Джеймс Дуэйн - Капер

– Понимаю, – сказала Ван и не слукавила. «Что ж, – подумала она, – это фирменный знак Паука. Отважно. Рискованно. Необычно. И самоубийственно». Ван Чунь-мэй провела языком по пересохшим губам. – Мы должны будем за ними вернуться?

– Да. Но очень многое может пойти наперекосяк. Мы будем крейсировать в другой зоне, высматривая пиратов, нелегальные грузоперевозки или мокаков. А «спиды» тем временем будут сами по себе. Это означает, что если по какой-то причине мы не сможем за ними вернуться…

– И совсем никакой поддержки? – спросила Ван. Хотя это скорее было утверждение, нежели вопрос.

– Имея в виду, что это один из проектов Скарагоглу, я не могу на это ответить, – мрачно проговорил Каверс.

– Однако, имея в виду, что это один из проектов Скарагоглу, логично будет предположить, что ответ отрицательный. – Тут Ван Чунь-мэй уловила едва заметную перемену выражения лица Каверса. В конце концов, хорошему старпому полагалось читать мысли капитана… – Тогда нам следует позаботиться о том, чтобы ничто не пошло наперекосяк, – сказала она.

Каверс улыбнулся.

– В самом деле – почему я об этом не подумал?

Их глаза встретились.

«Вот только в операциях военного времени что-то по определению порой идет наперекосяк», – одновременно подумали оба.

– Что ж, генерал Скарагоглу был прав… Коммандера Редера ни в коем случае нельзя было приговаривать к кабинетной работе на Земле.

Каверс кивнул, «И, разумеется, – подумал он, – Скарагоглу вполне мог решить, что раз Редер так и так обречен, он может хотя бы пропасть с пользой и под музыку. А если он не просто везуч, а по-настоящему гениален, он найдет какой-нибудь способ уцелеть… и принести пользу где-то еще, позднее».

– Жестокая проверка на прочность, – пробормотал Каверс.

– Несчастный малый, – отозвалась Ван Чунь-мэй.

– Коммандер? – В голосе главного старшины ар-Рашида, донесшемся из динамика, чувствовалась непривычная сухость.

Редер, который вовсю работал над прочисткой своих мозгов посредством складывания кубика-головоломки, отозвался:

– Что у вас, старшина?

– Сэр, прошу прощения, вы бы на главную палубу не подошли? Мы… у нас тут какая-то очень необычная поставка. Я убежден, что это ошибка, но моему слову не верят.

– Уже иду. – Редер отложил кубик и направился к двери.

«Мне следовало предупредить ар-Рашида, доставку чего нам придется ожидать», – подумал он. В его списке была масса всякой всячины, которая должна была стать полным сюрпризом для старшины. Но Питер не рассчитывал, что грузы начнут прибывать так скоро. «Работа со Скарагоглу и впрямь имеет свои преимущества, – с улыбкой признал он. – Наверное, в Главнокомандовании все так и происходит: ты щелкаешь пальцами – и все у тебя уже есть. Вместо «вопросов», «уточнений» и «глубоких сожалений» ты получаешь реальные вещи».

Выйдя в гулкую полость главной палубы, Питер сделал глубокий вдох. Запах механизмов, смазки, горючего и горелого пластика радовал его не меньше аромата цветов после весеннего дождя. Кроме того, он казался куда более привычным и знакомым – это был запах его ремесла. Питер шел от стоянки к стоянке туда, где его должен был ждать старшина, бросая взгляды влево-вправо на «спиды», которые, сверкая в ярком свете, грациозно над ним возвышались.

Однако в конце пути он начал хмуриться. Возле последних двух «спидов», похоже, было меньше техников, чем полагалось.

Куда же они все делись?

Вскоре выяснилось, куда. Старшина ар-Рашид и около двадцати техников стояли вокруг элеваторной платформы, что доставляла на главную палубу массивные посылки. На платформе уже стояли шесть громадных ящиков, где-то по три метра на два. Один из ящиков был вскрыт, и туда с восхищенными улыбками и одобрительным бормотанием заглядывали техники.

Старшина, однако, не улыбался. Едва он заметил Редера, как тотчас же прервал разговор с нервозным на вид складским служащим и торопливо подошел к коммандеру. Затем ар-Рашид резко и почти рассеянно отдал честь.

– Сэр, – гневно начал он, как только оказался в достаточной близости, – я не знаю, что квартирмейстер пытается сюда протащить, но мне это категорически не нравится. – Тут ар-Рашид повернулся и с негодованием указал на платформу и несчастного служащего, который сопровождал поставку. – Невесть по какой причине нам пытаются всучить это устаревшее оружие. Я ему сказал, что мы эту поставку не примем. А он говорит, что вы лично их заказали. Тогда я ему сказал, что вы никоим образом подобный хлам запросить не могли. Для начала – они бесполезны. А потом – где нам, черт возьми, предполагается их разместить? – Старшина с таким видом обвел рукой громадное пространство, по которому они шли, как будто это был солдатский сундучок. – Это не флотский авианосец, где можно поставить в угол целую эскадрилью «спидов» и на год про них забыть. Мы грузимся для долгого рейса, и места у нас в обрез.

Наконец они прибыли на платформу, и Питер заглянул во вскрытый ящик. Его лицо мгновенно вспыхнуло восхищением точно так же, как и у тех любопытных техников. Затем он протянул руку и нежно погладил гладкий бок одной из ракет – или, строго говоря, мин. Космический Отряд не заказывал ни одной такой, наверное, еще с тех самых пор, как Питер был сопливым приготовишкой, но старая армейская аксиома гласила: то, что еще можно отполировать, выбрасывать не годится.

– Мне, гм, следовало предупредить вас, старшина, что нам предстоит получить массу разных ресурсов, – сказал Редер, с трудом удерживаясь от оправдательного тона.

Ар-Рашид смотрел на него так, словно это заявление было сделано на каком-то незнакомом для него языке. На повианском, к примеру.

– Вот это? – буквально пропищал старшина, после чего откашлялся и попытался снова. – Значит… вот это вы заказали? – Он не смог изгнать из своего голоса ни предельного изумления, ни твердой веры в то, что «вот это» – форменный хлам.

Питер прикусил губу. Он испытывал виноватое желание объясниться и подчинился ему. Невесть отчего Редеру хотелось, чтобы ар-Рашид разделил его энтузиазм по поводу этих мин.

– Вы тот фильм помните? – с жаром спросил он.

Старшина повернул голову.

– Фильм? – переспросил он с таким видом, как будто никогда этого слова не слышал.

– Ну да. Тот самый, в котором корабль Консорциума так долбанул корабль Космического Отряда, что он вынужден был заглушить моторы. – Питер внимательно смотрел на старшину, пытаясь понять, помнит он или нет.

Ар-Рашид пожал плечами и неуверенно хмыкнул.

– Конечно же вы его помните, старшина, – с горящими от восторга глазами вмешался один из техников. – Это тот самый, в котором они перемещают как раз такую вот ракету из поврежденного отсека к единственной действующей пусковой установке, какая еще осталась…