Иван Беляев - Галобионты

Ознакомительный фрагмент

Президенту, похоже, прискучило выслушивать похвальбу директора дельфинария. Он задал вопрос:

– А правда ли, что интеллектуальные возможности дельфинов превышают потенциал всех других млекопитающих, в том числе человека?

Директор ответил не сразу.

– Видите ли, господин Президент, я не стал бы утверждать этого столь однозначно. Хотя многие мои коллеги на Западе и в нашей стране придерживаются именно такого мнения. Здесь присутствует один из виднейших ученых в этой области, доктор биологических наук, профессор, член-корреспондент Академии Наук Российской Федерации Георгий Ираклиевич Берианидзе, предлагаю выслушать его мнение по этому вопросу.

Директор указал на низкорослого усатого человека с лысеющей шевелюрой, который при упоминании своего имени немедленно выдвинулся вперед.

– Дело в том, – начал профессор Берианидзе, – что дельфины действительно обладают без преувеличения огромным мозгом. В частности, у афалины головной мозг намного превосходит своими размерами мозг человека. Для сравнения: в среднем наш с вам мозг весит приблизительно полтора килограмма, в то время как у дельфина его вес на двести-триста граммов больше. Но если и дальше проводить параллели, то мы выясним, что у кашалота головной мозг достигает шести-семи килограммов и более, а у слона – не менее пяти. Но это не означает, что слон или кашалот обладает большим интеллектуальным потенциалом, нежели человек. Таким образом, величина мозга не является показателем умственных возможностей. Тем более, что по отношению к массе тела вес мозга дельфина уступает коэффициенту человека, но превосходит такие же показатели у других животных. Если не возражаете, я приведу результаты исследований величайшего ученого профессора Дюбуа.

Президент не возражал.

– Дюбуа ввел такое понятие, как специальный коэффициент цефализации мозга.

Директор, увидев, что Президент не вполне понимает, о чем идет речь, поспешил вклиниться в разговор.

– Профессор имеет ввиду развитие мозга, – пояснил он.

– Так вот, – продолжал Георгий Ираклиевич, – коэффициент цефализации представлен следующим образом: у шимпанзе он равен 0,74, у собаки – 0,45, у дельфина – 2,25, а у человека – 2,89. Таким образом, можно видеть, что дельфин по этому показателю гораздо ближе человеку, нежели другие животные. Об этом же говорит и строение мозга. У дельфина наблюдается извилины и борозды, что является доказательством их высокого развития. Больше того, – с жаром продолжал профессор, – в последние годы проведен целый ряд детальных исследований строения головного мозга дельфина. Результаты были поистине сенсационными: по числу нервных клеток, по их плотности мозг дельфина практически идентичен мозгу человека.

Берианидзе несло, а Президент явно заскучал. Кое-кто начал украдкой поглядывать на часы – время, отведенное на эту экскурсию, шло к середине.

– Простите, – раздался вдруг бархатистый бас откуда-то из заднего ряда, – по-моему, вас попросили объяснить, превышает ли коэффициент интеллекта дельфина человеческий, или нет.

Все с удивлением посмотрели на плотного крупного мужчину в шелковой рубашке, попыхивающего сигарой.

– Лекцию о строении мозга млекопитающих вам, кажется, не заказывали.

Раздались тихие смешки. Президент, кинув благодарный взгляд на человека с сигарой, снова повернулся к профессору.

– Если вы не не заметили, – произнес уязвленный исследователь, – я как раз об этом вам и рассказываю.

– Нет, – ответил все тот же мужчина, – не знаю, как другие, а я этого не заметил.

Смешки стали громче. Директор дельфинария поспешил исправить ситуацию.

– Видите ли, – сказал он, обращаясь исключительно к Президенту, – наш профессор, работами которого мы по праву можем гордиться, посвятил очень много лет изучению как раз того вопроса, которым вы заинтересовались. Эта проблема волнует массу ученых уже с давних пор. Как вы хорошо помните, дельфинов пытались использовать в военных целях еще во время Второй Мировой войны…

В глазах Президента загорелись огоньки интереса. Профессор Берианидзе хотел было что-то сказать, но директор не дал ему такой возможности.

– Полагаю, что Георгий Ираклиевич не станет возражать, если я попытаюсь резюмировать все им сказанное.

Тон, которым было произнесено данное заявление, не оставлял сомнений, что Георгий Ираклиевич позволит своему начальнику это сделать.

– На данный момент, хотя и проведено огромное количество исследований, наука находится на начальной стадии изучения мозга дельфина. Мы еще не можем сказать с полной определенностью, насколько развиты в нем те отделы, которые ответственны за те или иные функции, в частности, мы не можем сказать, как происходит переработка информации, получаемой мозгом дельфина. Существует несколько точек зрения по этому поводу, я остановлюсь на трех из них: первая точка зрения, к которой, кстати сказать, присоединяемся и мы с профессором, – Берианизде при этих словах энергично закивал, – такова: мозг дельфина развит чрезвычайно высоко и практически не уступает мозгу человека, но мы еще слишком мало изучили его потенциальные возможности. Другие считают, что умственные способности дельфинов многократно превосходят человеческие, по крайней мере по некоторым признакам. И наконец, третьи уверяют, что дельфин занимает промежуточную ступень между обезьяной и собакой.

– Все ясно, – сказал Президент, поднимаясь со своего места, – с этого бы и начинали говорить.

– Вы не так поняли! – не удержался Берианизде. – Да, мы еще не изучили все возможности мозга дельфинов, но это не значит, что у них нет способностей. Я бы даже сказал, что мы сами еще не доросли до такого уровня, когда смогли бы по достоинству оценить интеллектуальный потенциал этих уникальных животных.

Тем временем группа почетных экскурсантов обошла бассейн и теперь направлялась в сторону естественного водоема. Они шли вдоль довольно длинного канала трехметровой ширины, глубина которого, по словам директора, достигала около пяти метров.

– Обратите внимание, – продолжал экскурсию директор дельфинария, – в канале имеется два шлюза, при помощи этих сооружений мы регулируем подачу воды в бассейн. Как вы сможете убедиться, наша система работает безотказно. На поступление воды не влияют ни приливы с отливами, ни штормы.

Бассейн располагался примерно за пятьдесят метров от бухты.

– Здесь, – директор вытянул руку по направлению к морю, – наши питомцы обитают практически в тех же условиях, что и их собратья на воле. Никто не станет оспаривать мнения, что гораздо продуктивнее исследовать животных в той среде, в которой им предназначено обитать матерью-природой.