Игорь Дручин - Тени лунных кратеров

Лемберг выложил пакет с шафранными яблоками.

- Спасибо,- искренне обрадовался Эрих. Весьма кстати! Извините за назойливость, а вот тогда, когда у вас случилось... Вы не ели овощей?

- Да, знаете, я съел пару помидоров. Наверное, мне прислали по ошибке. Мистеру Лумеру известно, что я не любитель овощей.

- Вы точно помните?

- Помилуйте, как же не запомнить! Я же говорю, произошла ошибка. Если мне потребуется, я выбираю сам.

- Ну, а как ваша математика?

- Как ни странно, доктор, вы и здесь правы. Я буду просить мистера Лумера, чтобы он отпустил меня на пенсию. Денег я заработал достаточно. Вернусь на Землю и займусь решением мю-алгоритмов. Знаете, очень интересные задачи!

- Поздняя любовь самая сильная. А вы не пытались разобраться, откуда у вас возникло пристрастие к математике?

Старик задумался, покрутил головой.

- Не сочтите меня сумасшедшим, но я бы сказал, отчасти здесь виноваты опыты мистера Лумера.

- Каким образом?

- Понимаете, в секциях, где растут эти яблоки, у мистера Лумера установлены магнитофоны, которые передают вроде уроков математики. Очень толково объясняют. Это, знаете, вроде гипноза. Я ведь много лет работаю. Хочешь не хочешь-слушаешь. Наверное, повлияло. Правда, мистер Лумер всегда советует выключать их. В остальных секциях я так и делаю. Там другая программа. Иногда послушаешь, жутко становится. Там про Землю как начнет рассказывать, всю душу разбередит, хоть беги отсюда.

Эрих слушал не перебивая. К торжеству примешивалось ощущение удачи. Рассказ садовника - просто клад. Если бы еще заручиться его помощью!

- Значит, у вас во всех секциях магнитофоны?

- Почему во всех? Только в опытных. Они у нас отдельно, особняком расположены. Мистер Лумер не любит, когда кто-нибудь там бывает. Так что, доктор, вы уж не выдавайте старика, не говорите никому про опыты.

Эрих кивнул. Он не собирался без нужды подставлять садовника под удар, но чувствовал, что и союзника из него не получится.

Лемберг попрощался и ушел. Эрих заблокировал дверь и выпустил Элси из убежища. Она выглядела расстроенной и задумчивой.

- Ну что?- спросил Тронхейм.- Нравятся тебе представления вполне объективного и достаточно осведомленного человека?

- Его слова ничего не доказывают,- тихо, но упрямо сказала Элен.- Ведь он воспринимает информацию непосредственно.

- Просто он не догадывался, что получал информацию не только извне, но и изнутри. Сам факт, что во всех опытных секциях установлены магнитофоны, говорит о многом.

- Ни о чем не говорит. Допустим, для опытов потребовались низкие частоты. Использованы лекции по математике, записанные специально по программе обучения во сне. Ну и что же?

- Только то, что информация усваивается растениями и передается каким-то образом человеку, например, тому же Альфреду.

- А если просто совпадение?

- Хорошо бы. Но, к сожалению, у нас масса отрицательных примеров воздействия на психику. Те же говорящие огурцы! Им подготовлена такая программа, которая своей информационной нагрузкой травмирует и подавляет нервную систему.

- Нет, немыслимо, бред какой-то.

- Бред? Но ведь в каждой секции своя четко направленная программа и это легко проверить!

- А если нет?

- Тогда мне здесь больше делать нечего. Я немедленно отправляюсь восвояси...

Элси заколебалась. С одной стороны, ей не хотелось больше в оранжерею, подспудно она сознавала правоту Тронхейма, с другой - она жаждала правды, хотя и боялась ее.

- Хорошо,- неуверенно произнесла она.- Давай проверим.

- Сейчас?

-Нет, давай попозже, когда все утихнет.

