Александр Тесленко - Пылесос истории

Вот так он женился, быстро и разухабисто. Отец отнесся к этому вполне спокойно. Не радовался тому, что сын наконец-то вроде утихомирился и пускает корни, не сердился, что выбрал себе прыщеватую щеголиху. Одевалась Лариса, как на ярмарку. Шила в ателье, шила сама, выходило недорого, но всегда ярко и модно. Порой до безвкусицы модно. Когда появился Юрасик, Лариса стала немного сдержаннее в своем желании иметь "потрясный вид". Но, как и раньше, за своим внешним видом следила тщательнейшим образом. Объяснялось это тем, что она считала себя, и в этом ее убедила мама, пугалом гороховым. Ей-де без косметики и приличного наряда в город и выходить стыдно. В чем-то старая мать была права, в чем-то ошибалась: после рождения Юрасика Лариса сразу выправилась и даже в латаном домашнем халатике казалась матери "настоящей женщиной".

Жили они вполне мирно и даже весело. Пока Юрасик был совсем маленьким, Лариса умудрялась "подкидывать" его своим подругам на несколько часов (однажды даже эксплуатировала молодого автора, которому перепечатывала его гениальный роман) , и они с Миколой ходили в кино или в театр (в "свой" театр заходили важно, с черного хода). Порой позволяли себе посидеть в ресторане.

Микола продолжал писать и ходить по редакциям. И в который раз предлагал он свою рукопись издательству, но фортуна словно отвернулась от него. А смотрела ли она когда-нибудь в его сторону? Просто раньше, когда он был совсем молодым, когда от него ничего не требовалось, только жить и учиться, не составляло труда тешиться мнимой благосклонностью своенравной фортуны. Если, к тому еще, собственная голова варит вполне прилично. Что же касается тесного жизненно-литературного трека, судьба улыбается лишь сильнейшим и хитрейшим, а не растяпам с куриными мозгами, как иногда говорила Лариса, вроде бы совсем не про него. Он и вправду ни разу не обиделся и виду не подал, что понимает, о ком идет речь...

И частенько, сидя возле толстенного, в два обхвата стола торговой точки № 165 да еще в хорошую погоду за кружкой холодного пива, он позволял себе, лениво жуя традиционно недожаренный шашлык, подтрунивать над Ларисой и над растяпами с куриными мозгами, которые потягивали пиво рядом с их столом.

Сидел в тот вечер Микола возле своей любимой пивной будочки и почему-то думал о коллеге из театра, художнике-неудачнике, рабочем сцены. Тот был гулякой с большим стажем. Несмотря на свой предпенсионный возраст, он мог демонстративно выпить бутылку сухого красного и выходить на трассу ежегодного традиционного марафона. Каждый год он добегал до финиша, а затем несколько месяцев, при случае, разглагольствовал о пользе сухого красного и о своих загубленных возможностях. Из него, видите ли, мог бы получиться не только гениальный художник, но и выдающийся спортсмен-марафонец. Еще любил повторять:

- Теперь задаром премьеры "премьерят"! Вот Кикоть - так тот был настоящим человеком. После каждого праздника всем, кто на него за кулисами работал, меньше чем по трояку не давал... А сейчас? Вырождается украинская опера. Вырождается!..

Миколе доставляло удовольствие подложить своему "гениальному" напарнику хоть небольшую свинью и потом прислушиваться, как того разносит начальство. Объяснить своей антипатии Микола никак не мог.

Так вот, сидел он в тот весенний вечер под старым каштаном, рассуждая сам с собой о "сложности и непостижимости человеческой породы", которая одних индивидуумов каким-то образом объединяет, а других - напрочь разъединяет... Не сразу заметил, что к нему подсел средних лет большеносый мужчина в строгом сером костюме и молча поставил на могучий дубовый стол бутылку "Наполеона".

За всю жизнь такого дорогого коньяка Микола не пил, хотя и поглядывал иногда с завистью, когда тот бывал в продаже. Но каждый раз громко восклицал:

- Какие дураки его покупают? За эти деньги можно целый месяц пьяным ходить.

Они встретились с незнакомцем взглядами, и тот как-то устало и виновато улыбнулся.

- Ты что дурака валяешь?- спросил Микола.- Хочешь, чтобы сразу милиция загребла?

Сероглазый мужчина коснулся ладонью своей короткой бородки:

- Милиция? С "Наполеоном"? Такого не бывает. Да и где эта милиция?

Незнакомец быстро поднялся и подтянул поближе к столу что-то ослепительно серебристое. Микола не сразу разглядел, что это обыкновенный мопед, только все его части оказались не крашеными, а хромированными или никелированными. Мопед ловил все лучи еще яркого заходящего солнца и весь радостно сиял.

- Что это за чудо техники?- Микола криво, но доброжелательно усмехнулся.

- А разве сам не видишь? "Верховина". Прекрасная машина, как метеор мчится.

- Если бы пил что подешевле, то и на мотоцикл разжиться смог,рассмеялся Микола громко.

Ему вдруг показалось, что незнакомец чем-то напоминает художника-марафонца, вот только одет с иголочки. "Испортит мне вечер этот сероглазый".

- На мотоцикл разжиться?- переспросил незнакомец.- Зачем? У меня все есть. "Волга" последней модели. Прекрасная дача. Зачем мне еще мотоцикл? Свою "Верховину" я просто люблю. Хлопот никаких. Машина легкая, быстрая. Она у меня немного модернизирована. Давай по малой толике? - не ожидая согласия, незнакомец решительным движением подхватил фирменную темную бутылку и начал не спеша откупоривать.

- Прекрасный напиток. Божественный напиток,- произнес тихо и, как-то неожиданно, извлек из кармана два металлических складных стаканчика. Тоже полированные и блестящие. Привычным движением привел их в "состояние боевой готовности".- Все свое ношу с собой. Не люблю пить из чужой посуды. Так с детства привык.

- Что, очень брезгливый?- деловито спросил Микола.

- Нет, нет, не брезгливый. Просто не люблю...- незнакомец разлил коньяк ровно по полстаканчика.- Давай! Как говорится, за все наилучшее! Он пригубил и, прищурившись от удовольствия, стал смаковать: - Такое впечатление, будто летишь... Правда? Глоток сделаешь и летишь, летишь...

- Знаешь, сколько я уже без "Наполеона" лечу?- буркнул Микола и, выпив коньяк одним махом, крякнул: - Хороший продукт. Только дороговат... Так чем, как говорят, обязан? У вас сегодня какой-то праздник?

- У меня каждый день праздник,- многозначительно сказал незнакомец, маленькими глотками потягивая "божественный нектар".

Микола поставил пустой стаканчик на стол, и сероглазый сразу же налил снова, на этот раз наполнив почти до края.

- Ты что это, может, споить меня вздумал? - недоуменно произнес Микола.

- Споить? "Наполеоном"? Тебя? Не смеши. Да и кто тебя заставляет? Не хочешь - не пей,- и снова прищурился, с удовольствием пил коньяк маленькими глотками.

- Хороший вечер сегодня,- ни с того ни с сего сказал Микола.- Погода приятная. Тепло. Весна.