Комарницкий Сергеевич - Всего один шаг

Ознакомительный фрагмент

В холле четыре угла, и в каждом имеются люки вверх и вниз, один над другим. Собственно, это выходы гравилифтов — старый скит основательно доработан ангелами, и представляет собой верхушку айсберга. Ага, вот он, нужный мне люк…

Люк передо мной приглашающе распахивается, неуловимо-мгновенно исчезает, открывая путь в бездну. Я шагаю в створ шахты. О-оп! На сей раз падение не столь длительное, как в шахте лифта, ведущего в зал телепортации — очевидно, синтезаторы находятся не так глубоко, как телепорт. Я выхожу из створа гравилифта, мягко подталкиваемый в спину. Так…

В обширном помещении стоят ванны с откинутыми колпаками. Две похожи на бытовые синтезаторы, стоящие в подвале нашей с Ирочкой жилой башни, одна же ванна скорее напоминает небольшой бассейн. Я прикидываю — мда… Очевидно, тут при нужде можно сделать изделие, только-только пролезающее в лифт. Но мне сейчас ничего столь масштабного не нужно, наоборот — даже ванна стандартного бытового синтезатора для моего заказа чересчур велика. Я озираю помещение. Ага, вот!

Маленькая ванночка, немногим больше фотографической кюветы. Я беру из шкафа с прозрачными стенками стакан с чёрным порошком, следя, как ванночка наполняется тёмной жидкостью-раствором. Аккуратно насыпаю немного нанороботов в раствор. Крышка мягко закрывается, повинуясь моей команде, и передо мной вспыхивает виртуальный дисплей. Я достаю большое бело-радужное перо. Да, как и у всех пернатых, перья у ангелов время от времени выпадают, поочерёдно сменяясь новыми, и биоморфы не исключение. Я отдаю мысленную команду, и перо повивает в воздухе без всякой опоры. Ещё команда, и вспышка голубоватого света озаряет перо. Ну вот, так будет хорошо…

"Заказ принят" — шелестит в голове бесплотный голос. Вот странно, почему мысли всех этих Иванов не читаются, а сервер базы свободно общается с ангелами посредством телепатии?

Ладно, время идёт, и нечего тут сидеть. Я обещал экскурсию Аине, обещания надо исполнять. А тем временем мой заказ будет выполнен.

…

Громадный город раскинулся, кажется, насколько хватает глаз. Голубоватая дымка смога окутывает его, смазывая очертания, и даже острый ангельский глаз порой с трудом различает мелкие детали. Москва отсюда чем-то напоминает срез колоссального дерева — внутри Бульварное кольцо, затем Садовое, ещё шире кольцевая железная дорога. Вдали виднеется МКАД, Великое Кольцо Москвы, тонким обручем опоясывавшая ещё не так давно столицу. Теперь и этот барьер преодолён, и сыпь всевозможных зданий и сооружений пригородов сливается на горизонте с городами-спутниками — Подольск, Видное, Апрелевка… Ранняя весна лишила мегаполис даже скудного зелёного наряда, и Москва сейчас до дрожи напоминает мне пейзаж Столицы Истинно Разумных. Ну, разве лес небоскрёбов ещё не вздыбился до небес, да нет в воздухе роящихся "летающих тарелок"…

Мы парим над Москвой, невидимые и неощутимые. Транспортный кокон выгрузил нас на полукилометровой высоте, чтобы мы могли прогуляться крылышками. На сей раз маскировка включена на полную мощность, и нет даже размытого теплового пятна — я не знаю, как это достигается. О присутствии Аины я могу только догадываться. Она летит где-то сзади, на весьма приличной дистанции, поскольку также не видит меня. Возможно, это чрезмерная предосторожность, но Аина категорически велела — в последнее время аборигены тут здорово прогрессируют в деле подсматривания, тепловизоры всякие понаделали… Да и «зелёных» не стоит списывать со счёта, как змею, затаившуюся в норе. Бережёных и Бог бережёт, короче.

"Вон тот и есть твой дом?"

"Да. Садимся на крышу?"

"Только ослабь маскировку, а то как бы мне на тебя не сесть"

Нет, я веду мою наставницу не к Битцевскому лесопарку, не к той башне, где мы с Ирочкой прожили тот счастливый отрезок нашей жизни. Я был ещё человеком, и каждый день рысцой бежал к подъезду, и томительно ждал, когда же снизойдёт до меня лифт…

…"Чем смеяться, помог бы лучше!"

"Давай-давай, овладевай навыками. Что за женщина, которая не в состоянии надеть платье!"

Она выгнула бровки, закусила губку. Изогнулась, как ящерка.

"Ты прав, конечно. Но кто это придумал, вот эти верёвочки? Нет, ты объясни мне — крыльев нету, а спина зачем-то вся голая…"

Я улыбаюсь. Как мы скакали тогда, когда я проверял боеспособность своей супруги… Мы собирались там жить и жить, прожить не такую уж короткую человеческую жизнь…

И всё это разом закончил визит Ивана.

…"Да бросайте вы эту бомбу за борт!!!" — кто это, Уэф или Чук?

Время будто растянулось. Мы вдвоём тащим неподъёмную тушу Ивана к балконной двери. В стене появляются трещины, сыплется штукатурка. Медленно вываливается кусок бетона, падает на пол, как чаинка в стакане. Мои жилы трещат от натуги, но Иван всё-таки переваливается через перила балкона. Неохотно начинает движение, свой последний полёт. Прощай, Иван, мы будем помнить тебя всю жизнь.

А в тридцати метрах от нас, чуть выше, из кипения воздуха возникает силуэт, очень напоминающий громадный транзистор. И кто, интересно, назвал эту штуку "летающей тарелкой?"

"Назад!!!" — и уже некогда определять, чья это мысль.

И, как в фильме «Вий», из стены лезут твари, отдалённо напоминающие людей…

Нет, я не хочу туда, воля ваша. Пролом в стене, проделанный «омоновцами» с металлокерамическими костями, давно заделан, как и глубокая выплавленная борозда на бетоне, след плазменного разрядника — прощальный привет от «зелёных», когда выключился гаситель. Там давно живут другие люди, и не могут нарадоваться на свою роскошную металлическую дверь — "тыщи три баксов, поди, стоит!". Пусть себе живут, они не знают…

А вот в старой моей однокомнатной квартирке никто не живёт. И мы летим туда.

О-оп! Вихрь, поднятый моими крыльями, вздымает пыль на крыше, уже просохшей после зимы. Неподалёку взвихривается другое облачко пыли, хрустит лежалое покрытие под лёгкими шагами.

"Ёкарный бабай, я же забыл… У нас нет ключа от выхода на крышу"

Шелестящий бесплотный смех.

"Вот так хозяин жилища! Привёл домой девушку, а дверь открыть не в состоянии? Что бы ты делал без меня, Рома! Где вход?"

Я уже достаточно продвинут в телепатии, и успеваю уловить — Аина прихватила с собой универсальную отмычку. Догадливая, однако…

"Ты тоже ничего, Рома, тоже догадливый. Только потом"

Мы уже стоим перед дверью, ставшей такой непривычно-большой. Как в моём далёком, страшно далёком детстве…

Неприятно-щекотная волна проходит по телу, и Аина возникает рядом, всего в полушаге. В руку мне ложится маленькая штуковина, похожая на зажигалку.

Конец ознакомительного фрагмента