Лоренцо несколько лет вместе с Оги Валентайном тщательно анализировал деятельность игровых компаний, в результате чего были выявлены сорок игр, в которых участвуют очень крупные деньги, а также была создана система управления сигналами электронных игр, что позволяло обманывать сервер, извлекая любые выигрыши.

И теперь, вот уже три месяца, разработанная ими система успешно работала в глобальных масштабах.

Естественно, игорные фирмы всячески защищали себя от мошенников, особенно после введения закона о легализации воровства и мошенничества. Этот закон значительно стабилизировал имущественную и финансовую устойчивость граждан и фирм, снизив эффект неожиданности от потерь. Кроме того, теперь от воровства страдали только благополучные фирмы, которым не грозило разорение, поскольку размеры краденого ограничивались законом.