Кордвейнер Смит - Западная наука так чудесна !

Фаррер застыл на месте, глядя на Мао и не решаясь ступить на скалу.

- Поднимайтесь, мы ждем вас, - молвил марсианин елейно.

Тут появились Ли и Кунсун. Один стал слева от Фаррера, другой - справа. Все трое застыли, разинув рты. Кунсун опомнился первым, узнав Мао Цзэдуна. Он никогда не упускал возможности познакомиться с представителями высшего эшелона компартии. Дрожащим, недоверчивым голосом он с натугой заговорил:

- Товарищ Генеральный Секретарь Партии Мао! Я никогда не думал, что мы встретим Вас в этих горах. Вы ли это? И если Вы - не Вы, то кто вы?

- Я - не ваш Генеральный секретарь, - ответил марсианин. - Я просто местный демон, имеющий сильные прокоммунистические настроения и желающий познакомиться с такими приятными и общительными людьми, как вы.

Кунсун побледнел.

- Я думаю, что этот уанг-па - контрреволюционный самозванец, проговорил он тихо. - Но я не знаю, что с ним делать. Я рад, что в Китайской Народной Республике есть представитель Советского Союза, который может проинструктировать нас при затруднениях в проведении политики партии.

Марсианин тем временем решил проявить воспитанность и примирительно сказал по-русски:

- Вам нравится мой облик, товарищ Фаррер? У вас есть зажигалка? Западная наука так чудесна! У меня не выходят достаточно твердые объекты, а вы, люди, делаете самолеты, атомные бомбы и всякие другие забавные штучки.

Фаррер полез в карман, нашаривая зажигалку. Позади него раздался дикий вопль: один из солдат, увидев грузовики и Мао Цзэдуна, заорал:

- Дьяволы! Тут дьяволы!

Многовековой опыт подсказывал марсианину, что с представителями местного населения можно ладить только тогда, когда они либо очень-очень молоды, либо очень-очень стары. Он подошел к краю обрыва, чтобы все могли его видеть, и вытянулся до тридцатипятифутовой высоты. Затем из Мао Цзэдуна он превратился в древнекитайского бога войны с черными бакенбардами, ленточками и кисточками на мече, развевающимися на ветру. Люди, естественно, грохнулись в обморок, что и требовалось, и он сложил их аккуратно у скалы, чтобы они не скатились вниз по склону. Затем, приняв обличье советской военнослужащей - довольно симпатичной блондинки с сержантскими знаками различия - он снова материализовался возле Фаррера, который к этому моменту уже достал зажигалку.

- А этот образ тебе больше нравится? - спросила маленькая хорошенькая блондинка.

- Я во все это нисколько не верю, - ответил Фаррер. - Я убежденный и активный атеист и всю жизнь боролся с религиозными предрассудками. Но если тебе не трудно, превратись во что-нибудь другое.

И марсианин тут же трансформировался в маленького круглолицего Будду. Он знал, что это несколько нечестиво, но зато Фаррер вздохнул с облегчением. Однако Кунсун почему-то разъярился.

- Слушай, ты, похабная демоническая чудовищность! - зарычал он. - Здесь тебе Китайская Народная Республика, и ты не имеешь абсолютно никакого права принимать сверхъестественные образы и заниматься антиатеистической деятельностью. Попрошу сгинуть со всем этим иллюзионом! Что тебе, в конце концов, нужно?

- Я бы хотел, - спокойно ответил марсианин, - стать членом Китайской Коммунистической Партии.

Фаррер и Кунсун переглянулись и заговорили одновременно: Фаррер по-русски, Кунсун - по-китайски:

- Но мы не можем принять тебя в партию!

Кунсун добавил:

- Если ты демон, то не существуешь, а раз не существуешь, то ты незаконен.

Марсианин улыбнулся:

- Предлагаю вам подкрепиться. Может быть, вы измените свое решение. Выпейте вина, - марсианин материализовал кувшин вина и налил по фарфоровой чашке каждому. Сделав глоток, он посмотрел на них проницательными прищуренными глазами.

- Я хочу знать все о западной науке. Видите ли, я - марсианский студент, сосланный сюда, чтобы стать 1387229-м Восточным Подчиненным Воплощением Лохана, и я здесь уже более двух тысяч лет. Но я могу воспринимать пространство вокруг себя лишь в радиусе десяти лье. Западная наука - очень интересная вещь. Если бы я мог, то стал бы студентом технического учебного заведения, но поскольку я не могу оставить это место, то мне хотелось бы вступить в Коммунистическую партию.

К этому времени в голове Кунсуна созрело решение. Он заговорил более спокойно.

- Почтенный, уважаемый демон, сэр! Хотя Вы и убедили меня, уважаемый сэр, я думаю, Вам не удастся убедить руководство партии принять Вас в наши ряды. Все, что Вам остается в нашем обновленном коммунистическом Китае это стать контрреволюционным беженцем и эмигрировать на капиталистическую территорию.

Марсианин потягивал вино с хмурым, обиженным видом.

- Я вижу, молодые люди, что вы начинаете в меня верить, - заговорил он, наконец. - И я рад видеть, что вы, партийный секретарь Кунсун, готовы к вежливой беседе. На самом деле я не китайский демон, а марсианин. Я был избран в Малую Ассамблею Согласия, но имел неосторожность сделать неуместное замечание, и теперь должен жить в качестве 1387229-го Восточного Подчиненного Воплощения Лохана, и смогу вернуться лишь тогда, когда весна сменит осень триста тысяч раз. Жить мне тут, думаю, придется еще долго. С другой стороны, я хочу изучать технические науки, поэтому полагаю, что мне было бы гораздо лучше стать членом Коммунистической Партии, чем отправляться в незнакомые места.

Тут на Фаррера нашло вдохновение и он сказал марсианину:

- У меня есть идея. Впрочем, не мог бы ты убрать эти чертовы грузовики вместе с закуской, прежде чем я ее выскажу? У меня текут слюнки, но я, к сожалению, не могу воспользоваться твоим гостеприимством.

Одним махом руки марсианин исполнил просьбу.

Сбившийся было с мысли Фаррер возобновил свою речь:

- Коммунистические партии - это просто замечательно. Они руководят массами в борьбе против коварных американцев. Ты понимаешь, что если бы мы не вели революционную борьбу, то всем нам пришлось бы каждый день пить кока-колу?

- Что такое кока-кола? - спросил демон.

- Не знаю, - ответил Фаррер.

- Так чего ж бояться ее пить?

- Не задавай неуместных вопросов. Я слышал, капиталисты каждого заставляют ее пить. Компартии некогда возиться с созданием секретариатов по сверхъестественным вопросам. Похоже, ты очень дружелюбный демон, и мы хотим тебе хорошего. Почему бы тебе просто не уехать отсюда? Капиталисты очень реакционны и религиозны, и они с радостью тебя примут. Там ты мог бы даже найти тех, кто в тебя поверит.

Пухлый Будда согласно покивал головой.

- А как мне попасть к капиталистам?

- Просто поезжай, и все, - ответил Кунсун. - Ты же демон. Все можешь.

- Этого я не могу, - ответил марсианин. - Чтобы туда попасть, мне нужен какой-нибудь предмет из тех мест.