Сакё Комацу - Похитители завтрашнего дня

– Да не болтай ерунды! Тебя ведь о деле спрашивают, а ты… – заорал я, заливаясь краской и уголком глаза поглядывая на нашего президента, ужасного чистюлю. Его передернуло от отвращения. – Гоэмон с тобой?

– Конечно, конечно, господин Гоэмон изволит быть здесь, – заворковала медовым, страшно почтительным голосом Кисако. Вот чертова девка! Это она оборотень, а не Гоэмон! – Когда я занималась уборкой вашей комнаты, они как раз и пожаловали. Откушали целый блок скороварящейся лапши, откушали вместе с упаковкой, разумеется. И двух гостей с собой привели…

– Что? – Я мельком взглянул на шефа. – Каких таких гостей?

– Один – иностранец, но попроще, чем наш друг Гоэмон. Отличный парень, красавчик – первый сорт, волосики золотистые, глазки голубенькие, а уж фигурка!.. Второй – японец, типичный гангстер, фу, до чего мерзкая рожа, так бы и двинула… Но они молчат почему-то, как каменные, и лежат на полу.

– Иностранец… – Я наблюдал за реакцией присутствующих. Все затаили дыхание. – Кто он такой?

– Послушай-ка… – раздался вдруг страшно знакомый скрипучий голос. Гоэмон! Сейчас я обрадовался ему, как родному. – Они, недостойные, возжелали нас обмануть, одурачить, ошельмовать, облапошить. Пустили ложный слух, утку, гуся… э-э-э… курицу, что якобы мерикенский президент сейчас изволят находиться в Хаконэ. Ну я им и изрек: не врите, не уклоняйтесь от истины, не травите баланду! Мерикенский президент сейчас вместе с французским президентом гуляет по Европам, ибо они устроили парти де плезир. Заткнитесь, умолкните, закройте ваши помойные ящики! – вещаю я им, а они нашей милости суют в нос хлороформ. Ну я и наградил сиих недостойных временным окаменением и низверг в твою квартиру.

– Иностранец… – прошептал тучный человек в кимоно и сверкнул глазами. – Кто бы это мог быть?

– А-а, вас это интересует? – спросил Гоэмон, словно был рядом и слышал каждое слово. – Я пошарил у него в мозгах. Удобно шарить – лежит, но шевелится. Жуть что там творится. Сплошные энджины, переплелись, запутались, скрестились, перекрестились. Машинки работают, а для чего работают, куда ведут – и не возьмешь в разумение.

– Что он болтает? Энджины? Машинки? – сказал мой шеф. – Какие энджины?

– Энджин – это «машина», – прозвучал голос Гоэмона.

– Подождите! – остановил я шефа, собиравшегося сказать еще что-то. – Наверно, он имеет в виду органы спецслужбы, органы информации.

– Правильно… Только трудно, сложно разобраться, кому эти энджины, машины, органы дают информацию. Куда, кому, зачем, в какую сторону… А-а, кажется в Сиауса…

– Сиауса? – Я не мог сообразить, что это такое. – Что это значит, Гоэмон?

– Сам не пойму, не разберу, не раскумекаю… Но в мозгу у голубоглазого ясно нижу эти латинские буквы…

– Латинские буквы? – теперь я понял. – CIA USA, да?

– Да… это самое.

– CIA! – наш президент побледнел. – Директор Асивара и Центральное разведывательное управление Америки?!

– Кстати, звезда, луна, солнце его японское величество присутствует в ваших высоких сферах, в вашей шайке, банде? – голос Гоэмона стал вдруг очень серьезным. – Подданный Гоэмон нижайше требует, чтобы его окунули с головой в лучи императорского сияния!

– Гоэмон, – сказал я, холодея от ужаса и в то же время едва сдерживая смех, – я нахожусь не в императорском дворце. Но здесь присутствует господин президент нашей компании, который желает с тобой побеседовать.

– Кампания? Война – ну-ну, турум-тум-тум, барабаны, трубы, пушки, бомбы, самопалы?! Не пойду! Я тишину люблю.

– Да нет же! Не о военной кампании речь, а о компании… ну, общество, объединение, фирма… Наша фирма, понял?.. Президент нашей фирмы…

– Так бы сразу и сказал! Ладно, иду. Прямо с ним и поговорю. Сейчас буду.

– А он хотя бы имеет представление, в какую сторону идти?

– Имею, имею. По телефонным проводам установил. Я уже знаю частоту волн, излучаемых организмом Тода-сан. Отыщу его, где бы он ни находился, если только поблизости есть телефонные провода. Потерпите пять минут, и я предстану перед вашими прекрасными ликами, харями, рожами, физиономиями, мордами. И Кисочку заодно захвачу… Кис-кис-кис, поехали!.. И этих, полудохлых…

– Эй, Гоэмон, постои! – заорал я. – Кису не…

Но он уже повесил трубку…

– Н-да… – сказал человек в кимоно, скрестив на груди руки. – Действительно гениальная личность.

– Никак не могу понять, – мой шеф отер со лба пот, – зачем директору Асиваре понадобилось связываться с иностранной разведкой?

– Ну, это не так уж трудно понять! – Человек в кимоно усмехнулся. – Ведь наша фирма поддерживает весьма тесный контакт с Силами самообороны, вы поставляете немало фонометрических акустических и электронных приборов в Управление обороны. По поручению Управления, официальному и полуофициальному, в ваших лабораториях ведутся кое-какие исследования, в том числе и в области секретного оружия.

Действительно, в исследовательских отделах фирмы велись секретные работы по созданию лазерных и ультразвуковых получателей, предназначенных для массового уничтожения. Подавалось это под соусом «побочной продукции» – эксперименты в области средств связи. Но даже я понимал, что эта «побочная продукция» идет в лаборатории Управления обороны и предназначается для военных целей. «Оружие на всякий случай», как принято у нас говорить.

– Нет, просто невероятно! – взволнованно произнес директор-распорядитель. – У нашей фирмы есть соглашение о техническом сотрудничестве с крупнейшими американскими электрокомпаниями – разработка акустических приборов, радио, электроника и прочее. Я могу допустить, что, если копнуть глубже, обнаружатся связи Асивары с иностранным капиталом. Но Асивара и официальная разведка американского правительства – немыслимо!

– Почему же? – возразил человек в кимоно. – В Америке большой бизнес и правительство – родные братья. Если помните, правительство президента Эйзенхауэра было сформировано почти исключительно из крупных бизнесменов. Эти господа ради сохранения военного и экономического превосходства Америки готовы на все… Взять хотя бы такой пример. Один японский ученый, проводивший эксперименты с клещами, возбудителями тяжелых заболеваний, вдруг получил приглашение работать в Америке. Естественно, обрадовался, думал – его работы получили известность за границей. А дело-то обстояло куда проще: речь шла об использовании клещей в бактериологической войне. Вот так-то.

– Может быть, Асивара и не связан непосредственно с американской военной разведкой, – сказал президент. – Он сообщил кому-то другому, а они информировали ЦРУ.