Артем Колчанов - Путь к Золотистой

– Вполне, - сказал я, понимая все принятые меры предосторожности.

Я просунул ствол деактиватора в шахту, прицелился поточнее и, закрывая глаза, нажал на спуск. Ослепительная вспышка даже через закрытые веки больно ударила по глазам. А куски перерезанного стержня ещё несколько секунд со стуком "гуляли" по шахте.

– Ну, как?

– Кажется перерезал.

– Я о тебе.

– Я в порядке. Но если б не закрыл глаз, то вряд ли что видел бы сейчас. Ну ладно, открывай дверь, пойду дальше.

Сначала я забрал обратно тросик, а куски перерезанного стержня убрал из шахты на ближайшую палубу. Потом спустился до нужного места. Дверь тут уже не открывалась автоматически, и пришлось немного повозиться, чтобы открыть вручную. За дверью была рубка контроля двигателей, почти такое же по размеру помещение, как и главная рубка. Мне сразу же бросилось в глаза то, что панель управления здесь была чем-то разворочена. А за нею стреляли голубыми молниями разрядов разорванные энерговоды и поблескивали разноцветными вспышками контрольно-управляющие кабеля, но, вопреки моим ожиданиям, освещение в рубке всё же работало.

– Тоже ударные перегрузки? - спросил я, указывая на панель управления.

– Похоже, что так, хотя и не вполне понятно.

– А сверкают наверно те самые линии связи. Это пятнадцатая палуба?

– Пятнадцатая. Но пока лучше не лезь к ним, я пошлю сюда ремонтные автоматы, с лифтом это сделать несложно. Нужно осмотреть сами двигатели. Иди во вторую дверь, она должна открыться на код твоего браслета.

– Иду.

За дверью оказалась узкая винтовая лестница, которая, как казалось, была прорезана в большой металлической болванке. Отталкиваясь от стен, я быстро полетел по ней вниз.

– Осторожнее, Вик.

– Я и так осторожно, - сказал я и тут же вляпался в тяжелую триолитовую дверь. Она оказалась не заперта, и моего толчка оказалось достаточно, чтобы дверь медленно открылась, а я проскользнул в двигательный зал. На мой взгляд, всё тут было в абсолютном, даже идеальном порядке, но из наушников донеслось негромкое восклицание:

– Ой ей.

– Что-то не так? - спросил я.

– Точно пока не знаю. Сними камеру и покажи мне всё подробнее.

Наверно больше часа я лазил по двигателям и вокруг них, чтобы показать всё, что только было возможно.

– Пока достаточно.

– Ну и как?

– Точно сказать ещё не могу. Для этого нужно осмотреть сами дюзы.

– Куда идти?

– Это опасно, Вик, даже очень опасно. Наша скорость субсветовая. А чтобы осмотреть дюзы, нужно выходить в открытый космос, иначе никак нельзя.

– И что тогда, ждать, когда прилетит камень побольше прежнего, разобьет обшивку и превратит нас в пыль. Лететь и так опасно. Я выйду в космос.

– Но только совсем ненадолго. Я постараюсь прикрыть тебя корпусом и силовым полем.

Здесь же, в двигательном зале был свой, совсем крошечный, аварийный шлюз. Через него я выбрался в открытый космос.

– Будь осторожен, Вик.

– Я и так осторожен, - сказал я, внутренне содрогнувшись от вида раскинувшейся за бортом чёрной, прорезанной колючими искорками звёзд, бездны межзвёздного космоса.

– Сначала зафиксируйся. Справа на поясе у тебя карабинчик и катушка тросика. Так, правильно. Сейчас забирайся в соседнюю дюзу. Только не летай, а держись за поручень.

Перебирая руками по поручню, я добрался до жерла дюзы номер два, ближайшей к шлюзу. Естественно, что внутри дюзы никаких поручней не было. Я просто оттолкнулся и заскользил по идеально гладкой поверхности к центру дюзы. Там, где она сужалась, я раскинул руки в стороны и остановился.

– Ты всё увидел?

– Почти всё, что было нужно. Сейчас загляни в камеру излучателя. Так, достаточно. Перебирайся в четвертую дюзу. Только, пожалуйста, осторожнее.

Оттолкнувшись, я снова заскользил по полированной поверхности. А у среза кормы ухватился за поручень. По нему добрался до дальней дюзы и точно также спустился в неё. Удар "космической щебёнки" пришелся именно сюда. И полированный чёрный тетралит, способный выдержать, казалось бы, немыслимые, просто фантастические нагрузки, от удара и взрыва покрылся неровными шрамами и выбоинами. В одном месте даже отделился широкий неровный лоскут внешнего покрытия дюзы, размером с небольшое полотенце. Было ясно, что ничего хорошего эта картина не обещает, но я всё-таки спросил:

– Ну и как?

– Сам видишь, ничего хорошего. Подожди, я сейчас всё прикину, может быть не совсем уж и плохо.

Пару минут тянулось молчание, потом голос сказал:

– В таком состоянии запускать двигатель опасно, но если бы не было этого лоскута, то можно было бы и рискнуть.

– Хорошо, я его срежу.

– Нельзя, это ведь даже не триолит, насыщенность энергией у тетралита на порядок выше. Нужно направить сюда автоматический деактиватор.

– Но сколько на это уйдет времени? Я попробую, понемногу, слабенькими импульсами.

– Рисковать - твое личное право. Но не забывай, что ты будешь рисковать не только собой.

– А разве терять время здесь не больший риск? Я заберусь в камеру излучателя, прикроюсь контейнером и ранцем.

– Это не более чем иллюзия убежища.

– Как настроить деактиватор?

– Лучше использовать режим ножа. Первый на десятку, второй на двойку, регулятор на десятитысячную. В этом режиме деактиватор будет разрушать только небольшой участок литовой структуры. Действуй очень осторожно. Постарайся отрезать лоскут у самого основания.

– Хорошо. - Я настроил деактиватор и укрылся в камере, прикрывшись отстегнутыми от скафандра контейнером и ранцем. - Я готов.

– Ну, ни пуха, ни пера тебе.

– К чёрту.

Я тщательно прицелился, глядя на экранчик, и зажмурившись, нажал на спуск. Да, это всё-таки не триолит. От удара, как мне показалось, вздрогнул весь звездолёт, а чудовищный жар проник даже внутрь скафандра. Когда же я открыл глаза, перед ними плавали яркие зелёные круги. Но, выглянув из своего убежища, я увидел, что прицелился недостаточно хорошо и лоскут отделился едва ли на треть, встав сейчас почти перпендикулярно стенке дюзы.

– Видишь? - спросил я шепотом.

– Вижу, - последовал ответ, - может быть вернёшься?

– Ну, уж нет. Это дело нужно сделать до конца.

Второй выстрел-импульс оказался удачнее первого, он почти полностью оторвал лоскут. Но какой-то оторвавшийся от него осколок ударил в контейнер, а через него и меня в живот, от чего меня основательно помутило. А каково было бы, если бы это был не осколок, а весь отрезанный лоскут? Мне даже страшно стало от такой мысли.

– Вик, тебе сильно больно?

– Да нет, терпимо, - соврал я и послал ещё один, последний импульс.