Лора Андерсен - Дети Вечности (Часть третья)

- У меня странное чувство, Этель, как будто знаю вас много лет, а ведь едва знакомы, - задумчиво посмотрел на нее Генри.

- Это грустно, а не странно. Со всеми телепатами так - очень быстро все узнаем друг о друге, поэтому редко бывает продолжительное знакомство, становится скучно и расстаются. У вас, я правильно поняла, жена - человек?

- Да, так.

- Не могу этого понять, ведь у вас нет нормальных отношений?

- Я не понял вас, Этель. - Генри нахмурился. - Что значит: " нет нормальных отношений"? Если она не читает мысли, это же еще ничего не значит?

- Вам нужно поговорить с кем-нибудь из мужчин. Мне и неудобно и трудно объяснять вам разницу. Могу заверить только, что это сильно отличается, принципиально, Генри, я знаю, о чем говорю. - Она мягко улыбнулась, прислушиваясь. - Кажется, девчонки идут, выразительные телепатемы, никак не спутаешь, вы посидите, а я пойду, встречу, - Этель договаривала, уже вставая и выходя из комнаты.

Генри отвлекся, осматривая гостиную: мягкий свет падал с потолка, проникая через прозрачное стекло, хотя, скорее всего, это была лишь иллюзия, ковер, со сложным рисунком, на ажурном паркете, невысокая мебель, расставленная в строгом порядке, образовывала несколько зон. Сразу было понятно, что живет большая семья, где у каждого свой любимый уголок.

У него возникло чувство, словно совсем рядом закружился водоворот, и Генри посмотрел на дверь: еще никто не вошел, но эта телепатема показалась совсем незнакомой. Молоденькая девушка, с короткой аккуратной стрижкой, и ладной стройной фигуркой влетела в комнату и бросилась ему на шею, а Генри прижимал ее к себе и не узнавал. На вид Джулии можно было дать все восемнадцать, а запомнилась она тринадцатилетним подростком.

- Папа! Я так рада тебя видеть. - Она наконец отпустила его.

- Скажи, Джулия. - Генри никак не мог понять, что еще было не так, помимо ее внешности, и вдруг осознал - незнакомая телепатема: глаза Джулии затягивали, словно рядом кружился бесконечный водоворот, блоки наглухо закрыли мозг, сразу сделав его недоступным. - Дка. - Он отстранился. - Скажи честно, что с тобой сделали?

- Отец. - Она нерешительно замялась. - Ну, в общем...

- Ты стала Вардом, - вдруг понял Генри, мгновенно осознав все, что из этого вытекало.

- Ты так расстроен? - Джулия озабоченно посмотрела на его побледневшее лицо.

- Зачем ты это сделала? Неужели они заставили?

- Заставили? - Она все смотрела на него, не понимая, потом попыталась объяснить, но с удивлением увидела, как в его мозгу с огромной скоростью проносятся воспоминания о том, как он принес присягу, собственное превращение в Варда и холодные глаза Советника Строггорна, когда тот говорил, что самое страшное с ним уже сделали.

- Папа! - Голос Джулии совсем далеко...

Генри приподнял голову, с трудом пытаясь сообразить, где находится, и поглядел на Советника Диггиррена, почему-то пристально смотревшего ему в глаза.

- Очнулись?

- Что случилось? - Генри сел, оглядывая операционную. - Это у вас дома?

- Как обычно, психотравма, мне пришлось основательно поработать с вашей головой. - Диггиррен пожал плечами. - Что же вы о нас так плохо думаете, Генри? Мы устали отговаривать вашу дочь, Креил наотрез отказывался ей целый год дать медицинское заключение, что можно проводить операцию, а первое, о чем вы подумали - мы ее заставили. В нашей стране я знаю только один случай, когда человека заставили, - меня, и, поверьте, в этом была жестокая необходимость.

- Не один, моего согласия тоже никто не спрашивал. - У Генри сильно болела голова, и он поморщился.

- Неужели? Вы же от рождения Вард, о чем вас спрашивать? А у Джулии структура свернута, не сделать операцию - будет просто телепат, но когда-нибудь вы поймете, что так для нее лучше. Вам же специально рассказала Этель, может так случиться, кроме нас на Земле никого больше не останется, а так у вас будет хотя бы дочь. - Диггиррен пристально вгляделся в его глаза, и Генри почувствовал проникновение в мозг.

- Что вы делаете, Советник?

- Хочу проверить вашу голову, только не сопротивляйтесь. Вспомните, пожалуйста, так что сделали с рукой вашей дочери?

Воспоминания неслись в голове, казалось, против воли. У Генри вспотел лоб, при этом он невероятно удивился, что эти события не причиняли больше почти никакой боли.

- Не страшно? - уточнил Диггиррен, улыбаясь. - Помнится, вы всегда считали это невероятно жестоким лечением, теперь понимаете, что были неправы?

- Понимаю. Теперь я могу с этим жить, а раньше это было сложно, - Генри задумался. - Сейчас я вспомнил. Вы меня оперировали, и было больно, только все как-то отрешенно воспринималось.

- Я дал наркоз, хотя на самом деле от него мало толку. Когда касается кого-нибудь из нас, Советников, не помню случая, чтобы его применяли. Вам не повезло, что попали ко мне. Я всегда все делаю до конца и заодно расправился с прошлой психотравмой, - пояснил Диггиррен. - На мой взгляд, теперь вы здоровы. Одевайтесь и приходите в гостиную. Робот вас проводит, а то в нашей квартире можно заблудиться. - Диггиррен спокойно удалился.

Одевшись, Генри зашел в гостиную. За большим столом, уставленным едой, собралась вся семья: он узнал Лейлу, которая нередко возникала в голове у Строггорна, Этель сразу улыбнулась ему и глазами показала на огромный торт, напоминая молчать о способе его приготовления. Возглавлявший стол Диггиррен указал на свободное место. Генри вслушался: Лейла рассказывала что-то о школе, а Джулия все еще виновато смотрела на него.

- У меня к тебе просьба, Джулия, - сказал Диггиррен. - Твой папа считает, что мы тебя заставили, а я предупреждал - ему это не понравится!

- Пап, это я их заставила. Креил и Диг так долго отговаривали меня, пугали, неустойчивость психики и так далее. - Она зло сверкнула на Диггиррена глазами. - Обманывали, а еще телепаты! Говорили, что я еще не совсем здорова, ты не представляешь, чего мне стоило их уговорить!

- Генри, должен заметить, вы вырастили чрезвычайно упрямую девочку. Диггиррен смеялся. - Мало ругали, вот и результат - избаловали, теперь получился настоящий Вард! Маленькая террористка, одним словом! Лучше нужно было за ней следить в детстве!

Генри слушал их мысленную перебранку, ощущая тепло, которое исходило ото всех, и подумал, что действительно, Джулии было куда лучше жить в Аль-Ришаде. От этого возникла горечь в душе, словно именно здесь и был его родной дом, а вовсе не в абсолютном времени. Он вздрогнул, все замолчали и смотрели на него, а потом, сделав вид, что ничего не слышали, снова продолжили разговор.

360 год относительного времени

7 августа 2033 года абсолютного времени

Больше всего на свете Креил ван Рейн ненавидел, когда его будили ночью. Стайн легко тронул его за плечо, Креил открыл глаза и посмотрел на часы: прошло всего пятнадцать минут, как он заснул после обезболивания, и сейчас перед глазами все плыло.