Александр Пташкин - Прогноз погоды на завтра

Однако мы задумались и не прокомментировали, а лишь проводили взглядом покидающую наши ряды девушку. Таня предпочла присоединиться к Иринке, занявшейся распределением кусков торта по тарелкам. Удивительная у нее привычка подавать сладкое, когда компания уже вдрызг пьяная, да и сама она качается, как осиновый лист. Дядя Григорий прилип ко мне бочком и стал вслушиваться внимательно, о чем, как говорится, речь идет. Просто слышал он одним ухом, да еще и акал постоянно. Приходилось повторять одно и тоже раз десять. Но не в этот вечер, какой-то очень уж внимательный он, наш дворник, был в нашем шумном обществе. Ну, и Бог с ним…

Нашего Мишку не долго думая отобрали девчонки, захомутали и в пляс. А что он у нас видный парень в округе. Смолоду к нему девчонки липли, как на мед прямо таки. Ему что оставалось?! Раз дивчины просят "гопак" танцевать, нужно выполнять пожелания. И след простыл от силача. Ринулся Мишка полы сотрясать, соседям снизу на "радость".

Как поется в той песне: Их оставалось только трое на безымянной высоте. Фантазер Леха, дворник Григорий и я. Васька не в счет, пусть "читает Храповицкого".

— Ну, ты Леха совсем приболел, и что интересно так могло на тебя повлиять? Может стресс у тебя какой-то был? Помню я тебя нормальным вполне, а сейчас несешь околесицу, — и возмущения особого в голосе Гришки не было, но блюститель порядка явно планировал вывести на эмоции нашу "белую ворону". Мероприятие удалось, Леха занервничал, ножкой потопал, как конь ретивый, и принялся надоедливо бухтеть про чудеса свои, как будто и не слыхал заданного ему вопроса.

— Вы только поверьте мне и я вам покажу настоящее волшебство, со стульев попадаете, когда я вам представлю одного такого иного.

— А ты случайно какую-нибудь секту не посещаешь, друг наш ситцевый? — даже я уже не мог выдерживать Леху, хотя по жизни я вполне терпеливый индивидуум. — Ты откуда узнал о своих "калабашек"?

— Про каких еще "калабашек"? — мой тон в разговоре всегда выбивал из строя нашего фантазера, но он по ходу беседы или паузы включался, как старый мопед. — Аааа…все шутишь. Я бы на твоем месте тоже бы не верил и также ерничал.

— Ну, про Богов твоих невероятных, — Григорий подустал от беседы и уже одним глазом посматривал на стол через балконное стекло. Иринка принесла еще порцию горячительного, бодрого и самое главное русского. Видимо из-за этого горе-напитка про торт позабыли. Хотя время от времени вспоминали, когда кто-нибудь влипал рукой или иной частью тела в расставленные на столе тарелки. Кто-то, уже не помню кто, взвизгнул от радости, мол, банкет продолжается. Григорий воспринял это полузавывание, словно индейский призыв к ловле дичи. Нужно ли говорить о том, что наш "гусар на пенсии", Гриня, ринулся к барьеру питейному?! Конечно, нет. Махнул он на нас рукой, мол, надоели дураки. Его и след простыл.

— Ну, так что с твоими стихийниками? — о чем-то надо же было говорить, просто смотреть на пьяные мордуленции мне уже не хотелось, вот я поддержал Леху.

— Можешь их и так называть, — Леха сник, боялся видимо, что если будет и дальше рассказывать, то я его засмею. Наш фантазер попритих. Нужно было его как-то вытаскивать из состояния сомнамбулы.

— Хотел бы я иметь рядом с собой такого чудо-человека, — я полагал, что такое утверждение уж точно даст Лехе стимул дальше читать лекцию о "зеленых человечках". Я не ошибся.

— А зачем он тебе нужен? — глаза у моего собеседника заблестели.

— Я бы тогда попросил его всегда делать хорошую погоду, а то вон у тетки моей градом весь огород побило. Я бы этому волшебнику так и сказал: давай, дружище, делай каждый день солнце и дождик под вечер, чтобы землю удобрить, — я не шутил.

— Мда, с градом я, конечно, перестарался, — почти шепотом сказал Леха, полагая, что я не слышу его. — Кстати, стихийник бы не смог тебе исполнять желания как Хатабыч. Это тебе не волшебник на каждый день. Помог в проблеме насущной и исчез.

— Почему это сразу исчез? — попахивало это все бредом. Все же Леха тяпнул перед приходом. Точно, точно. Хотя могу ошибаться…

— Таков неписанный закон между ними, сделал дело и переезжай на новое место, вклинивайся в социум, набирай друзей вокруг, общайся, узнавай насущные проблемы, пробуй решать, но как только произвел чудо, исчезай бесследно, меняй облик и появляйся где-нибудь в другом полушарии, в другой стране.

— Говоришь, прям как один из них. А может…, — я помедлил говорить или нет, но все молвил. — Леха, а ты никогда на психе не лежал?

— Чаво?

— А звуковых галлюцинаций не случается?

— Думаешь, я спятил? — решительности Лехе хоть отбавляй.

— Ну, может какие-нибудь небольшие отклонения…хм…рассуждаешь же ты на другие темы адекватно, значит, не все потеряно, — не люблю я ситуации, когда не могу сказать правду до конца. Вместо того чтобы мямлить, надо было сказать: ты — псих, тебе лечиться надо! Переезжай в комнату с мягкими стенами! Но я строил из себя культурного.

— Сколько ты меня времени знаешь? — вопрос от Лехи последовал резкий, я даже немного испугался и отстранился от него.

— Мммм…лет так…, — я прикидывал. — Не помню, много, много лет.

— Вот видишь. А тут ты стал сомневаться в моей психике. Стыдно тебе должно быть.

— Да, ладно тебе, я же пошутил.

— А хочешь я тебе персонально докажу, что стихийники есть? — мда, первый раз в жизни видел Леху таким грустным, как будто доказательство требовало как минимум жертвоприношения.

— Давай только без крови! — зачем я так сказал?! Самому стыдно стало.

— Не хочешь доказательства?

— Нет. Обойдусь и без него. Будем считать, что я тебе верю. А вот интересно, если бы такие люди существовали, они бы были совершенно несчастными, — заключил я неожиданно для себя.

— Почему это? — Леха посмотрел на меня внимательно, словно ожидал услышать великую истину.

— Представь как такому существу, именно существу, грустно жить, знать, что он рядом с кем-то временно, просто потому что по воле судьбы он или она оказались в какой-то среде. А если вообразить, что они к людям привыкают. Они должны были давно свихнуться или превратиться в моральных монстров, — я бы еще пофантазировал, но меня прервал наш звезданутый.

— Хуже всего, что у них никогда не будет семьи, детей!

— Почему?

— Просто поверь. Считай, что нельзя.

— Ну, ты закрутил историю. Круто! — что-то я совсем расшутился.

— А ты бы расстроился, если бы я исчез? — спросил мой странный собеседник.

— Брось ты эти разговоры. Размечтался совсем что ли? Пойдем к людям! Вон видишь, как веселятся, — я даже не рассчитывал на ответное согласие, скорее сказал автоматически и оставил странного визитера на балконе.