Сергей Стульник - Что там, за рекой

Папа обратился к бабушке с некоторым раздражением: - Это все ваши чрезмерные молитвы дома и разговоры о боге! Это может повредить Диме! Всему свое время. Он еще не готов принять и понять это. Для него это слишком сложно! Вот подрастет, и тогда пусть выбирает себе любые убеждения, абы только фашистом не стал.

- Да я лишь немножко почитала ему из детской Библии! Но он так слушал... Кстати, не вижу ничего дурного в том, чтобы... в том, что Димочка сказал! Ребенок тянется к чему-то светлому и доброму. Это, по-моему, прекрасно! - бабушка была настроена воинственно и потому дала отпор демократу-папе.

Разговор перетек в русло выяснения отношений присутствующих к религиям, потом еще о чем-то заговорили. И о Димке вновь позабыли, занятые своими взрослыми темами. Ох уж эти взрослые...

Когда гости разошлись и Димку уложили спать, в детскую зашел папа. Сел на стул, стоящий рядом с кроваткой, погладил сына по темным волосикам, ласково улыбнулся.

- Почему ты так сказал, Дымок? Богом... ты взаправду хочешь быть Богом?..

- Правда, пап! Я правду сказал, ты же всегда учил, что врать плохо! Я хочу быть Богом. Он все-все на свете может и его все любят!

- Это невозможно, Дымок... - папа вздохнул.

- Почему?

Папа пожал плечами. Такой вопрос был из разряда самых простых на свете вопросов, на которые ни один родитель не в состоянии так же просто ответить ребенку, но которые все дети всегда и во все времена задает. Папа помолчал; еще раз вздохнул и сказал тихо: - Ты еще маленький, сынок. И многое не сумеешь пока понять... В этом мире даже человеком трудно быть, не то что Богом. - Папа опять помолчал, потом поцеловал сына, сказал: Доброй ночи! - и ушел из детской.

...через некоторое время бабушка собрала семейный совет. Поведение внука и сына всем стало казаться странным. Он полюбил оставаться в одиночестве, рисовал какие-то знаки не знаки, непонятные такие рисунки, вовсе не похожие на те, что он малевал раньше; о чем-то надолго задумывался, сидел, неподвижно уставившись в одну точку. Мама отметила, что у Димки такие глаза стали, как-будто он знает все: в них не светилось прежнее, обычное детское любопытство. Бабушка засвидетельствовала, что когда у нее были сильнейшие головные боли, разыгралась мигрень, Димка подошел к ней пожалеть бабулю, как часто делал и раньше, но на этот раз вместо того, чтобы сказать ей что-нибудь жалостливое, он молча стал у кровати, положил ей на голову ручку, затем вторую, подержал ладошки прижатыми к вискам, и буквально через пять минут бабушка почувствовала, что боль исчезла совершенно!.. А папа поведал о странном происшествии: однажды он выключил телевизор, но через секунду аппарат вновь заработал Димка хотел досмотреть мультяшку, причем папа клятвенно заверял, что Дымок к телевизору не прикасался. Тут мама с бабушкой переглянулись.

- Ну, это уже слишком, - сказала мама. Бабушка тут же вставила: - Да, Игорь, с тобой я хотела поговорить... Я понимаю, что ты не меньше нас с Юлей волнуешься из-за Димочки. Но все же, извини, в последнее время ты злоупотребляешь алкоголем...

Папа покраснел от возмущения.

- Но телевизор я выключил, он и вправду заработал!!! - когда папа волновался, он начинал пропускать слова.

- Может, ты слабо нажал кнопку? - спросила мама. - Эти пульты...

- Сейчас речь не о телевизоре, прекратите, - строго сказала бабушка. - Сейчас мы должны с тобой предостеречь Игоря от...

Короче говоря, совет семьи закончился тем, что ее взрослая часть решила показать чадо специалисту. У папы имелся хороший знакомый, вместе в теннис на кортах "Динамо" играли. Знакомого звали Сергей Петрович, и он работал в престижной клинике, считался в своей области компетентным знатоком, его имя было известно достаточно, чтобы даже скрупулезная бабушка почувствовала себя успокоенной.

...Сергей Петрович оказался веселым, подвижным молодым человеком лет тридцати трех с виду. Он приехал вместе с женой и дочерью.

Знакомство произошло быстро, бабушке Сергей Петрович понравился, и папа почувствовал уверенность. Подумал: "Как хорошо, что я знаю Сергея давно, не пришлось искать хорошего детского психиатра, в котором можно было бы быть уверенным".

После беседы и осмотра обе семьи вместе собирались ехать на пикничок к реке, за несколько километров от города. Сергей Петрович был соответствующе одет. На нем были джинсы, яркая спортивная майка и оригинальная кепочка с зеркальным козырьком. Когда на этот козырек падал свет, по потолку бегали "зайчики".

Говорил Сергей Петрович не умолкая. О детских заболеваниях, о своей клинике, о теннисе. Бодростью и уверенностью он производил настолько благоприятное впечатление, что мама с бабушкой незаметно показывали папе одобрительные знаки. Папа немножко загордился даже, что у него такой приятель имеется, и пожалел, что еще раньше не приглашал партнера по теннису в гости. Впрочем, раньше и повода вроде не было...

Когда Димка вошел в комнату и поздоровался, Сергей Петрович ответил ему доброжелательно, но вскользь, и казалось, перестал обращать на мальчика внимание. Разговаривал со взрослыми, жена его помалкивала, а дочка заигралась с куклой, и даже не заметила, наверное, появления Димки.

Вдруг Сергей Петрович повернулся к мальчику и спросил: - Послушай, а у тебя есть что-нибудь интересное там, в твоей комнате, что ты мог бы мне показать? Папа вот мне показывал свои любительские фотоснимки, а ты чем увлекаешься?..

Димка, казалось, смутился. Пожал плечиками.

- Пойдем к тебе, а? Я ужасно любопытный и очень люблю дружить! ты всего на полгодика старше моей Машеньки, она потом тебе расскажет, какие мы с ней друзья!.. С тобой мы тоже подружимся...

Открытое, располагающее к себе лицо Сергея Петровича, его мягкий голос и простецкие манеры могли очаровать кого угодно. Их, наверное, специально этому учили, подумал папа.

- Хорошо, пойдем, - сказал Димка, подошел к дяде Сереже и взял его за руку. - Я покажу... Кое-что у меня для тебя найдется, чтобы показать. Пожарная машина, например.

- Ты там пока займи гостя, а мы будем готовить все для пикника! Чтобы не забыть ничего! - поспешно сказал папа, стараясь соблюсти непринужденность ситуации.

- Друга, друга, не гостя, - поправил папу Сергей Петрович, уходя с Димкой...

Вернулись они из детской только через час. Мама, бабушка и жена Сергея давно снесли и погрузили провизию, папа нервно ходил из угла в угол, поглядывая на окольцованное именными "Командирскими" левое запястье... Сергей был по-прежнему весел, много говорил, и морщины на папином лбу разгладились, когда он увидел и услышал это.

Сергей взял Димку в свою машину. Папа вывел "девятку" вслед за его "фордом", и обе машины помчались по полупустым в этот воскресный день улицам города. По дороге папа рассуждал: - Скорее всего ничего существенного. Уверен, что Сергей знает, как распознать отклонения. Знает, что делает. Их этому учили, и практика у него обширная! Если бы что-то опасное, он бы так не веселился. Сейчас, у реки, он нам все выложит...