Джон Кэлкатт выполнил свое обещание. Магнитофон оказался достаточно миниатюрным, чтобы поместиться в кармане. Тронхейм проверил его возможности на различных расстояниях от источников звука. Запись получалась вполне удовлетворительной.

- Зачем вам такой маг, доктор?- спросил Кэлкатт, любуясь делом своих рук.

- Видишь ли, Джонни, у меня могут быть неприятности по службе, если я не буду предусмотрителен. Пожалуй, мне не избежать столкновения с директором станции, и лучше, если такой разговор будет записан.

- Охота вам связываться, док?

Эрих хитро сощурился.

- Что поделаешь? Как говорили древние греки: "Платон мне друг, но истина - дороже!" А люди науки - все служители истины, хотя каждый понимает ее по-своему.

Мисс Лумер уже ждала в его комнате. На столе появилась бутылка крепчайшего пуэрториканского рома.

- Где ты пропадаешь?- спросила она, нервно поглаживая висок.

Эрих пристально посмотрел ей в лицо.

-Судя по твоему виду, тебе не доставляет удовольствия предстоящая прогулка.

- Какое это имеет значение?

- Боюсь, что имеет. Там надо быть в лучшей форме. Давай-ка съедим по паре яблок, посмотрим какую-нибудь отвлеченную программу по телевизору...

Элси задумчиво оглядела выбранное яблоко, как будто мысленно пыталась проникнуть в его клетки, наполненные кроме приятного сока несвойственной им информацией.

- Неужели это все-таки возможно?

Они прошли по коридору и, минуя основные порядки оранжереи, остановились у первой секции. Эрих незаметно пустил карманный магнитофон, подготовленный к записи. Звякнули ключи, дверь распахнулась. Здесь мирно росли сотни помидор. Равномерно на стеллажах с питательной средой стояли этажами кусты. Зрелых плодов было немного. Элси облегченно вздохнула: тишина в секции была полной и глубокой.

- Где же ваши магнитофоны, мистер фантазер?- спросила она насмешливо.

- Пока дверь открыта, они выключены. Ты же видишь, здесь хорошая звукоизоляция, вход не блокируется автоматикой, а имеет английский замок. Прикрой дверь до щелчка. Вот посмотри.

Эрих захлопнул дверь, и сразу стало слышно монотонное бормотание:

"...Не упрямьтесь, это глупо. Есть высший смысл в подчинении воле старших. Она освобождает вас от мучительных раздумий и облегчает жизнь. Прислушайтесь к своему внутреннему голосу, к своему инстинкту. Не задумывайтесь о своих поступках: жизнь однообразна, стоит ли помнить, что было с вами вчера..."

- Это твоя программа, Элси,-хмурясь, сказал Тронхейм и дотронулся до ее плеча.

- Что? Что ты сказал?- встрепенулась она, стряхнув липкую паутину дремоты.- Прости, я, наверно, не выспалась.

- Я говорю, пойдем,-Эрих раскрыл двери отсека.- Ты слишком чувствительна к этой программе.

- Думаешь, гипноз?

- Ты еще сомневаешься? Стоит тебе услышать этот голос, и ты впадаешь в транс. Пожалуй, лучше, если ты не будешь все это слушать.

- Нет, я должна убедиться.

Они переходили из одной секции в другую. Программы не отличались особым разнообразием. В девяти секциях росло только три вида плодов: помидоры, яблоки и огурцы. Каждый из видов растений, по-видимому, подвергался предварительному воспитанию последовательно в двух секциях, а в третьей закреплялись его наследственные качества. Наиболее тонко в психологическом отношении была составлена программа для огурцов. Бессмыслица, подчеркнутая тревожной игрой света, сменялась теплым лиризмом и задушевностью; тихий шепот - леденящими душу вскриками. Здесь явно чередовались звуковые записи из вестернов с записями классического наследия, которые, в свою очередь, переходили в гипнотический шепот.