Филип Дик - Мастер всея Галактики

Ознакомительный фрагмент

— Но какое — то правило должно все — таки присутствовать! — возразил Лоуз, указывая на автомат. — Когда опущена монета, появляется товар. До сих пор мы получали конфеты. Изменив правило, мы получаем коньяк, а не морковку, например. Нужно только выяснить, какие элементы необходимы, чтоб видоизменять имеющееся правило.

— Если мы сумеем узнать причину раздвоения предмета, то… — взволнованно проговорил Гамильтон.

— Именно! Процесс идет со страшной силой. Какая — то пакость его раскручивает. В принципе наплевать, как это делается. Узнать бы только, в чем суть загадочного нечто. Мы ведь не суетимся из — за того, что сера, селитра и древесный уголь образуют порох. Нам вполне хватает сведений, в какой пропорции их надо смешивать…

Они вернулись к бару, с трудом миновав толпу страждущих порции дармового коньяка.

— Выходит, в этом мире тоже есть законы, — заметил Джек. — Как и в том, нашем. Хотя нет, тут я, наверное, погорячился…

Тень скользнула по лицу Билла Лоуза.

— Да, верно… — Его энтузиазм испарился. — Я и забыл!..

— О чем?

— Чудес в нашем собственном мире не бывает. Они существуют только здесь.

— О… — обмяк и Джек. — Действительно…

— Мы напрасно тратим время.

— Если только у нас не возникнет желания остаться. Лоуз уселся на табурет у стойки и подхватил свой стакан.

Нахохлившись, как подраненная ворона, он проворчал:

— Может, так и следует поступить.

— А как же! — добродушно отозвался подваливший Мак — фиф. — Оставайтесь! Смекалистые парни всегда выходят из игры победителями.

Лоуз украдкой глянул на Гамильтона:

— Ты хотел бы?.. Тебе здесь нравится?

— Нет!

— «Мне тоже. Но есть ли выбор? Мы даже не знаем, куда нас занесло. А уж как выбраться отсюда…

— Такое милое местечко! — негодующе вмешалась блондинка. — Я постоянно здесь, и мне нравится!

— Мы говорим не о баре, — бросил ей Гамильтон. Крепко стиснув стакан, Лоуз озабоченно произнес:

— Рулить отсюда все равно надо. Каким угодно способом.

— Будем искать выход, — нахмурился Джек.

— Ты знаешь, что продается в здешнем супермаркете? — ядовито осведомился Лоуз. — Консервированные святые дары!

— Представь, что тебе предложат в хозяйственной лавке, — откликнулся в ответ Гамильтон. — Весы. Чтобы ты взвешивал свою грешную душу.

— Вот глупости — то! — капризно возразила блондинка. — Душа веса не имеет.

— Тогда, — задумчиво продолжил Джек, — ее можно пересылать по почте бесплатно.

— А сколько же душ, — с издевкой подхватил Лоуз, — может войти в один конверт? Новая религиозная проблема! Опять — раскол человечества, фракции, секты, кровь по улицам рекой…

— Десять! — выдвинул предположение Джек.

— Четырнадцать, — возразил Лоуз.

— Еретик! — воскликнул Гамильтон, скорчив жуткую гримасу. — Чудовище, поедающее младенцев!

— А ты — кровопийца, не гнушающийся порченой кровью!

— Проклятое отродье! Пожиратель дерьма! Лоуз на миг умолк и задумался.

— Знаешь, что тебе покажут по телевизору в воскресенье утром? Не знаешь? И я тебе не скажу. Сам увидишь.

По — прежнему сжимая порожний стакан, он неожиданно соскользнул с табурета, мотнулся в сторону и пропал в толпе.

— Эй! — изумленно воскликнул Джек. — Куда это он двинул?

— Он просто псих, — безмятежно сообщила блондинка. На мгновение Билл Лоуз опять показался. Его чернокожее лицо казалось пепельно — серым, как маска из склепа. Обращаясь к Гамильтону сквозь шум и гам, он крикнул:

— Эй, Джек!..

— Что такое? — обеспокоенно откликнулся Гамильтон. Гримаса отчаяния исказила лицо негра.

— В этом мире… — Слезы навернулись ему на глаза. — В этом проклятом м — месте я стал тусовать…

Он исчез, предоставив Джеку гадать об услышанном.

— Что он имел в виду? — спросила любопытная блондинка. — Тасовать карты?

— Или, может, тусоваться. Шаркать, иначе говоря…

— Они все, эти цветные, ноги еле — еле таскают, — прокомментировал Макфиф.

Заняв освобожденный Лоузом табурет, блондинка повела методический подкоп под Гамильтона.

— Малыш, закажи мне коктейль! — промурлыкала она, уверенная в осуществлении своих надежд.

— Не могу.

— Почему? Ты несовершеннолетний? Джек вывернул пустые карманы.

— Денег не осталось. Все ухнули на конфетный автомат.

— Молись! — посоветовал Макфиф. — Молись с такой силой, будто ты спятил.

Джек, то ли со хмелька, то ли от досады, решил последовать совету Макфифа.

— Боже милостивый! Пришли Твоему недостойному эксперту по электронике стакан подкрашенной водицы для этой занюханной юной шалопайки. Аминь.

Стакан подкрашенной сладкой водички нарисовался прямо у локтя Джека. Улыбаясь, девица подняла стакан.

— Ты — очаровашка!.. Как тебя зовут?

— Джек.

— А полное имя? Он вздохнул:

— Джек Гамильтон.

— Меня зовут Силки. — Она игриво потянула его за ворот рубашки. — Это твой «форд» у входа?

— Мой, — тупо ответил Джек.

— Поедем куда — нибудь?.. Ненавижу этот бар. Я…

— Почему?! — неожиданно громким голосом, как бичом, стеганул блондинку Джек. — И зачем только Бог ответил на мою молитву? Почему не на молитву Билла Лоуза?

— Бог одобрил именно твою молитву, — ласково объяснила Силки. — В конце концов, это ему решать, что предпринять в каждом отдельном случае.

— Это ужасно… Силки пожала плечами:

— Со всяким случается.

— Как же можно так жить? Не зная, что произойдет в следующую секунду. Где логика, где порядок?

Джека возмутил тот — факт, что пташку отнюдь не смутили его завывания. Казалось, она приняла их как должное. Или ей вообще на все начхать.

— Гнуснейшая ситуация… зависеть от чужих капризов. Ты перестаешь быть человеком. Опускаешься на уровень животного и покорно ждешь корма.

Силки изучающе посмотрела на него:

— Ты смешной мальчик.

— Мне тридцать два года, какой там к черту мальчик. К тому же я женат.

Она еще нежнее потянула Джека за руку, стаскивая с готового покачнуться табурета.

— Пойдем, малыш. Пойдем куда — нибудь, где можно посвя — щеннодействовать наедине. Я знаю пяток ритуальчиков, которые тебе захочется попробовать!

— И я пойду за них в ад?

— Не пойдешь, если заимеешь нужных людей.

— У моего нового босса прямая линия связи с Небесами. Это подойдет?

Силки не оставляла настойчивых попыток стащить Джека с табурета.

— Давай обсудим все тонкости попозже? Пошли, пока эта ирландская обезьяна ничего не замечает!