Александр Шалимов - Тайна "Тускароры"

— Врач сомневается, сэр.

— Кто видел стрелявшую?

— Агент Мохаммед Бен-Буска.

— Вы?

— Я, сэр.

— Вы болван.

— Так точно, сэр. Меня оттеснили. Стрелять было нельзя.

— Вдвойне болван. Будете присутствовать при допросе задержанных.

— Так точно, сэр.

В дверь кабинета постучали.

— Войдите! — крикнул Молуано.

— Разрешите доложить, сэр. Вот пуля, только что извлеченная при операции. Вторая прошла навылет.

— Так… Калибр 5,35… Бельгийский браунинг-автомат. Но почему расплющена? И что это за желтые кусочки?

— Извлечены из раны, сэр. В боковом кармане пострадавшего находился бархатный футляр с какими-то монетами. Одна из пуль, вероятно, эта, задела монету. Ее кусочки попали в рану. Это они…

— Где футляр и монеты?

Агенты переглянулись.

— Наверное, остались в кармане куртки, — неуверенно протянул кто-то. — Мы взяли только документы и бумажник.

— Все, что было при пострадавшем, немедленно сюда. Его чемодан тоже.

— Мы полагали, сэр…

— Вы — болваны! Исполняйте… Да, похоже на золото. Вероятно, монеты золотые. Держу пари, что их уже украл один из моих парней.

Полицейские возвратились через несколько минут.

— Ну?

— Футляра нигде нет. Доктор и сестра говорят, что вообще его не видели. Может быть, футляр выпал и остался в санитарной машине…

— Футляр должен быть найден! Обыскать машину. Доктора сюда, как только закончит операцию.

— Доктор уже здесь, сэр. Он хотел с вами поговорить.

— Пусть войдет. И оставьте нас вдвоем.

— Так точно, сэр.

Врач-араб в операционном халате и белой шапочке стремительно вошел в кабинет.

— Добрый вечер, инспектор.

— Добрый вечер, а вернее, доброе утро. Уже три часа утра… Как ваш пациент?

— Увы, раны оказались смертельными и клиническая смерть наступила еще на месте ранения. Я раскрыл грудную клетку, но сделать ничего не смог. Обе пули пробили сердце, но…

— Но?

— Очень странное явление, сэр. В моей практике не было ничего подобного… И вообще, насколько мне известно, медицина с таким случаем не сталкивалась. Будучи мертвым, он… разговаривал, сэр.

— Как разговаривал?

— Вполне явственно. Когда я извлекал из сердца пулю, этот человек был мертв. Тем не менее я совершенно отчетливо услышал его последние слова. Сестра, ассистировавшая при операции, тоже слышала.

— Очень интересно… Что же сказал покойник?

— Сначала он сказал что-то на неизвестном мне языке… Потом по-английски: «Прекратить немедленно». Не скрою, я очень испугался и сестра тоже. Ведь мы уже знали, что этот человек совершенно мертв. Однако я сделал над собой усилие, заставил себя продолжать… и вот тогда произошло самое поразительное… Он захрипел и прошептал совсем тихо: «Глупец… Запрещаю тебе что-либо предпринимать, Ми… Возвращайся немедленно…» Он прошептал это по-французски, но не губами и не языком. Я затрудняюсь объяснить, откуда исходили слова, но он произнес их…

— Ну-ну, — сказал инспектор. — Похоже на сказку… Или это чудо? Вы верите в чудеса, доктор?

— Н-не знаю.

— Но все рассказанное вами могли бы подтвердить под присягой?

— Разумеется… И операционная сестра — тоже…

— Значит, мы столкнулись со случаем чуда, — решительно сказал инспектор Гаспар Молуано, — со случаем чуда, столь же редким в полицейской практике, сколь оно, по-видимому, редко в медицине. Для успеха следствия я прошу вас, доктор, и сестру пока молчать о том, что вы рассказали. Ни кому ни полслова. Полагаю, что Ми — имя убийцы. Может быть, он назвал ее, взывая о мщении?.. Жаль только, что он не догадался назвать ее фамилию, — подумав немного, добавил инспектор.

Врач с сомнением покачивал головой.

— Вы сомневаетесь? — насторожился Молуано.

— Не знаю, что и сказать… Возможно, вы и правы, но… Что тогда означают слова «Прекратить немедленно»? К кому они могут относиться?

— Может быть, к вам? Ведь он уже чувствовал, что вы не сможете его… починить. Ха-ха… Но ничего, ее мы разыщем. Не будь я Гаспар Молуано, далеко не уйдет. Эй, там, Макгиббс, — крикнул инспектор, включая настольный динамик, — доложите обстановку.

Из переговорного динамика, стоявшего на столе инспектора, донеслись раскаты далекого грома.

Невидимый Макгиббс откашливался. Потом послышался его густой бас.

— На территории аэропорта задержано тридцать шесть брюнеток в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти лет. При задержании одна оказала сопротивление: прокусила палец агенту ноль — семнадцать и вырвала ему левый ус.

— Очень хорошо… Пусть продолжают, — сказал в микрофон Молуано. Начинайте допрос задержанных. Я сейчас приду. Что дал осмотр личных вещей убитого?

— Ничего важного, сэр, — пробасил динамик. — В вещах не обнаружено ни записной книжки, ни дневника. Единственная рукописная пометка сделана на полях вчерашней «Нью-Йорк таймс», которая оказалась в его чемодане: «Себу», несколько цифр, вероятно, номер телефона и фамилия…

— Что за фамилия?

— Волен, Роберт Волен, может быть Волин… Запись не очень четкая, но фамилия жирно подчеркнута дважды.

— А футляр с монетами?

— Его пока не нашли, сэр.

— Повторяю, футляр должен быть найден. Понятно?! И узнайте, что такое «Себу», — инспектор рывком отодвинул переговорный динамик. — Ну-с, доктор, а вы, вы хорошо заглянули внутрь покойника?

— Не понимаю… Что вы хотите сказать? Куда внутрь?

— Кажется, я выражаюсь совершенно точно… Меня интересует, нет ли у него внутри… транзистора? Сейчас изготавливают транзисторные приемники размером в таблетку. Такой и проглотить можно. Поняли?

— Еще не совсем…

— Печально! — со вздохом сказал инспектор. — Тогда слушайте внимательно. Тело отправьте в морг. Утром произведете дополнительное вскрытие. Мы должны убедиться, нет ли у него в животе или там еще где-нибудь какого-то миниатюрного прибора. Черт побери, не станете же вы меня убеждать, что он сам разговаривал, когда вы его резали. Теперь поняли?

— Кажется, начинаю понимать, но, уверяю вас, если проглотить маленький транзистор, через сутки он…

— А вы все-таки проверьте и, разумеется, тщательно осмотрите тело снаружи.

— Докладывает Макгиббс, — послышалось из переговорного динамика. — Себу город и порт на Филиппинах в центре архипелага.

— Очень хорошо, — сказал Молуано. — Срочно закажите телефонные разговоры с начальником полиции в Маниле и с Парижем — Бюро международной уголовной полиции. Вы, доктор, свободны. Днем сообщите результат дополнительного вскрытия.